Выбрать главу

Бедный Раф! Он так обрадовался встрече с соплеменниками и так огорчился их смертью! Он лизнул умирающую мать-собаку, он не отходил от Риа, когда она понесла щенка к ручью.

Щенок долго и жадно пил, и по мере того как он утолял жажду, глаза у него оживали. Он тыкался мордочкой в руки Риа, вбирая в себя запах спасителя-человека. Люди страшили его, хотя и не причинили ему боли, априсутствие Рафа успокаивало, и он почувствовал себя увереннее, даже заворчал, решив, что человек слишком уж бесцеремонно разглядывает его.

— Маленькая Р-ру вырастет большой, и у нас будет много сильных собак! — засмеялась Риа.

— Ру похожа на свою мать, — заметил Гал. — Она будет охранять пещеру, когда мы с Рафом уйдем на охоту!

Риа дала щенку кусок жареного мяса. Ру жадно набросилась на пищу, илюди заулыбались, глядя, с каким аппетитом щенок ел. Маленькая Ру принесла им радость.

Насытившись, Ру ткнулась было носом в живот матери, но, не узнав его, не почувствовав привычного тепла, испуганно взвизгнула, поспешила к Рафу, доверчиво отдалась под его покровительство. Раф, истосковавшийся по собачьему племени, принялся лизать щенка.

Гал и Риа осмотрели пещеру. Она была невелика, но и не мала: в ней свободно разместилась бы большая семья. Они решили поселиться здесь: места удобнее этого им вряд ли удастся найти.

* * *

Ланны, занимая пещеру, прежде всего окуривали ее дымом свежей лавы и очищали от сора и камней. Потом вожди указывали каждой семье место, и женщины принимались вязать травяные маты. Семейные места могли разделяться перегородками из плетней или циновок, но такая роскошь была привилегией самых влиятельных воинов.

Для жилья удобнее были небольшие пещеры, в них легче поддерживать тепло. Костер жгли на площадке у входа, чтобы в жилище не попадал дым. Здесь обедали, трудились, справляли празднества, а пещера давала им приют на ночь и в холодные ненастные дни.

В условиях общежития сам по себе складывался пещерный быт. Мужчины охотились и обеспечивали безопасность племени, женщины растили детей, готовили пищу, шили одежду, поддерживали домашний уют. Кроме этих обязанностей, существовали еще обязательные для всех правила поведения в пещере. Каждый ланн обязан был занимать в ней свое место и пользоваться только ему принадлежащими личными вещами. Никому не разрешалось оставлять в пещере мусор или превращать ее в отхожее место. Нарушение правил влекло за собой суровое наказание — вплоть до изгнания из пещеры.

Эти обычаи были мудры, в них отражался жизненный опыт предков.

Остатки пищи ланны бросали собакам, кости сжигали на костре.

В жаркие летние дни женщины окуривали пещеру дымом лавы, выносили на площадку маты и шкуры — просушить на солнце. Так же они поступали, когда злые духи насылали на ланнов болезнь.

Шу сослужила Галу и Риа добрую службу, доставив сюда плавучий дом. Чтобы придать пещере жилой вид, им достаточно было теперь следовать обычаям ланнов.

Когда Гал и Риа закончили свой труд, в пещере и на площадке перед ней стало чисто и уютно.

Мертвых щенков и собаку-мать Гал бросил в Шу.

Пока люди трудились, маленькая Ру спокойно спала около Рафа. Он заменил ей и собаку-мать, и собаку-отца.

* * *

Совместный труд, как всегда, доставлял Галу и Риа радость. Только так, во всем помогая друг другу, они могли существовать в полном опасностей мире. От ланнов их отделяли теперь такие огромные пространства, что, если бы Гал и Риа захотели вернуться к соплеменникам, им вряд ли удалось бы это. Но на возвращение к ланнам они и не рассчитывали — путь к ним был для них закрыт. Зато им открылся другой путь: они теперь знали, что Шу текла по земле восточнее Дуа и что тропа к Синему озеру пролегала севернее гор, которые поднимались вдали над саванной и напоминали висящие в небе белые облака. Темнокожие воины и душные леса не запутали тропу Гала и Риа — горы возвратили им надежду найти Рослых Людей! Путь к ним будет долог и труден, они не должны терять разум и не торопиться, выбирая себе тропу. Сначала им надо освоиться в саванне, понять ее язык. Дальше они пойдут наверняка…

Они связали травяные маты, прикрыли вход в пещеру щитом из гибких веток, оставив для себя щель, которую в случае необходимости легко можно было закрыть, плотнее притворив плетень. После этого Гал отправился на разведку. Риа, Раф и Ру остались дома — теперь, в пещере, они были в безопасности.

Солнце заливало саванну. После полумрака душных лесов приятно было видеть необъятные просторы. Гал вспомнил степные дали, подумал о Рего, Руне, Локе и Улу. Если бы и его друзья были здесь, саванна не казалась бы ему сейчас такой чужой, а тяготы и опасности пути стали для него до смешного легки. Но долго предаваться грусти Гал не умел, его мысль была быстра и деятельна. Воспоминания мелькнули и исчезли, заслоненные требованиями дня и ответственностью за Риа.