Выбрать главу

— Договоримся так, — полушепотом говорил Лавриненко. — Если колонна слабенькая, никто себя не обнаруживает. Это может быть тактический ход, чтобы засечь наши огневые точки. Наша задача — уничтожить танки и артиллерию. Но и тут надо посмотреть: если техники в колонне мало, ее возьмут на себя те засады, что стоят сзади нас. Если даже и убежит какая мелочь, шут с ней, значит, повезло.

Мы же покажем себя, только когда из города выйдет большая танковая колонна и, напоровшись на наших, повернет назад. Первым, после моего выстрела, в бой вступит Капотов. Остальные наблюдают за дорогой из Орла — вдруг оттуда придет подкрепление — и в случае чего прикрывают его. Если Капотову одному немцев задержать не удастся, на помощь выйдет моя машина. А ты, Антонов, выжди подольше. Если что, прикроешь нам тыл и левый фланг, за санитара будешь, подчистишь то, что мы не успеем…

Постояли еще, поговорили. А уж когда стали на шутки переходить, Дмитрий отпустил всех по машинам, чтобы до утра успели отдохнуть. Хотя какой там отдых — всю ночь сидеть в тесной холодной тридцатьчетверке…

Сам Дмитрий в танк не полез: решил пойти проверить, как замаскированы машины Антонова и Капотова. А когда возвращался назад, недалеко от того места, где стояла его тридцатьчетверка, вдруг услышал тихий детский плач и голоса взрослых людей. Дмитрий достал пистолет, пригнулся как можно ниже, чтобы не задевать шлемом ветки деревьев, и пошел на звуки. Метров через десять обнаружил двух солдат из заградотряда, а с ними мальчика лет десяти и совсем маленькую девочку.

Один из солдат рассказал, что детей нашли под корнями огромного, поваленного взрывом дерева. Когда стемнело, девочка, видимо, испугалась и заплакала. Тогда и обнаружили их солдаты.

Красноармейцы пытались узнать у детей, откуда они и что с ними произошло, но мальчик только изредка всхлипывал и молчал, а девочка тихо плакала, то и дело исступленно повторяя: «Дяденьки, родненькие, не убивайте…»

У Дмитрия больно защемило сердце. Если бы сейчас было светло, солдаты увидели бы, как у лейтенанта нервно заиграли на лице желваки, как сжал он зубы, как повлажнели у него глаза.

Лавриненко наклонился к детям, прижал к себе девочку, погладил по головке и тихонько зашептал ей на ухо:

— Не плачь, малышка, не плачь, не бойся, мы свои, русские. Никто вас не тронет. Ну, успокойся, мы же советские солдаты… Скоро найдутся ваши папа с мамой и заберут вас.

— Не заберут, их убили немцы… — сказал вдруг мальчик и тоже заплакал, закрыв лицо шапкой.

Дмитрий поднял девочку на руки, притянул к себе мальчика. Чем было утешить детей, что говорить, как отвлечь от страшных воспоминаний?

И тогда Дмитрий решил обмануть их:

— Кто вам сказал, что папу с мамой убили? Ранили, это правильно, но они живы. Когда мы сюда ехали, видели, как везли раненых, и одна мама спрашивала, не видел ли кто мальчика и девочку в лесу. Это, наверное, была ваша мама, конечно, ваша.

Мальчик хотел опять что–то возразить, но Дмитрий уже не давал ему ничего сказать.

— Я слышал, и как один дядя тоже спрашивал про детей. Просил нас, если встретим, привезти в Мценск. Они уже ждут вас там. Не плачьте, ну… — Дмитрий потрепал мальчика по плечу. — Ты же мужчина, вон какой уже взрослый, скоро в армию пойдешь, что же ты раскис, как девчонка? Какой из тебя будет разведчик, если сдержать себя не можешь? Ну–ка вытри слезы.

У одного из солдат оказался в кармане сухарь. Его разломили на две части и отдали детям. Второй боец тут же куда–то исчез и вскоре вернулся с ломтем хлеба и куском сахара. Постепенно удалось успокоить детей, узнать, что с ними случилось.

Из путаного рассказа мальчика Дмитрий все же понял, что его мать и отца прямо в доме застрелил из автомата фашист; мальчика же немец выволок на улицу и ударил прикладом по голове, когда тот сильно укусил его за руку. Когда он очнулся, то увидел, что дом горит. Его подняла какая–то женщина, и вместе с ней он выбирался из города. А когда они уже довольно далеко отошли от Орла, то попали под бомбежку. Женщина погибла. Мальчику же удалось добежать до леса. Тут он и нашел ту девочку. Она тоже потеряла родителей. После этого они пошли вместе. А когда снова прилетели самолеты и стали бомбить, они спрятались под деревом.

Пока Дмитрий расспрашивал мальчика, подошел еще один военный. Он оказался капитаном погранвойск. Выслушав короткий рассказ Лавриненко о случившемся, он тут же приказал одному из солдат немедленно отвести детей в безопасное место, чтобы с первой же оказией отправить их в тыл.