Выбрать главу

- Знаешь, Лей. Даже та песня и танец, что ты исполнял на корабле, кажутся просто вершиной мастерства по сравнению с этим. – Внезапно выдал Ромич.

Рука лицо! Ну, вот зачем он вспомнил об этом! Сейчас Зарух окончательно запишет меня в неисправимые «девчонки» и перестанет помогать «исправиться»!

Однако, реакция парня меня удивила:

- Ты умеешь петь? – Вполне миролюбиво спросил он.

- Умеет-умеет. – Самодовольно подтвердил за меня Ромич, как будто это его личная заслуга.

Однако, Зарух ждал ответа лично от меня и после реплики Ромича даже не подумал отвести взгляд.

- Д-да? – Почему-то ответ вышел с вопросительной интонацией.

Однако, Зарух его принял и задал новый вопрос:

- И танцуешь при этом?

Честно говоря, мне надоели эти вопросы и состояние собственной неуверенности. Поэтому ответила я раздражённо, даже и не думая смотреть на принца, с недоумением при этом наблюдая за танцовщицей, которая внезапно бухнулась на колени и пыталась двигать плечами, подражая нашим цыганкам. Однако, это у нее получалось из рук вон плохо, да и музыка, честно говоря, совершенно не подходила подобным телодвижениям.

- Ой, да какие там танцы! Так, два прихлопа три притопа.

- Покажи! – Тут же выдал он мне.

- Что, прямо здесь? – Все же повернулась я к нему всем телом, начиная откровенно закипать.

-  А какая разница где?

Я же чуть вздохом не подавилась от возмущения. Но так и не вырвавшуюся в ответ тираду прервал Фахрим.

- Лей, разве ты не слышишь, что принц тебе велит?

Меня аж передернуло от его визгливого голоса, и про себя я решила, что не буду петь ни при каких обстоятельствах. То же мне, нашли обезьянку: выйди и спой им, да еще и станцуй посреди площади полной народа! От озвучивания точного описания пути, куда они все могут идти со своими приказами и пожеланиями, благо, время на корабле не прошло даром, и я вполне профессионально могла озвучить очень интересный маршрут, меня отвлек  тихий голос профессора:

- Лей, мальчик мой, я прошу тебя, спой для нас.

Поначалу я не поняла подобной просьбы со стороны профа, однако, оглянувшись, осознала, что внезапно оказалась в полукольце из охранников Заруха и Нарима, и те смотрели на меня со вполне читаемой угрозой. Псевдо танцовщица, тоже заметила какие-то враждебные действия и перестала потрясать телесами. А до меня внезапно дошло, что из охранников эти бравые ребята как-то резко превратились в тюремщиков. Зарух из странного, но все же приятеля, - в палача, по воле которого эти, кажется, уже такие привычные и понятные люди могут в долю секунды меня скрутить. Ромич и профессор из хозяев ситуации - в простых статистов, с мнением которых никто и не подумает считаться, а Фахрим… Фахрим так и остался Фахримом. Ничего хорошего я от него и так не ожидала.

Поглядев в глаза Заруха, я спросила:

- Ваше высочество, вы настаиваете на том, что мне нужно выйти и спеть здесь, посреди площади?

Почему-то вопреки ожиданиям я не столько злилась на ситуацию, в которую попала, сколько была обижена на Заруха. От чего впервые со дня нашего знакомства перешла на обращение «вы». Почему-то, не смотря ни на что, этот мальчишка мне нравился, и я даже успела записать его в друзья, хотя никому в этом точно не призналась бы, а он… Он хочет моего публичного унижения. Я чувствовала это! Почему? За что? Хотя… Пожалуй, мне это уже не интересно.

Последняя мысль совпала с утвердительным кивком принца.

Я видела, что он тоже прекрасно понял то, о чем я подумала, и его губы дрогнули в попытке что-то сказать, но в последний миг он сдержался.

- Да спой уже малец. Чего уж. – Проговорила, тяжело вставая с колен, дева-танцовщица, которая прекрасно слышала нашу перепалку, так как танцевала совсем близко от нас. – Принцам не перечат. – И отвесила Заруху поклон. - Жильгер, заканчивай выть, господа петь изволят!

Да уж, приласкала танцовщица своего компаньона, так приласкала, ничего не скажешь. Что же касается моего выступления, то я спою, только уж точно не то, о чем меня просили.  Голову наполнил какой-то злой кураж. Хотели моего унижения, принц, а то, что хотели, я очень хорошо почувствовала, так не выйдет!

Я вошла в круг, образованный возле барда и его танцовщицы, и спросила:

- Бубен какой-нибудь есть?

Разумеется, таковой нашелся. Все же это  бродячие музыканты. И танцовщица, скрывшись на несколько мгновений в кибитке, принесла мне оный.