Выбрать главу

– Конечно, он не хочет, – Джереми приобнял меня за плечи. – Будь я на его месте, это свело бы меня с ума.

Джереми самодовольно улыбнулся, будучи при этом чересчур довольным собой. Он прикоснулся легким поцелуем к моей голове.

– Твои волосы пахнут потрясающе.

Я оттолкнула его.

– Прекрати.

Он поднял руки вверх в знак поражения.

– Что здесь такого? Я лишь подчеркнул факт.

– Я прекрасно вижу, чего ты добиваешься, – я посмотрела на него.

– Просто пытаюсь доказать свою точку зрения, – рассмеялся Джереми. Он отправился на следующий урок.

– Что именно доказать?

Он продолжал идти, игнорируя меня.

– Он доказывает мне, что у меня нет контроля над тобой, – последовал холодный ответ Адама. – И он прав. Что я могу сделать, чтобы остановить его?

***

– Анна, подожди! – Хэйли старалась догнать меня, прежде чем я зашла бы в библиотеку.

– Все только и говорят о вас с Джереми и о том, как после урока вы не отходили друг от друга. Я еще никогда не гордилась тобой. Ко мне подходили поговорить старшеклассники, желая удостовериться, что слухи верны. Шарлотта закипает от злости. Она была влюблена в него еще с первого дня, и то, что он теперь твой парень, сводит ее с ума.

– Джереми не мой парень. Он помогает мне с проектом.

– Чтобы там ни было, это не имеет значения. Я не понимаю из-за чего такая шумиха вокруг него, но я рада, что все приняли вас за пару. Люди понемногу начинают забывать о том, что случилось. Теперь ты выглядишь в их глазах «мрачной таинственной девушкой», которой удалось подцепить самого горячего парня в школе. Многие говорят, что ты настоящая оторва, раз решилась прийти в школу вдрызг пьяной, – хихикнула Хэйли. – Мне даже жаль, что их так легко ввести в заблуждение.

– Можешь сказать им, что после школы я еду к нему, а его родителей не будет дома.

– Боже мой, Анна! Ты лучшая! Шарлотта просто позеленеет от злости, – она обняла меня, прежде чем помчаться рассказывать последние сплетни.

– Зачем ты ей это сказала? Неужели ты хочешь, чтобы люди думали, что вы с Джереми встречаетесь? – Адам выглядел оскорбленным.

Как только мы оказались в библиотеке, я вытащила свой блокнот.

«Нет, но мне хочется помочь Хэйли».

– С каких пор?

«С тех пор, как она множество раз заступалась за меня в школе на прошлой неделе».

Я не могла до конца понять ее желание быть популярной, но чувствовала себя перед ней в долгу.

***

Комната Джереми оказалась не такой, как я думала. Я ожидала обнаружить здесь плакаты с голыми девицами, грязные тарелки и груды нестиранной одежды на полу. Однако я увидела расположенные в углу три гитары, синтезатор, стопку винтажных пластинок и компакт-диски. У него было нечто вроде игрового центра с кучей игр возле огромного телевизора с плоским экраном. Его кровать представляла собой неряшливый ворох простыней и одеял. Стены были увешаны постерами разных фильмов и музыкальных групп. Мое внимание сразу привлекла компьютерная установка. У него было три монитора, которые окружали все возможные виды технического оборудования. Я не смогла распознать ничего из этой аппаратуры, но выглядело впечатляюще.

Джереми подошел к компьютеру и похлопал по нему.

– Это Люси, любовь всей моей жизни. Мы провели вместе немало хороших минут.

– Даже не сомневаюсь

Он не уловил мой насмешливый тон, будучи слишком занятым возведением почестей своему компьютеру. Я никогда не пойму той сумасшедшей привязанности людей к своим вещам.

Джереми сел на стул, который можно было назвать не иначе как «дьявольский трон, в котором он отдает приказы по разрушению мира».

– Ну что, приступим, – с озорной улыбкой он хрустнул костяшками пальцев и потянул шею.

Я присела на краешек кровати, в то время как Адам расхаживал по комнате, рассматривая все, что попадалось ему на глаза.

– Чтобы сузить круг поиска нам следует разузнать, кем может быть Адам.

– Мы уже пробовали, но так ничего и не обнаружили.

Я молилась, чтобы это не имело значения и Джереми смог бы помочь нам.

– Вы пытались искать информацию об обеспеченных семьях, у которых сын находится в коме? – он начал что-то печатать, но что именно я не могла прочитать.

– Ну, прошлой ночью мы пытались найти списки пациентов в коме, но мы понятия не имеем, где именно Адам может находиться и откуда он, – я собиралась рассказывать дальше, но Адам прервал меня.

– Подожди, спроси его, почему он упомянул о богатых семьях, когда спрашивал о предыдущих поисках.

Он перестал рассматривать вещи, а затем подошел и встал возле Джереми.

– Адам хочет узнать, почему ты упомянул про обеспеченные семьи?

– Если он находится в коме в течение восьми лет, он должен быть чертовски богат, чтобы оплатить больничные услуги.

– Вау, а он профессионал. Он уже открыл несколько вкладок известных семей нашей области и прилегающих районов.

Я встала сбоку от Джереми и почувствовала, как во мне начинает зарождаться надежда.

– Спроси у Адама, не припоминает ли он одно из этих имен? – он открыл несколько статей и размесил их в один ряд.

– Просто чтоб ты знал, он стоит возле тебя. И нет, ни одно из имен ничего ему не говорит.

Джереми повернул голову налево и покачал головой.

– Немного жутковато знать, что кто-то наблюдает за тобой, но ты не можешь его увидеть или дотронуться.

Поиски статей об обеспеченных семьях, у которых сын находится в коме, оказались безрезультатными.

– Ну и что теперь? – Мой ранее наблюдавшийся оптимизм улетучился.

– Погоди, еще рано сдаваться. Боже праведный, ты сомневаешься в моих способностях?

Джереми искал любую информацию, которую только мог найти о богатых семьях, живущих недалеко от того озера, где мы с Адамом встретились. Мы просмотрели бесчисленное количество фотографий с подписанными ниже именами, но ни у одного из них не было имя Адам или хотя бы что-то похожего.

– Подожди, верни назад. Смотрите, – я указала пальцем на картинку.

– Всего лишь мужчина со своей женой на благотворительном вечере, – Адам был в замешательстве.

– Я знаю, но посмотри на подпись.

Здесь написано: В скоро времени будет открыт новый научно-исследовательский центр неврологии, благодаря щедрым пожертвованиям Вильяма и Луизы Кенвард в размере пяти миллионов долларов.

– Во-первых, у них определенно есть чертова куча денег, а во-вторых, разве не стали бы родители, у которых ребенок в коме, проявлять большую заинтересованность в исследовании деятельности мозга?

– Блестяще, Энни, – глаза Адама засверкали.

Джереми начал искать любую возможную информацию о Кенвардах. Видимо их состояние перешло от отца Вильяма, владельца обанкротившихся отелей и курортов. За весь последующий час мы прочитали бесчисленное количество статей, касающихся слияния и приобретения акций компании, но нигде ни слова не упоминалось об их детях.

– Вот еще кое-какие записи с прошлого лета, – произнес Джереми, открывая статью.

Небольшая статья о близнецах, мальчике и девочке, окончивших с отличием известную частную школу, находившуюся в часе езды от нас. Ашер и Алексия Кенвард были детьми Вильяма Кенварда, главы компании «Кенвард Энтерпрайзис». Дальше шла речь о том, что осенью дети будут посещать Гарвард. В статье так же была размещена фотография всей семьи после церемонии вручения дипломов. Я прочитала подпись под фотографией: слева на право – Элис, Луиза, Ашер, Алексия, Вильям; сын Адам не присутствует на фотографии.

Мы все в полной тишине смотрели на экран. Я старалась выровнять дыхание, но все равно получилась, прямо как у быка перед нападением. Мы справились. Нам удалось выяснить, кем был Адам. Мы встретились глазами друг с другом и на миг потеряли дар речи. Он вновь посмотрел на экран монитора.