- Я тебя люблю… — шепчу чуть слышно, но Карим неожиданно начинает шевелиться, и меня сразу охватывает паника, что он мог услышать. Но к моему облегчению мужчина только переворачивается, так и не проснувшись. Теперь я разглядываю его темную бороду, умиротворенное лицо, каким оно не бывает, когда он бодрствует, скольжу взглядом по груди и животу. Задерживаюсь в области паха. Даже сейчас, когда он спит, выпуклость в этой зоне выглядит довольно внушительно.
Бедра и живот обжигает горячей вспышкой, стоит представить, как Карим возбуждается от моих прикосновений, становится твердым и большим. Дыхание учащается, и я сама не понимаю, как делаю шаг вперед. Потом второй, третий, и вот я уже сижу на краю дивана, мою ладонь тянется к нему. Я провожу пальцами от адамова яблока на шее, по ключицам, груди, шевелю пальцами в густых жестких волосах, опускаюсь на живот, прижав к нему ладонь. Твердый и горячий. Очень красивый. Я могу тебя касаться, пока ты спишь.
Нервно сглатываю, скользя рукой ниже, пока под ладонью на оказывается его член. Он дергается, реагируя на меня. Из-за этого напряжение между моих ног становится сильнее. Я наклоняюсь ниже и осторожно целую Карима в грудь. Вдыхаю запах и снова целую. Пальцы непроизвольно крепче сжимаются вокруг твердеющего члена. Я глажу настойчивее, целую теперь его шею, щеку, трусь носом о бороду, снова сжимаю член.
Резкий рывок — из легких вышибает воздух, потому что меня переворачивают и прижимают к дивану. Рука Карима ложится мне на шею и с силой сжимает, вдавливает в диван, вторая рука до боли стискивает бедро. Я в ужасе смотрю в темные глаза мужчины, не имея возможности сделать вдох. Его эрекция упирается сейчас мне в живот, футболка задралась, обнажив ноги и промежность. А гнев и шок, что плещутся в темных омутах, прожигают до самого сердца.
— Ты, бл*дь, какого х*я вытворяешь?!
7 глава
Его пальцы слегка разжимаются на моей шее, давая возможность сделать вдох, но рука никуда не исчезает. Я судорожно глотаю ртом воздух, глядя на Карима, и отчаянно пытаюсь придумать, что сказать, но все здравые мысли вылетели из головы. Остался только его запах, его близость, его эрекция, и невыносимое жжение и пульсация внизу живота. Я чуть шевелю ногой, которую удерживает вторая рука мужчины, но он стискивает сильнее, закрепляя ее в том положении, в котором она сейчас находится — пяткой на его пояснице.
Снова пульсация между ног прошивает насквозь разрядом тока.
— Отвечай, Нимб.
— Я… я тебя хочу, — выдавливаю хрипло, не сводя глаз с Карима. Мне кажется, я даже не моргаю, потому что глаза начинают гореть от сухости.
Он слегка наклоняет голову набок и снова сжимает мне горло.
— Ты вроде трезвая, Нимб, а снова просишь трахнуть тебя.
Снова?
Я сглатываю насколько это возможно, учитывая давление его пальцев на моей шее.
— Что, забыла, как в день своего совершеннолетия просила тебя поиметь? — усмехается мужчина, еще сильнее вдавливая меня в диван. — Я тогда решил, что ты просто пьяная и не соображаешь, а сегодня тогда что с тобой?
На глазах выступают слезы, и он снова ослабляет хватку, видя, что мне с трудом удается дышать.
— Я… просто… просто тебя хочу. Я знаю, что у тебя есть любовница. Видела вас… Значит, не так уж ты и любишь свою Мадину…
— Мои отношения с невестой тебя не касаются. Много ты знаешь, — резко перебивает он, опять сжав горло. Он будто наслаждение от этого получает — от тотальной власти надо мной сейчас. Это меня на удивление заводит еще больше. В этот миг я понимаю, что совсем его не боюсь. Не боюсь его тяжелого взгляда и грубого тона, не боюсь силы его рук и даже жестокости. Ничего. Я так сильно его люблю и хочу, что меня не напугает никакое его поведение.
— Я лишь хотела с тобой… Ты опытный. Ты мне нравишься. Это желание сводит меня с ума. Хочу с тобой… Вы ведь еще не женаты с Мадиной. Какая тебе разница с кем, если у тебя есть та девушка… твоя любовница? Я могу быть вместо нее… Никто не узнает. Я ведь тебе немного нравлюсь?
Мне удается пошевелиться и задеть животом его эрекцию, которая явно указывает на то, что ему далеко не плевать, потому что он стал еще более твердым.
Я специально не говорю Кариму о своей любви, о том, что дело не только в желании. Еще рано говорить. Он должен стать зависим от меня, как я от него. Он должен сходить с ума. Эту ночь, если она случится, он не сможет забыть. И вот тогда я ему скажу всю правду. Открою свою душу.