Выбрать главу


– Разве их попытки выставить хорошую девушку в плохом свете не выглядят до смешного жалкими?


– М-м-х-п-ф, – Штраусс гневно засопела. – Ты на моего зятя похож! И на Миру!


Парень развёл руками:


– Грешен.


– Р-р-р, они так же делают!


Люси посчитала такой момент абсурдным и неуместным, несмотря на это, девушка не сдержалась, прыснув в кулак, чем лишь усилила эффект «надувшейся Лисанны», в свою очередь, это усилило накал, Хартфилия была готова расхохотаться, если бы не появившиеся проекции-экраны над каждым районом столицы. На экране показался брат герцога Тулий, мужчина в возрасте за сорок крайне выглядел потрёпанным, словно поучаствовал в бою, рядом с ним стоял небезызвестный Людвиг и сильно хмурился.


– Мои дорогие сограждане, уважаемые соседи, друзья, – заговорил один из реальных правителей Минстреля. – Сегодня произошло вопиющее событие… Вчера наши отважные защитники из стражи и Пурпурных Шляп арестовали злодейку Лисанну и её правую руку – Люси! – у названных девушек задёргался правый глаз. – Они разорили поместье герцога Нюрхера, – мужчина схватился за сердце. – Западные дикарки не знали пощады, они не пожалели никого, ни стариков… ни детей! Весь род Нюрхер был жестоко вырезан! – толпа ахала и охала, Люси не видела безразличных людей, все были потрясены. – Сегодня после полудня должна была состояться казнь злостных преступниц… С болью на сердце сообщаю вам дурные вести: мои дорогие друзья, преступницам удалось бежать при помощи внедрённого агента Юстоса Вероломного, – на экранах появились портреты беглецов. – Они и меня пытались убить, – мужчина стал подавленным, словно потерял нечто дорогое, – мне чудом удалось спастись благодаря Людвигу, мой отважный сын подоспел вовремя и смог прогнать преступников, но… к сожалению… не все работники дома пережили налёт банды Лисанны. Прошу всех почтить жертв минутой молчания.


Люси не сразу заметила, как сжала кулаки добела, одёрнув себя, волшебница похвалила себя за решение отказаться от новомодных длинных ногтей в пользу практичности, однако остальная ситуация сильно злила, ведь лживый негодяй оболгал не только её или Лисанну, он воспользовался случаем для грязных игр, начал устранять конкурентов целыми семьями, без намёка на сочувствие, словно в него Зереф вселился!


– Прошу вас сохранять спокойствие и бдительность, – продолжил он, когда минута вышла, – банда Лисанны на свободе, они могут попытаться отомстить за атаманшу. Не беспокойтесь о Хвосте Феи, это слабая гильдия с ложной репутацией, фиорцы выдумали те истории, чтобы казаться большими и сильными в сравнении с настоящими странами. К нашей общей беде король оказался… недостаточно отважным, чтобы защитить свой народ от фиорской заразы. Я просил его… умолял… стоял на коленях… молил защитить Минстрель от дикарских орд, – в толпе началась небольшая паника. – Прошу вас не бояться, варвары и король-марионетка желают ослабить нас распрями! Будьте осторожны и бдительны, помните, победить варваров и банду Лисанны мы сможем без короля!


Экраны исчезли, повисла давящая тишина, далеко не сразу разбавленная первыми негромкими разговорами, однако Люси продолжала молчать, когда Юстос пытался успокоить разгневавшуюся Лисанну. Хартфилия была обескуражена цинизмом и лживостью брата герцога.


– Нужно уходить, – сказал Юстос, – скоро они усилят патрули.


Люси невольно коснулась связки Ключей на поясе, теперь… теперь она сможет дать отпор.


***


В кабинете особняка


Когда довольный брат герцога и его сын ушли из кабинета ради обеда, Кандерон вздохнул с облегчением, с каждым часом терпеть коварных павлинов было всё сложнее, пальцы сводило от желания свернуть им шеи, останавливала лишь клятва на крови, от которой чернокожий мужчина пытался избавить своих людей вот уже двадцать лет. Двадцать долгих лет, кои могут пойти в Пекло к Люменору, если Юстос не прекратит путать все планы, но кто мог знать, сколь силён станет бывший капитан Пурпурных Шляп… никто, ведь до сегодняшнего дня он скрывал свою силу.


Возможно, всему виной правила передачи информации, возможно, сам Кандерон, не проведший реформы в разросшейся организации, сейчас это было неважно, поскольку на кону стояли судьбы сотен небезразличных людей. Именно ради них, ради всех Пурпурных Шляп Кандерон ввязался в авантюру Эверли, годами мечтающего захватить власть в семье и во всём Минстреле, ради этого алчный и циничный Тулий был готов кинуть в бойню всех «друзей», «товарищей» или любовниц.