– А как мне сообщить русской разведке, что я готов сотрудничать? Этот ваш, как его…
– Сидоренко?
– Да, Сидоренко, он не оставил координат для связи.
– Мелочи. У русских полно глаз везде. Мы тебя опять отправим на неделю на Базу, только для разнообразия на «Россию».
– Не пойдет. Там могут оказаться люди из Московского протектората, а у меня с ними… Есть некоторые неурегулированные вопросы, так скажем. Могут возникнуть проблемы.
Ну да, со здешними московскими властями у меня не сложилось. Не так давно мы раскрыли одну их хитрую аферу, и по результатам расследования им пришлось заплатить немаленький штраф за нецелевое использование льготных орденских кредитов. Нас тогда пытались остановить, и уходить пришлось со стрельбой. А я по неопытности засветил свое настоящее имя.
– Хорошо, тогда на прежнее место, на «Северную Америку». И ждать, пока не объявится. Обязательно должен объявиться.
– Что же такого я должен буду передать?
– А это я тебе покажу, когда ты подпишешь мне один интересный документик.
Как по мне, так ничего интересного в этом документе не было. Банальнейшее обязательство о сотрудничестве.
– Ну вот, теперь задницы у нас с тобой прикрыты. Все, что ты нашпионишь, будет сделано по моему личному приказу…
– …И на благо королевства. Только шпаг и лошадей не хватает.
– Дай угадаю… «Три мушкетера», да? Бумага, которую Ришелье дал Миледи?
– Потрясающая осведомленность! Мне такую бумагу дадите?
– Нет, конечно. Достаточно того, что вот эта лежит у меня в папке.
– А она не потеряется, случись чего? Не окажется вдруг, что я ценные сведения передавал русским по своей инициативе? Давайте копию снимем, я с собой буду носить…
– Не потеряется. У нас ничего никогда не теряется.
– Жаль, ну да ладно. А что такого супер-пупер важного вы хотите передать русским?
Харденер хмыкнул и достал ноутбук.
– Легенда у тебя такая. После известных событий русским сотрудникам Ордена приходится кисло. Их непрерывно трясут, проверяют, поражают в правах и так далее. Это все на самом деле будет, не сомневайся. Ты затеял свалить в ПРА, но хочешь захватить с собой приданое побогаче, чтобы на новом месте начинать не с нуля. Поэтому копируешь по возможности секретные документы, суешь везде нос и фотографируешь. Правдоподобно?
– Логике не противоречит, по крайней мере.
– Вот и я о том. Копии документов ты пока припрятал и захватишь с собой, когда окончательно соберешься убегать. А для затравки покажешь русским вот это. Чтобы тебя воспринимали всерьез.
Следователь развернул ноут экраном ко мне. Фотографии, общим числом десяток. Я быстро пролистнул их.
– Что скажешь?
– Двор возле грузовых Ворот. Съемка с дороги и откуда-то еще, скорее всего с холмов, хорошим телеобъективом.
– Прекрасно. С такими аналитическими способностями надо в разведке работать. Хотя… да. Что еще заметил?
– Грузовики. Я слабо разбираюсь в американской технике, но, похоже, военные. Вот эти два похожи на пусковые для небольших ракет – оперативно-тактических или зенитных. Остальные, видимо, обеспечивающие. Вы притащили сюда какой-нибудь «Патриот»?
– С тобой приятно иметь дело, парень! А теперь посмотри еще внимательнее. Вот эти две машинки ни на какие мысли не наводят?
– Больше всего напоминают рефрижераторы, но зачем они на таком суровом вездеходном шасси, да еще и в камуфляже? Снабжать мороженым бойцов на поле боя?
– Ты подумай, подумай. Вроде тебя на ракетчика учили…
– Да ладно! Не может быть!
– Дошло наконец? Теперь ты понимаешь, насколько эти фоточки важны для майора Сидоренко? И что они должны оказаться у него как можно быстрее?
Он снял трубку телефона, набрал номер:
– Как там моя просьба? Через три часа? Отлично!
Повернулся ко мне:
– Сейчас быстро заскакиваешь домой, собираешь шмотки, и на аэродром. Полетишь как будто один, наш сотрудник одним рейсом с тобой сразу наведет русских на ненужные мысли. Прилетаешь, дожидаешься гостя, показываешь фотографии. Делишься своими догадками. Потом возвращаешься сюда. И не вздумай дергаться! За тобой будут приглядывать, куда бы ты ни пошел. Расслабься, парень, на моем поле тебе меня не переиграть, я сорок лет в этом бизнесе.
– А как мне с вами связываться?
– На базе есть один человек из орденской службы безопасности, он встретит тебя у самолета. Вся связь через него.