– Ну почему… смельчаки находились. Только потом их не находили! Хе–хе–хе! Ты что думаешь, это кит с мягким брюхом? Или тюлень? У него чешуя почище брони! Я ведь успел топором его врезать – ты думаешь чего он за мной галопом скакал? Я по брюху ему врезал топором так, что и броня бы не выдержала! А ему все похрену! Только разозлил! Топор от него отскочил и чуть башку мне не снес! Но как я бежал – знаешь, никогда в жизни так не бегал ни до, ни после того. Сирвалы не сравнятся по скорости – я бы мог обогнать их в ту минуту как детей!
– А магов привлекать не пробовали? Ну – чтобы убить чудовище?
– А зачем? Ну, на кой нам с ним бороться? Ну да – попрет он у нас моржа… раз в два года. И что? Да и где у нас маги? Этот недоделанный, что ли? Ты смеешься? У бесклановых – маги? Хрен с ним, летает ящерица, и пусть летает. Если не сдохла уже… ты наливай, наливай! Чего кружка пустая?! Веселись! Ты крепкий парень, это хорошо! Будет с кем выпить долгими вечерами!
***
В «свой» дом Нед шел качаясь, даже демону было трудно переварить такое количество выпитого. Тем более, что под конец пира Лапа приказал подать что‑то особо огнедышащее, шибающее запахом птичьего дерьма. Глава многообещающе подмигивал, наливая это пойло в кружку своему гостю, и Нед скоро понял почему, когда его ноги отказались держать многострадальное тело, а перед глазами поплыли красные круги. Как заявил Лапа, после такого напитка душа отлетает к небесам и видится с богами, иногда не желая возвращаться обратно.
В то, что душа может и не вернуться в тело Нед легко поверил – человека послабее эта демонская штука могла наверняка убить, да и сильного – тоже.
Лапа вырубился после второй кружки. Нед же еще смог встать, надеть на себя куртку, шапку и выйти из дома. Прислуга и женщины хозяина предлагали Неду остаться, обещая ему место на лежанке рядом с Лапой, но Нед упорно, цепляясь за остатки разума побрел к своим, пытаясь выдавить из мозга тяжелый хмель.
Выдавить хмель пока не получалось, но вот исторгнуть из себя ядовитую жидкость получилось – как только Нед оказался на свежем воздухе. Сугроб у входа принял в себя содержимое желудка Неда, скрыв следы «преступления» белой, завывающей, как зверь метелью.
На улице было темно. Снег перестал идти, но сильный ветер наметал сугробы, скрывал тропинки и Нед вначале потерялся, не зная, куда идти, пришлось минут пять стоять, мучительно соображая и выбирая направление движения. Направление никак не приходило, и Нед уже собрался повернуть назад – не замерзать же тут, между домами, позорно не найдя дороги? Но внезапно к нему метнулась темная тень, и кто‑то обхватил его за пояс, положив руку себе на плечи:
– Пойдем! Пойдем, я отведу!
Нед мотнул головой и послушно пошел туда, куда повела его Гира, прижавшаяся с левого бока. Ему не хотелось думать, не хотелось быть большим командиром и великим магом, ему хотелось прижаться к кому‑нибудь, чтобы его вели, за него командовали. А еще – хотелось упасть и никуда не идти. Вообще никуда.
Эта мысль внезапно развеселила его, Нед начал глупо хихикать, потом его снова затошнило, и они с Гирой стояли, пока тошнота не прошла. Снова пошли по тропе, где был только след Гиры – видимо она выскользнула из землянки тогда, когда никто не видел и все спали, почувствовав, как Неды пытается пробраться к дому.
Они еще не прошли и полдороги, когда их встретили двое Теней – Хелда и еще одна девушка, видевшие, как Гира выходит на улицу, и понявшие – зачем. Они подхватили Неда и последующее передвижение сделалось гораздо быстрее.
Следующий час Нед запомнил плохо – его мутило, голова кружилась, он будто плавал в пространстве, а над ним нависали огромные головы, в которых он узнавал то Гиру, то Хелду, то других девушек охраны.
Его раздели, не обращая внимания на вялые попытки сопротивления, усадили в здоровенное корыто и начали поливать горячей водой, вертя как куклу из стороны в сторону. В корыте он совсем расслабился и уснул, похрапывая и не обращая внимания на своих «мучительниц». Неда вынули из корыта, насухо вытерли и не обращая внимания на смешки Харалда и близнецов, проснувшихся и наблюдавших за процедурой как за представлением комедиантов, отнесли на лежанку в дальнем, почетном углу возле печи, накрыли меховым одеялом и только после этого в доме стало тихо – если не считать завывания ветра где‑то над головой, да гула пламени в печи, уничтожавшей странные серые камни, которые горели не хуже, чем дрова.
Нед спал как убитый, и скоро его организм почти полностью восстановился, уничтожив одурящий напиток, отравивший организм. Через два часа Нед уже спал как обычно – как спит усталый человек, отмахавший несколько ли по рыхлому снегу под ураганным ветром и страшным морозом, превращающим в ледышку даже плевок.
Ночью ему приснилось, что он лежит рядом с Амелой. Во сне она почему‑то летала, обнаженная, прекрасная, какой он запомнил ее в последнюю ночь. Амела смеялась, грозила ему пальцем, а потом… опустилась на лежанку, спрятавшись под одеялом и прижавшись к боку Неда упругим, горячим телом. Неду до воя захотелось ее обнять, прижать к себе… она будто почувствовала это, обхватила его руками и ногами… и все случилось. Ему было очень хорошо, но страшно хотелось спать. И Нед забылся – уже без снов, без видений.
***
Гира тихо лежала рядом с Недом, боясь шевельнуться. Рука любовника лежала на ее груди, едва прикрытой тонкой тканью рубахи, задранной до пояса. Несколько минут назад она с трудом сдерживала стоны, страстно вжимаясь в Неда, прижимаясь к нему всем телом, будто пытаясь вобрать его в себя без остатка, наслаждаясь каждым мгновением случайной близости… ведь когда еще доведется? То, что эта близость случайна, было ясно с самого начала. Нед до сих пор не отошел от выпивки, Гира чувствовала его опьянение, чувствовала, как его мозг с трудом осознает действительность – она и сама‑то была как в тумане, получая через магическую связь волны опьянения. Впрочем – не такие сильные, одуряющие, как это можно было бы ожидать. Как это было раньше. Может она научилась блокировать ощущения? Скорее всего – это Нед каким‑то образом научился притуплять свои ощущения, не передавая их девушке. При его способностях немудрено…
Хотя – многое из того, что он чувствовал сегодня, Гира ощущала во всей красе – как будто это не он выпивал, а девушка сидела рядом с ним за столом и поднимала кружку за кружкой.
Почувствовала она и его растерянность, когда Нед не мог найти дорогу домой и стоял между домами на обжигающем, пронизывающем ветру.
После того, как Неда положили под одеяло, девушка выждала время, дождалась, когда в доме все затихнет, и тихонько прокралась к Неду под бок. Будто ожидая этого, Нед с готовностью принял ее в объятья и не просыпаясь овладел Гирой – так страстно, так сладко – как она всегда и мечтала. Даже не поняв, что переспал со своей «обидчицей». Впрочем – так ли это? Может и понимал, но мозг, расторможенный алкоголем и долгим воздержанием не выдержал напора страсти…
Да, вероятно завтра ей достанется за то, что она без спросу влезла в его постель и соблазнила своего партнера, но… это будет завтра. А сегодня – ее ночь. Ну – пусть не ночь, пусть полчаса – но все ее!
Никогда ей не было так хорошо, так сладко – к своим ощущениям от соития с мужчиной, она одновременно ощущала страсть, наслаждение Неда, и ее удовольствие было помножено в несколько раз! После такого, как сегодня – ей точно никто не нужен. Ни мужчины, ни женщины…
С тех пор, как Гира связала себя с Недом магическими узами, она не знала покоя, думая, переживая – правильно ли она сделала? А еще – что будет впереди? Что будет с ней? Что будет с Недом?
Конечно, она понимала то, что совершенное ей нехорошо. И что Нед должен сейчас ее ненавидеть. Должен… но не ненавидел. И злился от того, что хотел ее, желал ее, и больше всего – от того, что Гира знала об этом. Теперь скрыть от нее что‑то было невозможно – все эмоции, желания, чувства, ощущения – все, чем жил Нед было для нее таким же, как если бы это были ее эмоции и желания.
Честно сказать – она сама не ожидала такого эффекта. Ну да, знала – будет связана, будет ощущать эмоции, но это казалось таким забавным, таким нестрашным. И только по прошествии времени, Гира поняла, что она натворила. Вот только уже было поздно.
Нед шевельнулся, и девушка замерла, крепко сжав губы. Рука Неда шевельнулась и переместилась на голое бедро Гиры, где и замерла, погладив ее бархатную кожу, покрывшуюся мурашками от ласки сильной руки. Нед улыбался во сне – похоже, что ему что‑то приснилось, и Гира тихонько вздохнула – вряд ли ему приснилась она. Скорее всего – одна из его женщин.
Девушка не раз думала о том – как встретят ее Амела и Санда? Убить, конечно, не убьют – это все равно, как если бы они убили Неда, но что Гира им скажет? Как вообще сложатся отношения?
Неожиданно для себя Гира улыбнулась – вот это Нед нажил проблем! Впрочем – многие из мужчин были бы счастливы попасть в такие ласковые сети. Разве Нед иной? Ведь все, что от него требуется – позволить себя любить. А они, женщины, уж как‑нибудь между собой договорятся. Мужчины всегда думают, что они правят миром… а разве так?
Хихикнув, Гира закрыла глаза отдалась объятьям бога сна, навевающего спящему человеку мечты и видения будущего. В конце концов – она ведь провидица, и знает, что все будет хорошо. По крайней мере – с Недом и с ней, Гирой.