Олио уже мчался в направлении дворца, когда услышал сигнал тревоги. Один из гвардейцев, должно быть, уже увидел пламя.
Он остановился. Здесь он больше ничего не мог сделать. Его помощь нужна в старом квартале. Он повернулся кругом и побежал в другую сторону.
Спазм наступил так быстро, что из уст Аривы невольно вырвался стон.
— Проклятье! — крикнула она, удивляя хлопочущих доктора Триона и повитуху.
— Ваше величество, у вас все в порядке?
— Еще одна схватка, — еле выдохнула она. Затем накатила новая волна боли. Она плотно сжала губы, но это не помогло. У нее снова вырвался стон.
Повитуха дождалась, пока схватки не прекратились, и снова обследовала ее. Арива была настолько измотана усилиями держать себя в узде, что едва почувствовала ее руки.
— Два пальца шириной. Хорошо.
— А как лучше всего? — спросила Арива.
— Шириной около восьми пальцев. Тогда ваша девочка будет готова выйти.
— Восемь пальцев! Я должна ждать, пока вы не сможете засунуть…
— Государыня, пожалуйста! — взмолилась повитуха. — Я не засовываю…
— Извините. Извините.
Одна из горничных стояла рядом и положила ей на лоб влажную тряпицу. Это помогло.
— Боль действительно столь тяжкая? — покровительственно спросила она.
— Ты, что, девственница? — огрызнулась Арива.
Горничная покраснела.
— Боже, точно девственница, — выдохнула Арива и почувствовала нелепое желание рассмеяться. — И кто звонит в эти проклятые колокола?
Как только Гапен получил депешу от Сендаруса, то сразу же развернул кругом полки рыцарей и вернулся к основным силам армии. Они подошли туда ровно через час, когда изрядную часть земли все еще покрывала роса. Он увидел, что армия развертывалась фронтом на запад поперек широкой, в основном плоской равнины. Лучники выстроились на возвышенности посередине равнины, а пехоту собрали в свободные колонны позади них, и она расходилась направо и налево вдоль строя, образу фланги. Некоторая часть кавалерии уже заняла позиции на противоположном левом фланге. Гален застал Сендаруса погруженным в разговор с Чарионой и порадовался, увидев, что они не кричат друг на друга, как орали почти все время с момента выхода из Даависа.
— Что случилось? — спросил он, добравшись до них.
— Несколько разведчиков с левого фланга не вернулись с донесениями, — ответил Сендарус. — Я отправил более крупную разведгруппу выяснить, что происходит.
— И она тоже не вернулась, — догадался Гапен.
Сендарус кивнул и показал на запад. Гален разглядел летящие в их сторону тучи птиц.
— Что бы ни напугало их там, оно очень большое. Салокан?
Сендарус пожал плечами.
— Как он мог совершить такой широкий обходной маневр, оставшись не замеченным нами? Это должен быть он, но я не понимаю, как он это проделал.
— Возможно, это вовсе не Салокан, — серьезно сказала Чариона.
— Что вы имеете в виду? — спросил Гален.
— Ее величество думает, что это может быть второе войско Хаксуса, наступающее из Океанов Травы.
— Наемники? Этот самый Рендл, на которого так разгневана Арива?
— Возможно.
— Если это так, то, по-вашему, он уже связался с Салоканом?
— Этого никак не узнать. Если так, мы, вероятно, можем ожидать, что Салокан уже движется на нас; но мы не можем знать, ударит ли он во фланг или соединится с Рендлом для нападения сообща. — Сендарус провел языком по губам. — Есть и еще один вариант…
— Какой? — спросил Гален.
Сендарус и Чариона ответили в один голос:
— Линан.
Вся улица казалась охваченной огнем. Пламя извергалось ввысь из домов, построенных из старого дерева и крытых соломой. Улицу запрудили вопящие жители; на некоторых горела одежда, а по телам других текла кровь от ожогов и ран, нанесенных падающими балками. Дети поскальзывались, и если родители не подхватывали их тут же, они мигом растаптывались паникующей толпой.
Олио пытался сквозь давку пробиться к пострадавшим, но не мог продвинуться ни на шаг. Он схватил одного мужчину за руку и показал ему Ключ Силы.
— Я принц Олио! — крикнул он. — Помогите мне убрать с дороги этих людей!
Но мужчина вырвал руку и убежал со всей быстротой, на какую оказались способны его ноги. Принц попытался остановить другого мужчину, потом женщину, но те прореагировали точно так же, как и первый убежавший.
— Божья погибель! — выкрикнул он. — Неужели мне никто не поможет?
Толпа валила мимо него, вынуждая принца прижиматься к стене. Он услышал над собой треск и, подняв взгляд, увидел, что крыша уже тлеет, а затем она сразу загорелась. Пламя у него над головой, казалось, прыгнуло на крышу дома на противоположной стороне улицы, и та тоже запылала. Жар сделался невыносимым. Принц отступил к концу улицы, нырнул в дверной проем и подождал, пока толпа пробежит мимо него. Выйдя оттуда, он обнаружил, что горстка мужчин и женщин не отступила, отчаянно желая что-то сделать, но не зная, что именно. Олио подбежал к ближайшей к нему женщине и показал знак своей власти.