— Что ортане? — главнокомандующий посмотрел на безопасника.
— Все, как обычно. Создается впечатление, что ничего особенного для них не произошло, хотя мы уверены в обратном. Может чего-то ждут.
— Скоро начнут прибывать мобилизованные, займитесь распределением. Тирк, на тебе проверка, особенно тех, кто пойдет в спецподразделения.
А в бескрайнем космосе по инерции летела поврежденная матово-черная пирамида.
Глава 4
Ярослав куда-то шел по лесу, он не помнил куда и зачем, чувствовал, что так надо. Лес тоже был какой-то странный, ведь названия ни одного дерева он не знал или не помнил. Так вроде лес как лес, но что-то в нем было странное, но что именно он никак не мог понять. Вон огромное яркое дерево, вокруг которого столпились значительно меньших размеров. Он хотел подробнее рассмотреть, но какое-то подспудное чувство гнало его дальше. Сам по себе лес не был густым, можно даже сказать, что он был редким, но то тут, то там встречались островки наподобие ранее увиденного. Вперед, вперед. Что это? На траве кто-то лежал, кто-то живой, так как было шевеление. Ярослав подошел ближе.
— Вот это да! — воскликнул он.
А на траве лежал сокол или орел, он не разбирался в таких тонкостях, но точно кто-то из них. Вот только размерами он был, как самолет малой авиации, а еще он умирал или был болен, а может ранен.
— Кто же тебя так?
Ярослав подошел к нему, потому чуть обойдя, увидел голову и направился к ней. Подошел, присел на корточки и стал гладить. Вдруг у него возникло какое-то чувство узнавания и родства, но вспомнить, что бы это значило, он так и не смог. Но тут дернулось веко у птицы и он увидел глаз, смотревший на него. Во взгляде уже не было ни боли, ни интереса, ни желания. Ему стало очень жаль эту величественную птицу и безумно захотелось увидеть ее полет. Не задумываясь о том, что делает и как у него все это получилось, он положил свои руки ей на голову и постарался передать живительные силы или энергию. Он совершенно не думал о том, что это такое, но у него получилось — птица подняла голову, а Ярослав опустил руки и отошел на шаг. Но тут ноги его подкосились и он опустился на землю, перевернулся на спину. Хищник уже стоял на лапах и смотрел на него. Ярослав через силу улыбнулся, так как силы еще покидали его, поэтому даже это действие он совершил с трудом. А в следующее мгновение птица взмахнула крыльями и стала подниматься ввысь.
— Как красиво, — прошептал он, любуясь полетом хищника.
А в следующее мгновение он потерял сознание.
Странник начал приходить в сознание. Это одновременно было похоже на выход из куколки и не похоже. В режиме куколки он находился в сознании, вернее он осознавал себя и отслеживал несколько систем. Сейчас же он понял выражение людей «потерять сознание», так как именно этим термином можно было объяснить состояние, из которого он только что вышел. Первым делом запустил диагностику систем, а потом вспомнил обо всем. Ярослав, капитан, где он? Что с ним?
Ярослав находился в капитанском кресле без сознания, из ушей, носа, рта текла кровь. Странник попытался связаться с ним, но не преуспел в этом. Тогда он стал диагностировать свои системы и результаты ему очень не понравились: корпус поврежден, работоспособный только один двигатель, системы сканирования повреждены. В рабочем состоянии остались только система жизнеобеспечения и медицинская секция, чему Странник очень обрадовался, так как капитан нуждался в строчной помощи. Все его создания остались целыми, но вот связаться с ними он не мог, а это значит, что Ярославу угрожает серьезная опасность. Необходимо срочно восстановиться, но биомассы осталось всего ничего, поэтому он решил искать планету с кислородосодержащей атмосферой. Сориентироваться на местности он не мог, поэтому оценить свое местоположение мог лишь приблизительно, хотя и с небольшой погрешностью. Определившись, он выбрал маршрут, на котором были две необходимые планеты, на одну из которых он возлагал большие надежды. Все дело было в том, что она в свое время подверглась большой бомбардировке и мощной атаке из космоса, поэтому живого там осталось мало, а Странник надеялся, что заггеров там тоже ничего не привлечет.
И Странник на максимальной скорости, которую позволял развить всего один двигатель, полетел в выбранном направлении. А состояние Ярослава ухудшалось. Как он это определил, Странник вовсе не понимал, но твердо был уверен, что прав. Еще совсем недавно такого не было, он только немного чувствовал своего капитана. Сейчас же все по-другому, и определить причину этого он не мог. Но самое плохое было в том, что он никак не мог помочь капитану, жизненная энергия которого утекала из тела — уж это он чувствовал совершенно определенно.