****
Луиджи любил моменты, когда удавалось проснуться ночью и выйти из каюты на палубу, продуваемую свежим бризом, и вдыхать в себя терпкие запахи моря. Он завороженно смотрел на яркий круг луны, нависший своим брюхом над зыбкой поверхностью огромной чаши расплавленного жидкого серебра; какое-то успокоение поселялось в душе, а огромный зверь, дышащий всей грудью под днищем яхты, как будто напоминал, кто здесь хозяин. Стоит лишь шевельнуться чуть посильнее, встряхнуться — и человек, теряя опору под ногами, сразу начнет понимать, что в этом мире он слабая букашка, гость. Луиджи порой пытался сопоставить себя с целой вселенной, зовущейся морской бездной, но каждый раз в благоговейном ужасе выныривал из морока. Ему и на земле было хорошо.
На всякий случай проверив в капитанской рубке работу приборов — они по ночам стояли на якоре, и дежурили только телохранители на палубе — Луиджи снова вышел на свежий воздух, вцепившись в борт руками, стал бездумно смотреть на далекие береговые огни Маретимо — небольшого островка, на траверсе которого сейчас находилась «Жемчужина Сицилии». Яхта симпатичная, ходкая. Гросси уже не раз брал ее в аренду, когда получалось приехать в Палермо, и хозяин «Жемчужины» без проблем и колебаний отдавал ее в надежные руки. Луиджи умел управлять такой посудиной, даже диплом шкипера получил, чтобы управлять плавсредством.
Сейчас на борту находилась его семья и вся пятерка охранников. Желание Гросси на пару неделю уйти в море Фабио воспринял с кислым выражением лица. Но делать нечего. Он сам понимал, что держать взаперти целую семью, когда опасности, как таковой, не замечалось, идея очень плохая. Луиджи знал Фабио хорошо. Тот обязательно созвонится со своим шефом и получит необходимые инструкции. Гросси был уверен, что им разрешат покинуть Палермо.
Так и случилось. Фабио лишь предупредил об ответственности и внимательности на море. Никаких встреч с такими же любителями прогулок под парусами, никаких заходов в порты других городов без надобности. Полностью автономное плавание, за исключением связи, которая должна быть постоянно.
Луиджи перевесился через борт. Ему показалось, что где-то тарахтит моторная лодка, но так слабо, на грани слышимости. Наверное, кто-то из Маретимо вышел на ночную рыбалку, увидел габаритные огни яхты и решил рассмотреть поближе. Не самое удачное время для экскурсии. Время — третий час ночи, на борту все спят, кроме одного из охранников. Фабио все же не рискует расслабляться вдали от берега. Вот и сейчас послышались тяжелые шаги от кормы. В воздухе мелькнул алый огонек и упал в воду. Запах табака коснулся ноздрей Луиджи.
Массивная тень промелькнула вдоль борта и оказалась за спиной Луиджи.
— Не спится, сеньор? — это Адриано, самый крупный бодигард в группе, больше похожий на шагающую скалу. Внешность пугающая, а голос такой забавный, мягкий, ближе к тенору. Адриано мог бы работать на телевидении, озвучивать рекламные ролики или стать диктором. Но его крупным лицом, словно вытесанным из камня и испещренным двумя глубокими шрамами, можно не только детей пугать. Изабель, увидев Адриано в первый раз, попросила Фабио как можно реже допускать на хозяйскую половину своего подчиненного. Начальник бодигардов юмор оценил, посмеялся.
— Привык работать по ночам, — откликнулся Гросси, — уснуть не получается.
— Бывает, — сочувственно пробурчал Адриано. — Мне показалось, где-то лодка прошла. Вы не слышали?
— А мне показалось, что слуховые галлюцинации, — пошутил Гросси.
— Нет, на воде звук хорошо разносится, — задумался бодигард, постукивая пальцами по левой стороне груди, где у него на плечевых ремнях висела кобура. — Специально гасят звук кожухом. Не иначе браконьеры.
— Что здесь делать браконьерам? — удивился Луиджи. — Тунца никто не запрещает ловить.
— Вы мало знаете, сеньор Гросси, — тихо рассмеялся Адриано. — Здесь проходит один из трафиков международной контрабанды фармагиков, магических артефактов из Африки, ну и обычного барахла. Маретимо и Фавиньяно находятся в очень удобном месте для местных «траффиканте». Груз встречают, перекидывают на свои лоханки и развозят по островам. Одни с этого кормятся, другие получают дешевый товар.
— Ты сам откуда об этом знаешь?
— Пять лет службы в морском батальоне полиции, — в голосе бодигарда послышались теплые нотки. — Как раз в Палермо. Частенько устраивали засады на «траффиканте». Были времена! Эй, а эти ребята не перепутали нас с поставщиками? Кажется, они серьезно в гости напрашиваются!