Выбрать главу

— Я сказал тебе правду, Буревестник. Я из Западных Лесов. По повелению Кворума эльфов, я искал Эврикиду Антиварра, чтобы узнать у нее очень важную тайну. Ничего более.

Если бы могла, наемница заморозила бы взглядом не только эльфа, но и его спутника, и всю поляну заодно.

— Думаешь, я не догадываюсь, что ты что-то недоговариваешь? Что ж, полправды все же лучше, чем вообще ничего. Ну, а ты, раб?

Фарен возвел глаза к небу.

— Я лучше последую твоему совету нахлебничать, пока это возможно.

Джайра фыркнула. Такая наглость, способная соперничать с ее язвительностью, попадалась ей впервые.

— Так тому и быть, — вытащив из терновника меч амазонки, Джайра сунула его Ксии со словами: — Как обычно, у тебя слабая правая нога, поэтому ты не можешь удерживать равновесие. И еще левая рука медлит. Когда ты успела получить перелом?

— Это тролль. Четыре года назад. Я была на разведке.

Джайра покачала головой:

— Сколько раз я говорила, что обучение амазонок не совершенно… И что это еще за игрушки на рукояти? — Джайра указала на маленькую фигурку грифона вместо навершия.

— Это символ года, когда я стала амазонкой. Все так делают! Разве ты не заметила на мече Амрены скорпиона?..

— Что за фетишизм? Оружие — не наряды, здесь нет места украшениям.

— Зато твой меч сверкает как ночное небо Сиерикона…

— Потому что он особенный, да и достался мне таким… Ложитесь спать. Я разбужу вас на рассвете.

После еще одной неудавшейся угрозы она чувствовала себя униженной и не хотела даже смотреть в глаза кому-либо из присутствующих, просто молча рванулась к деревьям и ловко в два прыжка взобралась по веткам вверх, скрывшись в листве. Неприятный осадок на душе остался у всех, но только Фарен испытывал необъяснимую вину непонятно в чем. Уже когда все устраивались вокруг костра, он спросил:

— Чем я ее обидел?

Слушатели ответили через несколько секунд колебаний.

— Не знаю…

— Тем, что меня защитил.

На этом разговор окончился, даже не начавшись.

Примерно через полчаса Ксия и Херон перестали крутиться, выбирая удобную позу, и заснули. Фарен же еще долгое время неподвижно смотрел на луну, прощупывая внутри себя эти подпорки, о которых напомнил другу. На дальнем конце поля спрыгнула с дерева Джайра, тихо и грациозно, как кошка, и прокралась к поклаже в тени навеса. Почувствовав ее приближение, некромант закрыл глаза и постарался сделать дыхание ровным и глубоким.

Что может сказать оружие о воине? Очень многое. Дубовый лук эльфа представлял собой образец эльфийского мастерства изготовления стрелкового оружия. Это были две гладко обтесанные и сплетенные в изящную спираль ветки, не тронутые ни гнилью, ни кровью, ни насекомыми. Рукоять из мягчайшей кожи, удобная и приятная на ощупь. Тетива изготовлена из волоса единорога — это понятно по пробегающей по нити искре, когда поворачиваешь лук при свете луны. Стрелы амазонки эльфу не вернули — видно, кто-то их прикарманил себе, значит, они были не менее искусно сделаны. Отложив лук, она глянула на спящих, проверяя их сон, и перешла к оружию некроманта. Сюррикены Джайра видела только у «ищеек Сакротума», Искателей, охотящихся на нечисть, и те были обычными, выкованными в деревенских кузницах. Такой вид оружия был удобен тем, что как бумеранг возвращался обратно, если не попадал в цель с первого раза, а еще с помощью цепочки точно рассчитанных ударов о жесткую поверхность мог преодолеть достаточно большое расстояние. Но этот был каким-то жутким на вид, будто сам по себе, без хозяина, представлял серьезную опасность. Как только она прикоснулась к сюррикену, рубин в его сердцевине засиял ослепительным светом, отчего девушка выпустила оружие из рук, и сияние тут же померкло. Похоже, камень представлял собой что-то вроде индикатора и реагировал на прикосновение любого человека — в ее руках он осветился, в руках некроманта он таинственно мерцал красным, пульсируя будто удары сердца — но вот что он обнаруживал, было неясно. Никто не проснулся, она продолжила осмотр. Еще поражали габариты сюррикена: центр по радиусу был намного больше метательного диска, какой используют рыцари на силовых тренировках, а загнутые лезвия, складывающиеся и вновь появляющиеся при малейшем нажатии на рубин, были сравнимы с чудовищными когтями того же грифона, что выбрала себе в побрякушки Ксия. Вот только грифоны и подобные им существа, вроде мантикоры, феникса и даже дракона, уже давно не появлялись, а лезвия действительно смахивали на когти. Металл она не смогла распознать, но не это главное. Такое оружие служило против любых сил зла, несмотря на их человеческое происхождение, а не им, чем являлся этот некромант. Если даже предположить, что сюррикен дал ему храмовник, то каким образом этот странный человек не получал от него никакого вреда? Да и вообще удивительно, как он еще не превратился в урода, подобно сородичам, и не растерзал храмовника, и уж тем более — амазонок и сейчас Ксию и ее саму. С некромантом всегда было сложно справиться, помогал только меч, как, впрочем, и от любого недоброжелателя, перешедшего на насилие, почему Джайра и берегла клинок как единственного всемогущего защитника, но как некромант все еще держал себя в руках — было просто на грани логики. Единственная причина, по ее мнению, — это эльф, ничего больше и в голову не приходило. Оставив в покое сюррикен, она снова взяла в руки лук. Ничего необычного — такие луки были у всех эльфов, встречающихся во всем мире под разными предлогами, но что-то в самом храмовнике было не так. О чем они разговаривали? Почему так пристально разглядывали ее? Что им было нужно от ведьмы? Угрозы не помогают, хотя это средство всегда действовало на подобных личностей весьма эффективно, обманными маневрами их тоже навряд ли проведешь — уж очень хорошо они цепляются за свои искусно выдуманные маски, но при всем при этом позволяют себе небольшие отступления, как этот серьезный разговор. Очевидно, не боятся разоблачения, и даже если бы до этого дошло — ничего в этом страшного для них нет. «А почему?.. Потому что здесь нет того, зачем они пришли? Но что это? И тот, и другой говорили про записи, манускрипты — одним словом, вести, но какого рода? Что еще за «открытие»? А этот — «темная лошадка» — вообще ничего не желает говорить! Что же такого знала Эврикида?» Джайра усмехнулась про себя. По ходу дела, ее наставница держала бесценные секреты от всего мира, но ничего ей не рассказывала. В чем же подвох?..