Но она видела и была уверена – это не её, это Брадила: белый дом за цветущими яблонями; садовая дорожка, посыпанная песком и нарциссы, стоящие свечками; толстолапый щенок, пытающийся ухватить бабочку. И всё-таки ребёнок – такой же лобастый, как псёныш, по-зефирному бело-розовый, в младенческих перевязочках – лежащий на расстеленном покрывале, хватающий погремушку. Серьёзный, сосредоточенный, сопящий недовольно. Светловолосый, кареглазый – истинный Недил.
Ну и, конечно, она сама: спокойная, мирная, глубинно умиротворённая, какими бывают лишь женщины, у которых есть семья, а не Род или Муж, и в этой семье всё безмятежно-хорошо.
– Так что вы скажете? – Снова почему-то перешёл на вы Барт.
Леора лишь головой помотала.
– Это значит «нет»? – уточнил блондин.
– Это значит «не знаю».
– Вы меня совсем не любите? – Тон Брадила, резкий и жёсткий, удивительно не подходил вопросу, показавшемуся почти по-детски беспомощным.
– Как можно любить совсем или не совсем?
– Хорошо, ты меня не любишь?
– Не знаю, – после приличной паузы всё-таки ответила Недил.
– Боюсь, на решение времени маловато, – сухо отозвался блондин. – Прости, но я не могу тебя убеждать. Не потому, что не хочу, просто слишком протянул. Времени совсем не осталось, – повторил зачем-то.
– Что же всё-таки случится?
– И этого сказать не могу. Но сегодня точно будет спокойная ночь. Вас проводить до комнаты?
Леора снова покачала головой. А потом кивнула, прощаясь, развернулась и пошла к лестнице.
– Послушай, ты любишь хоть что-нибудь? – крикнул Барт, когда она уже спускаться начала.
Спроси Брадил «кого-нибудь», Недил, наверное, и ответила бы по другому, но он сказал «что».
– Я люблю чёрное, – отозвалась кадет, не задумываясь.
Не хотела она блондину врать, вот и не соврала.
– И что это значит? Верность цветам императора?
– Не знаю, – сама не поняв, с чего вдруг развеселившись, пожала плечами Леора. – Спасибо, что предупредили, Барт. Вам бы тоже выспаться не помешало. Тем более еслиэтаночь будет спокойной.
***
Ночь и впрямь неожиданностей не сулила, а вот обитателям замка спокойствие даже и не снилось. Потому как они не спали. Спустившись с лестницы, Недил едва не навернулась, наткнувшись грудью на вытянутую поперёк её дороги руку.
– Не поздно для прогулки? – поинтересовался братец таким мягким, таким заботливым тоном, что у Леоры от желания его физиономию подпалить аж ладони зачесались.
– Просто жара замучила, вот и решила проветриться, – паточным голосом отозвалась кадет, – но уже возвращаюсь к себе.
– Разве его величество не помогает заснуть?
– А у него есть снотворные капли?
– Я не об этом.
– А о чём?
Леора усиленно захлопала ресницами, тараща глаза, хотя, конечно, в темноте её стараний родственник оценить не мог.
– Не корчи из себя дуру! – тихонько рявкнул Редил.
– Ты уж определись, дура я или умная, – огрызнулась почтительная сестрица. – А то я уж и не знаю, как тебе угодить.
Братец сцапал её повыше локтя, сжал руку, явно стараясь сделать это побольнее, а пальцы у него крепкими были, синяк своими нежностями он точно оставил.
Всё же удивительны изгибы человеческой логики. Ну не мог же Редил не знать, что у женщин-военных в империи столько же прав, сколько и у мужчин, а то и больше, если сравнивать с теми, кто в армии не служил. Знал он и то, что сестричка какой-никакой, а маг. Сам считал, будто в его отсутствии Леора вела чересчур вольный образ жизни. Покладистостью и излишне мягким характером она и в детстве не страдала, как раз наоборот. Так с чего решил, будто младшая Недил его диктаторские завихи будет терпеть до бесконечности?
А вот так. Потому что положено, предками завещано. И ведь искренне верил, что так не только быть должно, но и есть.
–… я ведь могу тебя и вожжами выдрать, – с угрозой закончил брат, а до кадета дошло, что она пропустила из страстной речи много интересного, а, может, и важного.
Вряд ли, конечно.
– Я, правда, не понимаю, чего ты от меня хочешь, – «смутилась» Леора, постаравшись поддать в голос слезы. – В замке со мной ничего не случится, а служанка уже спала, не будить же её из-за таких пустяков? Понимаю, это неприлично.
– Класть на приличия! – отрезал Редил. – Король с тобой спит или нет?
– Чего? – без всякого притворства обалдела Недил.
Нет, она, конечно, знала: дорогой родственник наяву грезит, как бы половчее пропихнуть сестрицу в Эриховы фаворитки. Но уложить в постель прямо здесь, на глазах у наёмников? Так себе способ обеспечения карьеры. Вряд ли его величество, сев на трон, вспомнит про «боевую подругу», маркитанкам и по факту-то платят не всегда. Не куртуазно это. Да и не умно. Любовница короля должна соответствовать королевскому достоинству.