– Я просил вас никому не говорить о своем повышении, пока я не вынесу это на совет директоров, – уже более спокойно проговорил он.
– Я не говорила…никому…почти… – жалобно промямлила Катя. – Андрей Павлович, я могу все объяснить…
– Все не надо, – перебил он ее. – Объясните только одно: как вы посмели хвастать, оскорблять… кого бы то ни было! Какая муха вас укусила?
Екатерина была поражена его презрительным тоном. Пора бы уже привыкнуть – она все-таки немного узнала его. Но Катя в очередной раз ощутила боль: его слова ранили ее сильнее, чем прежде. Катя с виноватым видом подняла глаза на шефа и попыталась объяснить, как проболталась о повышении подругам из «Женсовета», как попросила сохранить все в секрете. И они ей обещали…И сохранили бы тайну, если бы…
– Что вы мямлите? Рассказывайте! – нетерпеливо потребовал Жданов.
– Вы только поймите правильно, – твердо сказала Екатерина. – Я не хочу жаловаться, но это не в первый раз…
– Что не в первый раз?
– Мои стычки с Викой…
– Я понимаю. Но это не повод грозить ей увольнением. Смею вам напомнить, что у вас пока нет на это полномочий!
– Андрей Павлович! – впервые выкрикнула Катя. – Я не грозила ей увольнением. И я вижу, у меня нет другого выхода, кроме как рассказать вам все правду.
– Только поскорее, – Жданов, наконец, сел за стол. – Я не большой любитель разбирать склоки секретарш!
– Дело в том, что Вика подошла ко мне, когда мы все были вместе… Вика была очень зла, набросилась на меня, стала говорить гадости…
– И вы, чтобы побольнее ужалить ее, сказали ей о своем повышении? – продолжил Андрей.
– Нет, не я… Девочки просто хотели меня защитить, и вот…
– Проболтались.
– Да. Одна из них, чтобы разозлить ее, сказала, что теперь у меня достаточно власти, чтобы при случае от нее избавиться.
– Кто? Кто?! – снова вышел из себя Жданов, видя, что Катя не собирается называть имя.
– Андрей Павлович, – она посмотрела ему прямо в глаза. – Это не имеет никакого значения. У Вики зуб на меня, а не на моих подруг. Так что если увольнять, то меня. Они тут ни при чем.
Ей с трудом удавалось говорить спокойно. Она скорее бы умерла, чем показала свой испуг.
Андрей задумчиво посмотрел на нее и собрался что-то сказать, но в это время в каморке зазвонил телефон. Несколько секунд они смотрели друг на друга, наконец, Жданов приказал:
– Послушайте, Катя, вы не могли бы ответить?
Катя послушно кивнула и побежала к телефону. Несколько секунд она слушала голос в трубке, молча, кивнула и вышла из комнаты.
– Георгий Юрьевич… – сообщила она шефу. – Вызывает меня и остальных в конференц-зал.
– Зачем?
Катя пожала плечами, она не знала наверняка, но, конечно, догадывалась, что ее ждет. Она опустила плечи и тихо вышла из кабинета.
Глава 7
В конференц-зале уже собрались Георгий, Кира, Вика и члены «Женсовета». Похоже, ждали только ее. И действительно, стоило Кате сесть, Кира потребовала тишины. Она сообщила, что собрала всех на совещание, чтобы положить конец тому «противоестественному положению вещей, которое сложилось в компании». Никто из руководства компании больше не намерен терпеть эту группу обиженных…
Ольга Вячеславовна попробовала было возразить, но Воропаева не дала ей вставить и слова. Обвинительная речь Киры сводилась к тому, что «Женсовет» пытается влиять на события, которые находятся вне его компетенции. И потому она сочла необходимым обратить на это внимание господина Урядова, чтобы тот напомнил присутствующим, что входит в обязанности младшего персонала фирмы, а что не входит.
Георгий приосанился и не в первый раз принялся рассуждать о бесконечных опозданиях с обеденного перерыва. И теперь он вынужден применить административные и экономические меры. А именно: из зарплаты приглашенных дам, кроме Виктории, разумеется, будет вычтен один рабочий день, а в их личное дело будет занесен выговор. Это, впрочем, не касается Катерины Валерьевны, ведь она в это время находилась в обществе президента, и это известно руководству. Но это не значит, что Пушкаревой не за что объявить выговор, заметила Кира.
– Георгий Юрьевич, – обратилась она к Урядову, – правление проинформировало вас о повышении Пушкаревой до помощника президента?
– Нет… – Он с удивлением посмотрел на Катю.
– Итак, – удовлетворенно кивнула Воропаева, повернувшись к Пушкаревой, – я бы очень попросила вас воздерживаться от комментариев по поводу несуществующих повышений. А также от прямых угроз в адрес кого бы то ни было из сотрудников!
– Кира Юрьевна, – твердо сказала Катерина, указывая на Вику, – вы же не слышали, как она…