Я, не разбирая дороги, побежала домой, в темноте падала, вставала и снова бежала. Муж был дома, лежал в кровати и притворился спящим.
— Вставай, Антон, не притворяйся, разговоры разговаривать будем, что же ты творишь, подлый, семья у нас, а ты на соседку перекинулся.
— На какую соседку, ты что, белены, объелась, я никого не видел, я к мужикам на другой порядок ходил. Вот ты где была, ночь на дворе, а она шастает неизвестно где.
— Как это неизвестно, я же тебя только сейчас с соседкой в траве застукала, еще по голой заднице хлопнула.
— В какой траве, я нигде не был и задница не моя, ты того человека в лицо видела?
— Нет, он быстро убежал, да не путай ты меня, ты убежал.
— Если бы ты мое лицо видела, тогда бы и говорила, не я это был, а ты чужим мужикам по заднице бьешь. Завтра я с тобой разберусь, а сейчас ложись спать, мне завтра на работу.
— Вот нахал, лица не видела, но голос твой был, ты что, меня за дуру принимаешь.
Антон вскоре захрапел, а я лежала всю ночь без сна, думала, как мне теперь жить с этим. На некоторое время их связь прекратилась, муж постоянно был на виду, заходил рано домой, и я подумала, может, это просто мимолетная связь, забуду и буду жить ради ребенка. Да и родители просили меня не раздувать огонь, оставить все, как есть.
Но через месяц к нам пришла Аня и сказала, что она ждет ребенка от Антона. Он сразу вскочил и убежал из дома, зашагав на другой конец села. Аня жила одна, в доме родителей, которые рано умерли, и ей помогала тетка.
— Что же делать, Лариса, как я буду одна воспитывать ребенка, я ничего не умею.
— Тут не умеешь, а на остальное ума хватило, думать головой нужно было, а не другим местом. А каково мне, муж изменил, как теперь с этим жить, уходи, все вопросы решай с Антоном, а я тут не причем.
Поздно вечером пришел Антон и присел к столу, низко склонив голову.
— Доигрался, муженек, ты думал, что поиграешь и бросишь, но не тут-то было, с девчонкой связался. Что делать собираешься, я из дома никуда не уйду, а ты смотри сам, как тебе быть. Ты, думал, я рыдать буду, об стенку головой биться, нет дорогой, этого ты не увидишь. Да, я любила тебя, и думала, что этой у нас взаимно, а ты вот уже второй раз плюешь мне в душу. После первого раза, я думала, ну с кем не бывает, перебесится и успокоиться, но этого не случилось.
— Ругай меня, Лариса, я заслужил это, и сам не знаю, что мне делать, но скажу тебе одно, тянет меня к ней, как магнитом.
— Тогда тебе одна дорога, собирай вещи и прямо сейчас уходи, иначе я за себя не ручаюсь.
Он так и сделал, собрался и ушел, а я ревела в голос, рвала на себе волосы и билась головой об стенку. Так и стали мы жить с Виталиком вдвоем, а Антон с соседкой. Теперь он убирал ее скотину, ухаживал за ее огородом и мы старались не попадаться на глаза друг другу. Со временем боль ушла, ко мне начали клеиться мужики, и я подумала, сегодня мужа у меня увели. А завтра я уведу у другой женщины, и чем я стану лучше Ани, она теперь стала замужняя женщина, а на меня все пальцем тыкают, хотя я ничего плохого не сделала. А тут родственники из поселка пригласили к себе в гости и познакомили с Борисом. Подумала немного и вышла за него замуж, самое главное жилье у него есть. А он, видимо и до свадьбы был таким повесой, и после не изменился. Я родила ему еще двоих детей, думала, может, одумается и бросит прежний образ жизни, но чуда не произошло. Одно радует, что детей он любит, и своих и моего сына, тоже, заботится о них, и это у них взаимно. Заговорились мы, Виталик зовет меня, сегодня посадку закончить нужно, дети ждут.
Она ушла, а Наташа долго не могла придти в себя, вот как бывает в жизни, нагрянет любовь. Опять она думает неизвестно о чем, у нее все хорошо, и она принялась делать грядки. С этого времени они подружились с Ларисой, с ней было легко и просто, она, по сути, была свободной женщиной, хотя и была замужем. Как Наташе хотелось съездить в деревню к матери и сестру с зятем повидать, да и по племянницам соскучилось, большие они стали. И тут ей помогла Лариса, она попросила у брата машину, и его водитель повез их в деревню.
— Лара, мне неудобно, я даже брата твоего не знаю, чтобы отблагодарить его.
— Сама все сделаю, он хоть и двоюродный мне, но хорошо помогает, а вот жена его, стерва, не любит она меня, и это у нас взаимно. В нашей деревне живут его родители, он редко выбирается к ним, зато дает мне машину, оттуда везу продукты и себе и им. Отдаю его жене, а она нос воротит, говорит, ну, хорошо, возьму детям, а сама в три горла ест, и спасибо не говорит, еле в дверь пролазит. Собрались, езжайте, привет маме от меня, хотя я ее не знаю.
Сегодня праздник, день победы, в деревне не проходило никаких митингов и демонстраций. Утром управляющий поздравит рабочих и все по местам. А у Веры сегодня выходной, она настряпала с утра, к обеду Тоня со Степаном и детьми придут и села у окна, это ее любимое место. Легковая машина остановилась около дома, это не наши, кто бы мог на такой машине приехать. И тут она увидела, как из машины вылез Алексей, Наташа и внучата. У нее от радости запрыгало сердце, и в первую секунду она растерялась, что не могла даже встать со стула. Справившись с собой, она поспешила навстречу гостям.
— Мои дорогие, как же вы надумали приехать, я так рада, Наташа, родная моя, — она расцеловала дочь, и Алешу, а ну-ка идите к бабушке, какие большие вымахали, вот мне на все лето помощь будет.
— Мамочка, милая, как я по тебе соскучилась, — Наташа прижалась к матери, и гладила ее по седым волосам, — я люблю тебя.
— И я тебя тоже, всех вас, что же мы стоим, пойдемте в дом, Егорка беги на скотный двор, скажи тете Тоне, чтобы поторопились, сейчас обедать будем. А ты Катюша, сходи, позови Лизу с Аленкой, а то не увидитесь, они пока раскачаются, день пройдет.
— Мама, мы ненадолго, часика на два, три, брат подруги машину дал, после обеда она ему нужна будет.
— Хорошая у тебя подруга, если так помогает, а я думала, с кем мне вам продукты передать, маслица собрала, молока, сливок, творожка, все есть. А куда Алексей делся, что-то его не видно?
— Пошел в наш дом, скучает он по деревне, говорит, выйду на пенсию, обязательно сюда вернусь, А мне у нас в поселке нравиться, он такой красивый, и это еще не достроенный, ты так ни разу и не приехала к нам, все только обещаешь.
— Вон и Тоня со Степаном бегут, сейчас обедать будем, мойте руки и за стол.
— Наташенька, милая, как же я по тебе соскучилась, как вы там поживаете? — Тоня обняла и прижала к себе сестру-
— А где Алексей, что-то его не видно, он, что, не приехал?
— Привет, Степа, все такой же, любознательный, нисколько не изменился, — и она поцеловала его в щечку.
— А ты еще красивее стала, городская, ухоженная, не то, что мы, после работы даже переодеться не успели.
— Мы и таких вас любим, хорошо, что сразу сюда пришли, мы ненадолго к вам, скоро обратно поедем.
— Алексей идет, какой-то расстроенный, что вы там с ним сделали, на себя не похож.
— Не нужно в наш дом ходить было, тоску на себя нагонять.
— Я только сейчас понял, — сказал подошедший Алексей, дорогие мои, что только здесь, я был по-настоящему счастлив.
— Так в чем же дело, возвращайтесь, дом стоит на месте, и мы будем рядом.
— Нет, не поедем, — закричали в один голос дети, они только что зашли и слышали весь разговор.
— Видите, дети против этого, да и я тоже, там у нас работа есть, а тут что делать будем и школа у нас через дорогу. Алеша, что за паническое настроение, — обратилась Наташа к мужу, — улыбнись, не порть людям праздник, давайте за стол. Алеша позови водителя, пусть с нами покушает, а-то когда еще домой приедем. Теперь ваша очередь к нам приехать, скоро и дети сюда собираются на все лето.
— Я бы и сам приехал за детьми, — сказал Степан, — но кабина у меня одноместная, а в кузове возить не разрешают, только для доярок, они привычные, не выпрыгнут. На дороге такая тряска, а они сидят себе и посмеиваются, а еще и песню запоют.