Выбрать главу

— Я на самом деле должна тебя оставить? — обеспокоенно спросила Рапунцель. — Ты уверена, что ничего не случится? Ты кажешься такой слабой…

— Найди мне еды, — с присвистом выдохнула Ведьма. — И поскорее.

Сквозь открытую балконную дверь Рапунцель посмотрела в комнату. На колесо у окна. Оно было пусто.

— Чтобы спуститься вниз, мне придется отрезать волосы. Верно?

— Да. — Ведьма вытащила из кармана плаща кинжал Рапунцель.

Взяв его, Рапунцель перекинула косу на грудь и подняла перед собой. Приготовилась. Она прошла через более страшные испытания. Намного более страшные. Но поднимая нож, все равно ощутила резкий укол сожаления.

— Пожалуйста, чуть ниже, — прохрипела Ведьма. — Твои прекрасные волосы…

Взяв около аршина волос в руку, Рапунцель положила косу на балконную ограду. Именно в этом месте косе предстоит оборваться. Опустила кинжал на золото волос.

Раз… два… три. Чирк. Рапунцель посмотрела на срезанный конец «веревки», которую сама сотворила.

— Ну вот и все, — прошептала она. Убрала кинжал в ножны и нежно коснулась лица Ведьмы. — Я намотаю косу на колесо. Не шевелись, отдыхай. Поправляйся.

Рапунцель подошла к колесу, все еще трясущимися руками — но тряслись они сейчас совсем по другой причине — намотала часть отрезанной косы на колесо, тщательно закрепляя. Косу следовало привязать надежно. Оставшуюся часть волос Рапунцель перекинула через балконную ограду и посмотрела вниз: последние три аршина ей придется прыгать, но у нее все получится.

— Ведьма, я ухожу, — крикнула она и тут же испуганно вздрогнула, почувствовав прикосновение к плечу, резко обернулась и увидела за собой Ведьму. Совсем древнюю и слабую, но как-то ухитряющуюся стоять прямо.

— Хочу убедиться, что коса не оборвется, — тонким прерывистым голосом сказала та. — Буду смотреть, как ты спускаешься.

Рапунцель не стала спорить. Она оседлала подоконник и, подобно Ведьме, которая проделывала это на ее глазах сотни раз, взяла косу, перекинула ногу через подоконник и уперлась обеими ногами в стену. Мгновение повисела, глядя снизу вверх на Ведьму. Прежде она всегда стояла в окне, а Ведьма всегда спускалась. Так странно и так чудесно смотреть на нее отсюда, снизу!

— Я мигом, — сказала Рапунцель. — Я люблю тебя.

Глаза Ведьмы увлажнились.

Рапунцель принялась спускаться. Это оказалось так легко! Она тряхнула головой и ощутила почти совершенную невесомость оставшихся волос. Коса ее ослабла и распустилась, ведь ее ничто не скрепляло. Ветер играл золотыми локонами, и, увидев летящую рядом прядь, Рапунцель рассмеялась.

Добравшись до конца золотистой «веревки», Рапунцель прыгнула, но приземлилась неудачно, кулем свалившись на землю.

Она подняла голову. Ведьмы уже почти не было видно, но отрезанная коса Рапунцель ползла вверх по стене. Придется кричать, когда вернется. Впрочем, именно так всегда и поступала Ведьма.

Глядя, как коса исчезает в окне, Рапунцель замахала рукой.

— Со мной все хорошо! Увидимся через минуту! — крикнула она, а затем развернулась и бросилась бежать. Бежать так, как не бегала ни разу в жизни. На запад, по прекрасной красной земле, на которой стояла башня. Прямиком в лес.

Подобной свободы Рапунцель никогда не испытывала. Не было ни косы, ни колеса, ни тележки. Она бежала, перепрыгивая через камни и ручьи, и смеялась и плакала одновременно. Споткнувшись, упала в заросли дикой голубики, что росли на прекрасной красной земле. Перевернулась на спину, посмотрела на качающиеся высоко над ней верхушки деревьев. Легкие ее горели, ноги гудели, а сердцу было так же легко, как и голове. Даже легче. Рапунцель казалось, что оно вот-вот вырвется из груди и улетит куда-то ввысь.

— Рапунцель!

— Джек!

Задохнувшись от радости, она вскочила на ноги и бросилась ему навстречу. Перепрыгивая через коряги и кочки, Джек несся к ней. Не считая повязки на голове, он, казалось, был жив и здоров.

Они врезались друг в друга и, тяжело дыша, крепко обнялись. Замерли. Размыкать объятий никто не хотел. Наконец Рапунцель отпрянула, но рук Джека не выпустила.

— Тесс, — первым делом спросила она. — Тебе удалось повидаться с Мудрейшей? Она дала тебе то, что затребовала великанша?

Но Джек лишь молча на нее таращился.

— Рапунцель. — На лице его застыло глубокое потрясение. — Твои волосы.

Опустив глаза, она увидела, что пряди ее волос завиваются вокруг талии, касаются бедер, цепляются на мешочки на поясе и за застежку плаща. Рапунцель выпустила руки Джека, собрала волосы и перекинула их за спину. Весили они всего ничего. Она ухмыльнулась.

— Ты был прав, мне следовало их обрезать. Ну, когда ты собираешься в Фиолетовые горы спасать Тесс?

Ошеломленно рассмеявшись, Джек сказал:

— Рун сказал, что доставит меня туда, как только мы вызволим тебя из башни.

— А где Принц-лягушонок?

— В безопасности. И с ним все хорошо. Мы сейчас за ним отправимся.

— А твоя голова? Кто ее перебинтовал?

— Рун, — ответил Джек и ткнул пальцем себе за спину. — Он скоро будет. Мы все примчались… гм-м… спасти тебя, я полагаю. — Он снова рассмеялся. — Получается, ты тоже была права. Ты и сама отлично спустилась. — Джек посерьезнел. — Но, Рапунцель, как тебе удалось освободиться? Энвеария… ты ее убила?

— Ведьма жива, — ответила Рапунцель. — Она меня отпустила.

— Отпустила?

— Да, и мне нужно вернуться. Она голодна, и я…

— Вернуться? — в ужасе воскликнул Джек. — Рапунцель, Ведьма меня едва не прикончила!

— Я знаю.

— И ты хочешь вернуться? — Он пришел в ярость. — Тебя ничто не учит, так?

— Джек. — Рапунцель положила руку ему на плечо. — Все закончилось. Она жива, но все закончилось.

— Она тебя обманула.

— Не в этот раз, клянусь. Если бы ты был там, ты бы понял.

— Почему? Что произошло?

— Это долгая история, — ответила Рапунцель. Она не была уверена, что когда-нибудь ее расскажет. Даже Джеку. — Я прошу мне поверить. Можешь? Ведьма так слаба, Джек. Если я о ней не позабочусь, боюсь, она умрет и попадет в Гегууль, а я не хочу, чтобы это случилось.

Джек задумался над ответом. В это мгновение лес вокруг вдруг наполнился мерцающим красным светом и шорохом множества крыльев.

— Где Энвеария?

То был Рун. Он подлетел прямо к Рапунцель. Остальные феи не приближались, держась деревьев.

— Она жива, — ответил Джек. — И она отпустила Рапунцель.

— Это правда, маленькая узница? — голос Руна полнился отчаянной надеждой.

— Меня зовут Рапунцель.

— Так отвечай же, Рапунцель. Она и правда тебя отпустила?

— Да.

Рун выдохнул.

— Благодарю тебя, глина под нами, — пробормотал он. — Мы можем с этим покончить. — Перекувырнувшись в воздухе, он обратился к сородичам: — Летите! Сейчас, пока она слаба! Убейте ее!

— Нет! — Повернувшись к башне, Рапунцель закричала изо всех сил: — Ведьма! Феи близко! Спускайся! Спасайся!

Но хоть она и недолго бежала, башня была далеко и Ведьма не могла услышать призыв. А феи уже исчезли из виду, стремительно несясь к башне, оставив за собой лишь гневный красный свет.

Рапунцель бросилась бежать.

— Ведьма! — крикнула она. — Ведьма!

Джек ее окликнул, но она не могла его ждать. Рун летел рядом, и Рапунцель припустила быстрее, пока наконец не достигла края леса. Тут в одно мгновение Рун вырос до человека и встал на ее пути. Рапунцель врезалась в эльфа, и тот обхватил ее, прижав руки к бокам.

— Отпусти меня!

— Не могу!

— Ты не понимаешь! Она не навредит вам… вы в безопасности, клянусь…

— Мы будем в безопасности, когда она умрет.

Рапунцель попыталась его укусить, но Рун ухватил ее за шею.

— Ты не понимаешь, что стоит на кону.

— Понимаю! Она больше не угрожает Красноземью. Пожалуйста, не убивайте ее!

Рун усилил хватку.