– Тогда зачем тебе пресекать это? Роман можно опубликовать анонимно.
– После всех слухов люди догадаются, кого представляют собой персонажи.
– Жаль. Роман многообещающий. Что я ей скажу?
– Предложи ей написать что-нибудь другое.
– А если она отошлет его еще какому-нибудь издателю, который не будет таким щепетильным?
– Разве есть копия рукописи?
– Сомневаюсь. У нее просто не было времени сделать копию. Но я должен вернуть ей оригинал.
– Скажи, что он потерян… или украден. – Роберт криво усмехнулся. – Это будет правдой, так как я не намерен тебе его возвращать.
– Ужасно жаль. – Дезмонд вздохнул.
– Сделай это для меня, дружище. – Роберт встал и протянул Дезмонду руку. – Я тебе очень благодарен.
Домой Роберт вернулся вконец измученный, так как не прилег всю предыдущую ночь, а до этого ночевал в отвратительном трактире и тоже не сомкнул глаз. Ему необходимо немного поспать, прежде чем увидеться с Беллой.
Его разбудил Адам, который наливал горячую воду в ванну, стоящую у камина.
– Простите, что разбудил вас, капитан, но иначе вы проспали бы всю ночь.
Роберт сел и запустил руку в волосы.
– Который час?
– Восемь. И вам не мешает поесть поплотнее до ухода. У Меллишей подадут, небось, одни сладости, которыми даже котенок не наестся.
Бал! Он совершенно забыл о нем. А там будут мама с Беллой, Эдуард с Шарлоттой и, разумеется, Луи, не говоря уже о великосветских острословах. Он громко выругался. Идти на Холлес-стрит было поздно. Они заняты приготовлениями к отъезду, и его визит их не обрадует. Придется ехать на этот проклятый бал и постараться выглядеть самоуверенным. Белле необходима его поддержка. Кто еще ее защитит? Он вылез из постели, скинул белье и уселся в ванну.
Белла была уверена, что бал не доставит ей радости. Все будут судачить о ней, о наследстве Уэстмера и о том, как Роберт сделал ей предложение, чтобы заполучить это наследство, а затем смалодушничал и удрал. Миссис Хантли была уверена, что он появится.
– И я не собираюсь давать еще большую пищу слухам и оставаться дома, – заявила она Белле, когда та предложила не ехать на бал.
Белла медленно и рассеянно одевалась, не придавая значения тому, как она выглядит. Накинув на плечи шелковый плащ, она спустилась вниз, где ее уже ждала Генриетта.
– Наконец-то! Чем вы занимались, дитя мое?
– На подоле платья обнаружилась дырка, и Дейзи ее зачинила.
– Как это могло произойти? Ах, да ладно, поедем. У Меллиш-Хауса будет длинная очередь из карет, и мы можем попасть туда только к ужину.
Предположения Генриетты почти оправдались – они остановились на большом расстоянии от дома, а перед ними медленно двигалась вереница карет. Как ни странно, но минут через пятнадцать Генриетта и Белла оказались перед раскрытым, залитым светом парадным входом и поднялись по лестнице. Лорд и леди Меллиш вместе с Шарлоттой приветствовали гостей. Белла сделала низкий реверанс, а Генриетта спросила у Шарлотты, одетой в розовое шелковое платье, приехал ли Эдуард.
– Да, он рано приехал, чтобы убедиться, все ли в порядке. Он – надежная опора. – При этом Шарлотта окинула Беллу пронзительным взглядом, но у Беллы хватило гордости оставаться спокойной. – Роберта, конечно, нет.
– Роберт занят важными семейными делами, – сухо ответила Генриетта. – Если он сможет, то приедет. – И Генриетта направилась в бальную залу.
Огромных размеров комната уже была переполнена гостями. Беллу ошеломили шум, обилие света и ярких нарядов. Среди всех выделялся Луи в зеленом фраке, бледно-желтых атласных панталонах и белых чулках. Кружевные рюши рубашки закрывали кисти рук, а завязанный вычурным узлом галстук украшала сверкающая бриллиантовая булавка. Он был с Китти О’Донован, что очень удивило Беллу, учитывая презрительное отношение Шарлотты к этой даме. Рядом с ними она увидела Колетт с матерью, которая не отводила от носа лорнета.
Генриетта тоже их увидела и не могла с ними не поздороваться. Затем она, увлекая за собой Беллу, направилась к мистеру и миссис Фулбрайт.
– Мисс Хантли, я буду польщен, если вы потанцуете со мной.
Перед Беллой стоял Питер Коллисон, кланяясь и протягивая ей руку. Она положила ладонь ему на локоть, и они заняли места среди танцующих контрданс.
После этого Беллу приглашали бесперебойно. При других обстоятельствах она была бы в восторге от восхищенных взглядов и комплиментов. Но ее глаза искали Роберта. Если бы она не была ему безразлична, он не отсутствовал бы сегодня на балу. Белла поставила на карту все и проиграла.
Глава девятая
Роберт стоял в дверях, оглядывая красочное сборище гостей и ища глазами Беллу. Наконец он ее увидел танцующей с прыщеватым юнцом, голова которого едва доходила ей до плеча.
Белла выглядела потрясающе. Бальное платье совсем простого покроя струилось во время танца вокруг ее фигуры, подчеркивая ее достоинства и оттеняя кремовую кожу плеч. Диадема из цветов чуть-чуть съехала набок, и от этого у нее был немного проказливый вид. Сердце у Роберта подпрыгнуло.
Его взгляд упал на Эдуарда с Шарлоттой, сидящих около лорда и леди Меллиш. Шарлотта вымученно улыбалась, а у Эдуарда было суровое выражение лица. Счастливой парой их никак не назовешь, подумал Роберт. С нарочито беспечным видом он подошел к ним, чтобы засвидетельствовать свое почтение.
– Вы что-то поздно, капитан, – сказала Шарлотта после того, как он поздоровался с лордом и леди Меллиш, отрывисто бросив брату «Эдуард», на что тот лишь едва заметно кивнул. – Я была уверена, что вы не окажете нам честь своим присутствием.
– Прошу прощения, но меня задержали дела.
– Наверстывайте упущенное, – радушно сказала леди Меллиш. – Впишите свое имя в танцевальные карточки.
Но Роберт хотел, чтобы его имя было только в одной карточке. Поклонившись Меллишам, он поторопился к Белле, которая только что вернулась в сопровождении прыщеватого юноши на свое место около Генриетты.
Белла подняла лицо и увидела, как он устремился к ним. У нее перехватило дыхание. Она всегда считала Роберта красивым, но сейчас его красота была особенно заметна. Черный вечерний костюм обтягивал широкие плечи и длинные ноги, а белоснежный муслиновый галстук привлекал внимание к загорелому лицу и темным волосам. Сердце болезненно забилось, и она крепко сжала на коленях ладони, чтобы они не дрожали.
– Добрый вечер, мама. Белла, я к твоим услугам. – Он отвесил им обеим замысловатый низкий поклон.
– Роберт, я очень на тебя сердита, – сказала Генриетта. – Где ты был?
– В деревне. – Он улыбнулся. – Обучался политике.
– Политике! Господи, зачем?
– Порой не мешает этим заняться. Очень познавательно.
– Весьма странно! И почему как раз сейчас? Почему надо исчезать, когда ты нужен мне здесь? И Белле ты совершенно необходим.
Он повернулся к Белле.
– Да? Помнится, ты отослала меня прочь и сказала, чтобы я оставил тебя в покое. Я ничего не перепутал?
– Я… – Белла замолчала, не в состоянии признаться, как сильно она в нем нуждалась. – Я просто не могла поверить, что ты уехал лишь оттого, что я так сказала. Тут какая-то другая причина.
– Возможно.
– И ты нам ее сообщишь? – потребовала ответа мать.
– Попозже. – Оркестр начал играть вальс, и Роберт потянул Беллу за руку. Она встала, не успев сказать, что танец уже занят. Он закружил ее, и они пронеслись мимо молодого человека, направлявшегося к Белле, чтобы пригласить ее.
Танцевали они молча, изо всех сил пытаясь придумать какие-нибудь слова, которые не усугубили бы их отношений, а признаться в своих чувствах не могли. Неужели они так и не поговорят без ссоры? Белла начала расслабляться по мере того, как его тело ближе прижималось к ней, а сильные руки крепче обнимали. Тепло, исходящее от него, и ритм танца постепенно успокоили ее.