В общем, король был сильно против Декларации. Однако вспыхнули народные волнения, и король Декларацию подписал. Черт с вами!..
Пока ничто не предвещает худого. Самые смелые мечты депутатов — конституционная монархия. Короля объявляют главой исполнительной власти, который должен действовать не по своей прихоти, а только на основании принятых Национальным собранием законов. Ни о какой республике и речи нет. Даже оголтелый Марат в августе 1789 года убежденно пишет: «В большом государстве множественность дел требует самого быстрого их отправления… в этом случае форма правления должна быть, следовательно, монархической».
Но маховик революции уже набрал обороты и далее продолжает свое неумолимое вращение вне зависимости от чьей-то персональной воли. Возникает Парижская коммуна. Пример Парижа подхватывают другие города — там вместо муниципалитетов возникают выборные коммуны. Власть на местах окончательно переходит выборным органам. Одновременно принимается акт, по которому смертная казнь отныне будет совершаться не по-деревенски — топором, а с помощью механического устройства — гильотины. Это мгновенно и потому более гуманно.
В мае 1790 года революция делает еще одно великое дело, которое трудно переоценить: под руководством величайшего из гениев Франции Лавуазье и при участии Лагранжа на научной основе разрабатывается единая система мер и весов. За основу единицы длины впервые положена не длина от пятки до носка, а одна десятимиллионная доля парижского меридиана от Северного полюса до экватора. Система получает название метрической, завоевывает всю благодарную Европу и по сию пору используется везде в мире, кроме редких отсталых стран, куда наполеоновский штык, к сожалению, так и не дотянулся. Метрическая система была разработана по заказу наиболее просвещенной части буржуазии для облегчения торговли. Торговля есть двигатель прогресса, как ни крути!..
Издается декрет об образовании департаментов охраны памятников и произведений искусства. А в королевском дворце — Лувре — создается музей… На этом хороший этап революции заканчивается. Ревмаховик медленно выворачивает зрителям другую, не столь приглядную сторону.
Чувствуя, что ситуация мало-помалу становится неуправляемой, король Людовик решает бежать из страны к своим иностранным монархическим родственникам, чтобы поднять против революционный заразы всю феодальную Европу. Бегство не удается по чистой случайности — на почтовой станции служитель узнает короля, сидящего в карете. Его задерживают. «Зачем нам такой король?» — спрашивают народные депутаты, сгоряча берут на себя всю полноту исполнительной власти, но затем по инерции принимают уже давно подготовленную Конституцию, в которой закреплен режим монархии. Король вновь становится властным и возвращается во дворец. Ситуация странная.
И тут начинается иностранная интервенция.
То, что король до своих европейских родственников не добежал, не помешало им объединиться в антифранцузскую коалицию. Первыми в такую коалицию сгруппировались Австрия и Пруссия. Позже к ним присоединилась Россия… А всего антифранцузских коалиций было семь! Так что наполеоновские войны, двадцать лет сотрясавшие Европу, были вызваны вовсе не назойливым желанием Наполеона захватить мир, а действиями союзников, раз за разом стремившихся уничтожить революцию во Франции и возвратить на парижский престол короля. Наполеон же только защищался. Впрочем, не будем забегать вперед.
Итак, войска интервентов вторгаются во Францию. Голодные, оборванные, босые солдаты новой Франции с переменным успехом воюют против интервентов. Национальное собрание провозглашает лозунг: «Граждане! Отечество в опасности!» Аккурат к этому сроку капитан пехотных войск Руже де Лиль сочиняет «Марсельезу», которую Франция подхватывает, как новый гимн, с которым граждане готовы погибать за свободу.
В один из этих тревожных дней на трибуну взбирается Робеспьер, обвиняет в бездействии и исполнительную власть (короля), и законодательную (Нацсобрание). Максимилиан кричит, что нужно избрать новое, решительное революционное правительство — Конвент и написать новую Конституцию, не монархическую, а республиканскую! Депутаты чешут репы. Неожиданное предложение. Тогда нетерпеливый Робеспьер напрямую обращается к «чудищу облу и стозевну». Народное чудище, лая и воя, штурмует королевский дворец. Король арестован, король в тюрьме. 21 сентября 1792 года собирается Конвент, отменяет во Франции монархию и провозглашает республику.