— Гарри, терпи, будет больно… — пошутила она и тоже намазала кожу на его плечах маслом.
Он вздрогнул, но скоро расслабился. Гермиона улыбнулась слишком серьёзной Паркинсон, повторяя движения её рук. Та делала всё очень тщательно и резко, кусая нижнюю губу и поглядывая на Поттера уничтожающим взглядом. Пэнси посильнее сжала трапециевидную мышцу Драко, и он тихонько застонал.
Гермиона массировала очень плавно и медленно, и остановилась на миг, увидев полураскрытые губы слизеринца. Пухлые, влажные… Драко следил за Гермионой. Она заметила, как сверкнули голубыми брызгами его глаза из-под длинных выгоревших ресниц. Он смотрел расслабленно и будто прямо в самую душу. Нет, не в душу, а куда-то глубже, Гермионе стало даже немного жарко. И жар этот шел изнутри. Она разминала шею Гарри, а сама почему-то представляла, как делает это с накачанной шеей Малфоя, как скользит пальцами по его загорелым плечам, мнет его бицепсы, гладит татуировку, слышит его участившееся дыхание. А он не отводил от неё глаз, наслаждаясь массажем от Паркинсон. И это всё было так…
Возбуждающе…
Гермиона облизала губы. Драко опустил на них взгляд и тоже облизнулся. Гермиона шумно выдохнула, а он сжал губы и сглотнул.
— Гарри, тебе нравится? — спросила Гермиона, не отрывая взгляда от Драко.
— Да, очень даже! — откликнулся друг, а Драко понимающе улыбнулся ему уголком губ, и Гермионе показалось, что в его взгляде промелькнула грусть.
Почти в полночь яхта под названием «Волна» отвезла ребят обратно в «Бухту свободы». Они плыли к месту, наслаждаясь видами горящих огней города. Гермиона очень устала и сидела, свесив ноги с борта вниз, подол её платья переливался серебром, ловя огоньки города. Волны бились о корму белого судна, орошая её ноги холодными брызгами, позади о чем-то болтали ребята. Из обрывков разговора, Гермиона поняла, что они хотели продолжить вечер — прогуляться по Рио и потанцевать в одном из самых известных клубов города. Гермиона поймала взглядом белый силуэт Драко. Он снова смотрел на неё.
Почему он такой? Смотрит так, словно она ему нравится, а потом подходит ближе, открывает рот и всё портит? Что это за странная игра? Она не понимала его. Но подозревала, что это какая-то месть. От такого человека можно ожидать всё, что угодно.
От усталости её мысли теперь не носились суетливо и хаотично, а текли плавной рекой, и Гермиона подумала, что сегодня вечером она должна пробраться на яхту, пока хозяин будет отжигать на дискотеке. И всё о нем узнать.
И сколько ребята не уговаривали пойти её вместе с ними, Гермиона отказалась, ссылаясь на головную боль и усталость. И она почти не соврала. Гарри в очередной раз терпеливо выслушал её монолог о вреде алкоголя, проговорил: «Вернусь стёклым, как трезвышко!» и, чмокнув Грейнджер в щеку, убежал веселиться. Она подождала ровно час, заняв себя душем и чтением книги. Зуд исследователя подгонял её вперед, и Гермиона, натянув джинсы и синюю футболку Гарри, чтобы слиться с ночью, поспешила к пристани. Пешком до неё было минут тридцать быстрой ходьбы и это время Гермиона заняла мысленным составлением списка странностей Драко Малфоя.
Яхта Драко выделялась среди остальных лодок и катеров оставленных у пристани. Паруса были убраны, но это не меняло того, что она превосходила их по размеру. На судне, как маячок в ночи, горел лишь свет фонаря. Значит никого не было дома или хозяин спал. Гермиона повела палочкой изучая магический фон — яхта не была заколдована. Озираясь и осторожничая, она медленно прошла по трапу на палубу. И мягко ступая, как кошечка, спустилась вниз по ступенькам к каютам.
В коридоре стояла оглушающая тишина, судно мерно покачивалось на волнах — за бортом, кажется, начинался шторм.
Гермиона зажгла свет на кончике палочки и нырнула под лестницу.
— Алохомора! — произнесла она уже второй раз за день.
Но в этот раз таинственная дверь не поддалась так легко. Она произнесла заклинание несколько раз. Не сработало. Тогда Гермиона решила, что нужно принять решительные меры и тихо прошептала:
— Бомбарда минима! — прозвучал резкий небольшой взрыв, словно рядом Симус Финниган экспериментировал с зельями, и поврежденная дверь с тихим скрипом открылась.
Гермиона осторожно вошла, на всякий случай держа палочку в вытянутой руке. Она подсветила стену, на которой ранее заметила газетные вырезки. И в оцепенении замерла. Это были все газеты и статьи… Про неё. В основном. Иногда на колдографиях встречалось неразлучное «золотое» трио, как называли их газетчики. Грейнджер с ностальгией погладила пальцами улыбающиеся подростковые мордашки Гарри и Рона. Как же раньше им было весело втроём.
В самом центре она увидела газетную вырезку с колдографией с Выпускного бала. Драко стоял открыв рот, наблюдая, как она убегает от него. Оставляя его одного между танцующими счастливыми парами. Гермиона явно видела его расстроенное лицо, резко превращающееся в злое. Именно после этого он догнал её и высказал всё, что думает.
Она огляделась и заметила свою кофту… Ту самую, в которой её притащили в дом Малфоев. Тётка Драко содрала её с Гермионы, чтобы сделать ту мерзкую надпись на руке, от которой Грейнджер потом избавилась. Гриффиндорка коснулась мягкой ткани и заметила, что её постирали. Заметила свои старые конспекты по истории Магического мира, оставленные в Хогвартсе. Маггловскую ручку с пушистым белым кончиком, которую она забыла в библиотеке на четвертом курсе. Свою серебряную серёжку от комплекта, подаренного мамой на день рождения, потерянную на шестом курсе, и ещё какие-то мелочи, принадлежащие ей.
Мерлин! Что значит этот музей посвященный Гермионе Грейнджер? Она покрылась мурашками. Неужели Драко Малфой — маньяк и сейчас она прямо в его логове!
Гермиона скорее бросилась прочь. Она выскочила в коридор и заметила тёмную тень, рванувшую к ней.
— Эй! — услышала она гневный окрик и припустила ещё сильнее.
Выбежала на палубу. Океан бурлил, небо затянуло тучами. Она побежала к трапу, но высокая мужская фигура преградила ей путь.
— Стой! — крикнул Малфой. — Ты была там? Ты… Я могу объяснить!
— Ты просто извращенец! — закричала Гермиона, отступая и вытягивая палочку. — Зачем ты хранишь мои вещи? Ты следишь за мной? Или ты задумал убить меня? Я не понимаю, что… Что происходит?!
— Грейнджер, дай объяснить, убери палочку! — Малфой поднял руки выше, чтобы убедить её, что он не опасен.
— Я не хочу тебя слушать, мне надо всё рассказать Гарри… — она шагнула назад, и вдруг сильная волна ударила по яхте и окатила Гермиону с ног до головы, палочка упала, она сама споткнулась и повалилась за борт. Голову обожгло ударом.
Её крутануло, бросило в сторону и в глубь, и резкая боль отдала в плечо. Гермиона пыталась куда-то плыть, вдохнуть воздух, хаотично двигая руками и ногами. Было слишком темно и не ясно куда стремиться. Мир словно перевернулся. Страх и паника душили, сил вырываться из буйных вод не хватало. Перед глазами проносилась вся жизнь и морская твёрдая мощь толкала и волнами жадно тащила её в океан.
Гермиона Грейнджер пыталась бороться, пыталась плыть, но силы оставляли… Она бы крикнула, но её глотку наполнила соленая беспощадная вода. Самая умная ведьма Магического мира тонула в волнах Атлантического океана почти у самого берега прекрасной Бразилии.
И вдруг сильный рывок! В плечо вцепились чьи-то грубые пальцы и выдернули её наверх. Гермиона жадно глотнула воздуха, захлебываясь солёной водой и дергаясь. Новая порция воды ударила её по голове и снова крепкие спасительные руки…
Она мельком увидела серые глаза… И отключилась…
— Что ты делаешь, сумасшедшая! — слышалось ей в забытьи.— Грейнджер, какая же ты дура! — Гермиона думала, что ей снится взволнованный злой голос.