Эмили тяжело вздохнула.
— В случившемся нет никакого смысла. Мотивом должно быть нечто чрезвычайно важное и… вероятно, нечто столь же отвратительное, о чем мне, конечно же, ничего не известно. Нечто такое, что я даже не могу представить себе. И у меня возникает вопрос: что в моей казавшейся такой безопасной и приятной жизни было основано на какой-то чудовищной лжи?
По приезде Шарлотта не встретила никого, кроме тетушки Веспасии, да и ее она увидела только мельком. Шарлотта знала, что ей придется остановиться в спальне Джорджа отчасти потому, что это была ближайшая комната к спальне Эмили, а отчасти потому, что никто не желал ради нее поступаться своим удобством. Тело Джорджа, завернутое в белый саван, положили в одном из помещений, когда-то предназначавшемся для нянь, в крыле дома, отведенном для прислуги. Шарлотта боялась ложиться в ту постель, в которой всего несколько часов назад он умер, но другого выбора у нее не было. Нужно лишь попытаться выкинуть из головы неприятные мысли.
Служанки уже распаковали несколько летних траурных платьев, которые она привезла с собой. Шарлотта покраснела, вспомнив, какие они поношенные и какое дешевое у нее белье, с заплатами в некоторых местах, а платья, чтобы они не выглядели слишком старомодными, ей пришлось подновить с прошлого года. У нее было всего две пары обуви, и та, и другая уже довольно старые. При иных обстоятельствах это ее просто разозлило бы, и она предпочла бы остаться дома, чем заставлять Эмили стыдиться сестры. Но сейчас подобные эмоции были явно неуместны. Она должна переодеться, снять дорожное платье, умыться, уложить волосы, а затем спуститься к ужину, атмосфера на котором обещает быть предельно мрачной и, возможно, даже враждебной. Ведь совсем недавно кто-то в этом доме совершил убийство.
Спускаясь по лестнице на ужин и проходя мимо темных стенных панелей с рядами неприятных, написанных маслом портретов предшествующих поколений Марчей, Шарлотта столкнулась лицом к лицу с пожилой дамой, с ног до головы одетой в черное. Агатовые бусы у нее на шее и груди зловеще мерцали в свете газовых рожков. Белоснежные волосы уложены по моде двадцатилетней давности. Холодные глаза цвета синего мрамора уставились на Шарлотту с нескрываемым отвращением.
— Полагаю, вы сестра Эмили? — Старуха в черном окинула ее взглядом с головы до ног. — Веспасия говорила, что послала за вами. Хотя я считаю, что вначале она должна была бы поставить нас в известность и получить наше согласие прежде, чем распоряжаться самой. Но раз уж вы приехали, то, наверное, можете пригодиться нам. Я не знаю, что могу сделать для Эмили. У нас в семье ничего подобного никогда не случалось.
Она окинула взглядом одежду Шарлотты, носки ее туфель, выглядывавшие из-под подола платья. Все это было явно не того качества, к которому она привыкла. Даже горничные получали каждый год по новой паре туфель независимо от того, нужны те были им или нет. Внешний облик был превыше всего. Туфли Шарлотты пережили уже несколько сезонов.
— Как вас зовут? — строго спросила старуха. — Мне, кажется, кто-то говорил, но я забыла.
— Шарлотта Питт, — холодно ответила ей Шарлотта и вопросительно посмотрела на нее с явным желанием узнать, с кем она разговаривает.
Старуха устремила на нее надменный и раздраженный взгляд.
— Я — миссис Марч. Полагаю, вы… — Она сделала почти незаметную паузу, во время которой снова перевела взгляд на туфли Шарлотты… — спускаетесь к ужину?
У Шарлотты напрашивался достойный ответ, но она сдержалась. Сейчас не время для защиты уязвленного самолюбия. И она изобразила на лице смиренное выражение, хотя в сердце у нее бушевала буря негодования. Она выслушала слова миссис Марч так, словно это было вежливое приглашение.
— Спасибо… Да, — сказала она.
— В таком случае вы идете слишком рано, — прошипела старуха. — У вас, что, нет часов?
Щеки Шарлотты вспыхнули румянцем. Она подумала, что хорошо понимает тех девушек, которые готовы выйти за любого, лишь бы сбежать из дома из-под опеки властных и эгоистичных матерей. Сколько же братков было заключено даже без тени любви только по одной этой причине! И дай бог, чтобы в результате подобного замужества они не получили точно такую же свекровь…
— Я надеялась, что у меня будет возможность познакомиться с членами семьи, — спокойно ответила Шарлотта. — Я почти никого из них не знаю.
— Неудивительно! — многозначительно отозвалась старуха. — Я иду к себе в будуар. Думаю, что в маленькой гостиной вы кого-нибудь найдете.
С этими словами она удалилась, и Шарлотта в полном одиночестве проследовала в столовую, в которой уже был накрыт ужин, но пока еще никого не было. Через двойные двери молодая женщина вошла в прохладную маленькую гостиную, декорированную в зеленых тонах.