- Галь, я и не волнуюсь, потому что ни одной лишней копейки с тебя не возьму.
- Ладно, сейчас это не тема для разговора, я хочу воспользоваться предоставленной мне возможностью и попытаться хоть как-то объясниться.
Вера, ты так легко расправилась со всем, что нас связывало долгие годы, что меня это наводит на мысли, что нашу разлуку ты задумала заранее.
Ну, оступился я, так, надо сходу подтолкнуть меня к пропасти?
Вера почувствовала слабость в ногах и присела на рядом стоящий с нею чемодан.
- Да, ты в чём-то прав.
Находясь в отпуске, я много думала о наших взаимоотношениях в последнее время и часто возникали у меня в мыслях подозрения на счёт твоей неверности, но я их всячески отгоняла.
Поэтому мой уход от тебя выглядит, на первый взгляд, не совсем спонтанным.
А теперь, что касается того, что я бросаю тебя несчастненького, повисшего над пропастью.
Разве я тебя кинула тогда в беде, когда ты действительно завис между жизнью и смертью?
Молчишь, нечего сказать?
А я тебе скажу!
Даже мысли себе такой не допускала и от других не принимала, а сейчас ты меня просто, взял и столкнул в помойную яму.
Ты думаешь, что я так сильно оскорбилась тем, что ты переспал с другой женщиной?
Ни чуть или самую малость.
Такого в жизни сплошь и рядом, когда козёл повадится ходить в чужой огород.
Я по земле хожу рядом со многими людьми и всякого наслышана.
А теперь попытаюсь объяснить главную причину моего скоропалительного решения о полном разрыве с тобой.
- У тебя долгое время была любовница, которой ты отдавал не только своё не растраченное семя, а свою душу и мне кажется, что даже любовь, ведь от тебя веяло таким холодом, а я принимала это за твою занятость, усталость, мою беременность и всю дорогу искала в себе причины твоего отчуждения...
- Веруш, но я ведь порвал с ней!
- Запомни, раз и навсегда, твоя Веруш умерла.
Вера, резко поднялась с чемодана, не оглядываясь вышла за дверь, и плотно прикрыла за собой, как ей в этот момент показалось, прошлую жизнь.
В голове роились разрозненные мысли и никак не хотели собраться в цепочку, чтобы осмыслить произошедшее и решить что-нибудь на будущее, а надо было ещё подумать о ближайшем настоящем.
Она медленно определила чемодан и разбухшую сумку в багажник автомобиля и сев в машину глубоко задумалась - надо куда-то ехать, а куда?
Адресатов было не много: снять гостиницу, поехать в мошав или в сторону Ашдода к родителям.
Всё решил, раздавшийся в этот момент звонок мобильного телефона - неужели Галь ещё не успокоился и не понял, что назад у неё дороги нет.
Нет, это был не Галь, а мама собственной персоной:
- Верка, ты, что с ума сошла, уже столько времени прошло, как прилетела и даже не вспомнила про своих родителей!
- Мама, вспомнила и собираюсь сейчас к вам приехать.
- Ах, да, ну, тогда другое дело, а то мы с папой уже и не знаем, что и подумать.
Сейчас позвонила на твой домашний телефон, а наш распрекрасный зять ответил таким замогильным голосом, что у меня сердце оборвалась, подумала, что с тобой что-то случилось.
Он, правда, заверил, что ты в порядке, а ребёнка он сам не видел, потому что Гевера забрали его родители в свою деревню.
- Мама, ты уже так хорошо стала понимать на иврите?
- Не смеши, какой там хорошо, а, что тут понимать?
Да, и почему ты едешь одна и на ночь глядя, ведь ты целый месяц не виделась со своим суженным, неужели вы не соскучились друг по другу?
В голосе матери Вера слышала неприкрытый сарказм.
- Мама, мы разводимся.
- Что?!
По молчанию в трубке телефона, Вера поняла, что своим резким заявлением повергла родительницу в настоящий шок, но не дала ходу развития темы.
- Сейчас приеду и всё объясню.
Она отключила телефон и повернула ключ зажигания в машине.
Сказано, значит надо ехать, а то, что сходу огорошила мать, так это к лучшему, не надо будет выдавливать из себя с муками информацию по капельке.
Сохранить в тайне их развод всё равно не удастся, да, и зачем, ведь дороги назад уже нет, пусть принимают, как должное, а она постарается им особо не докучать своим присутствием, ей только надо где-то ночь переночевать.
Вера поднялась на лифте и позвонила в квартиру, в тот же момент дверь отворилась, на пороге стояла с воинственным видом сестра:
- А, явилась придурошная!
Ну, заходи и объясни по-человечески, каких ты там дров наломала?
Пройдя в салон, Вера обратила внимание на заплаканное лицо матери и опечаленное отца.
- У меня такое чувство, что это не я недавно приняла решение развестись с Галем, а вы все с ним тут в процессе развода?
В атаку снова кинулась Люба:
- Посмотрите на неё, какая цаца, она ещё выламывается - захотела вышла замуж, захотела, родила ребёнка, а захотела, так развелась...
Ты, что, всю жизнь будешь в облаках витать?
Жила такой сытой обеспеченной жизнью, счёта деньгам не знала, что на свою жопу натянуть выбрать не могла, ходила, как новогодняя ёлка, вся золотом обвешанная и вдруг тяп-ляп и всё к ебене матери!
- Люба, а тебе не кажется, что моя личная жизнь тебя совершенно не касается?
- Гляньте на неё, не касается!
А, куда ты миленькая сейчас приползла, не к родителям?
А ещё скоро на них своего пацана нагрузишь, а сама сдриснешь на учёбу...
Вмешался папа:
- Любочка, погоди минутку, давай разберёмся по-хорошему во всём, ведь Вера, возможно, только сгоряча приняла скоропалительное решение.
Мы же знаем, как бывает, поссоришься, наговоришь друг другу кучу гадостей, а пройдёт немного времени, остынешь и всё вернётся на круги своя...
- Папа, ничего и никуда уже не вернётся, вопрос решённый.
Наконец, к разговору подключилась мама:
- Вера, ты меня очень расстроила, хоть я и не любила твоего мужа и считала, что ты понапрасну губишь свою молодость с инвалидом, но, повернуть жизнь в другую сторону ведь невозможно - у вас общий ребёнок, общая квартира и, наверное, у твоего субчика и деньги на счету имеются.
- Мама, я что-то не пойму куда ты клонишь?
- Верка, ты ещё очень молодая и не искушённая в житейских делах женщина, нельзя, взять и всё бросить, надо побороться за свои права на жилплощадь и на часть денег, ты же у нас не совсем глупая.
- Мама, а кто тебе сказал, что я бросаю ребёнка?
- Дочь, разве ты не слышала, я не о ребёнке говорила, а о дорогой квартире и о других ваших общих материальных ценностях.
Люба говорит, что ты имеешь право даже претендовать на какие-то пенсионные отчисления своего мужа?
- Так, хватит раздувать кадило и делать из меня стяжателя.
Заявляю категорически и обсуждению не подлежит - я претендую только на своего ребёнка и то, в рамках решения суда, обязана предоставлять отцу общение с ним в определённые дни и ничего с этим поделать не смогу.