========== Часть 1 ==========
Погода выдалась просто отвратительная: Келторис, вынужденный все последние дни трястись в седле, проклинал все на свете. И поэтому, когда впереди, за серым маревом из падающих капель, он увидел огни городка, то не раздумывая пришпорил Миража, желая побыстрее оказаться в тепле. Дорога раскисла, копыта сильно увязали в размытой грязи, но серый в яблоках жеребец послушно последовал требованию хозяина и затрусил по направлению к долгожданному отдыху.
***
Найти постоялый двор оказалось несложно. Кел передал Миража на попечение мальчишке-конюху и отсыпал тому несколько монет. Не без сожаления: заглянув в свой кошелек, эльф обнаружил, что денег осталось совсем немного. Однако на коня он все равно не стал бы скупиться: всё-таки Мираж– его единственный верный спутник в этом путешествии.
Кел вышел из конюшни и брезгливо сморщился, заметив, что вытоптанная площадка перед постоялым двором превратилась в бурое месиво. Кое-как пытаясь прыгать по более-менее надёжным островкам, эльф все равно под конец угодил в большую лужу, и порог шумной таверны переступил в безнадежно испачканных сапогах. На него дохнуло запахом немытых тел, алкоголя, какой-то не слишком аппетитной похлёбки, и он едва сдержался, чтобы не зажать нос рукой. Провинциальные забегаловки всегда казались ему ужасными, однако здесь было тепло и сухо, а сейчас это было для него куда важнее местных ароматов.
Келторис откинул с головы капюшон плаща, и на пол посыпались сотни капелек. Некоторые из них попали на дремлющего мужчину, развалившегося с пустой кружкой в руках за столиком неподалеку от входа. Он недовольно заворочался, и Кел, заметив это, напрягся. Эльф сейчас был слишком раздражен, и любая мелочь окончательно могла вывести его из себя. Однако пьянчужка лишь обнял кружку и продолжил посапывать. Келторис двинулся вглубь, кое-как протискиваясь между толпящихся людей. Столь странное оживление в таверне он связал с ужасной погодой и отсутствием иных развлечений в этом небольшом поселении. Людей в зале было так много, что эльф не сразу смог найти официантку.
Оплатив себе ужин и кружку горячего молока – он не собирался пробовать местное алкогольное пойло–эльф устроился на краю одного из заполненных столов. Какой-то мужчина подвинулся к нему и, икнув, попытался завязать разговор, однако Кел смерил его таким уничтожающим взглядом, что тот поспешил ретироваться. Эльф прикрыл глаза, пытаясь мысленно отстраниться от гомона толпы. И почему они все нагрянули сюда именно сегодня?
– Держи, – официантка небрежно опустила перед ним плошку с каким-то горячим содержимым бурого цвета. Несколько капель выплеснулись на столешницу, и Кел мысленно порадовался, что на его одежду эта неаппетитная жижа не попала.
– Что это?.. - он брезгливо посмотрел на еду.
– Похлёбка из баранины. Не нравится – милости прошу на выход, другой еды сегодня не предлагаем.
Она удалилась, распихивая толпящихся гостей локтями, а Кел поковырялся ложкой в своем ужине. Он действительно нашел какой-то кусок, напоминавший мясо, но от него так отвратительно пахло, что Келторису подумалось, будто бы этого барана (если это вообще был он, а не крыса из ближайшей канализации) зарубили не меньше месяца назад, и с тех пор его мясо хранилось прямо под солнечными лучами на крыше какого-нибудь разваливающегося сарая. Эльф зачерпнул ложкой содержимое миски, понюхал и едва сдержал рвотный позыв. Это натолкнуло его на размышления о том, что же хуже: умереть от голода или слечь с отравлением в этом глухом городишке. Однако его живот громко заурчал, и со вздохом Кел все же заставил себя съесть несколько ложек, стараясь не обращать внимания на вкус. А вот молоко, вопреки ожиданиям эльфа, оказалось неплохим, и потому Кел довольно быстро осушил всю кружку. Так и оставив похлёбку недоеденной, он поднялся из-за стола и медленно, насколько позволяла толпа, направился к барной стойке, которую заприметил во время ужина. Краем глаза эльф заметил, что как только его тарелка оказалась бесхозной, к ней тут же подскочил какой-то ушлый паренёк и принялся быстро хлебать прямо из миски, даже не удосуживаясь взять в руки ложку. Кел не стал устраивать из-за этого скандал. В конце концов, он все равно не собирался доедать это месиво, каким бы голодным он ни был, так почему ему должно быть дело до этого?
Келторис родился в богатой семье, и потому, как и многие обеспеченные люди, всегда презирал нищету. Хотя в последнее время его все больше и больше тяготила мысль о том, что и ему самому недолго осталось до них. С тех пор, как его изгнали из родного дома, случаев подзаработать так и не представилось, и эльф не мог не думать о том, что скоро ему и самому придется жить впроголодь. Эта мысль удручала, и потому он поспешил отбросить ее, тем более, что перед ним уже как раз высилась крупная фигура высокого трактирщика. Мужчина был широкоплеч, толст, и больше всего напомнил эльфу жирного борова. Кел задумался о том, не носила ли таверна именно такое название и попытался вспомнить, что именно он видел на вывеске перед тем, как зайти внутрь. Однако в тот момент он был слишком измотан дорогой, промок до нитки, а вдобавок ещё и раздосадован испорченными сапогами, так что ему не было дела до названия какого-то постоялого двора.
– Я хотел бы остановиться у вас на ночлег, –Кел выложил на барную стойку перед хозяином заведения несколько монет, которых точно должно было хватить.
– Мест нет, приятель, – трактирщик с сожалением взглянул на деньги, – не повезло тебе.
Кажется, последнюю фразу он сказал скорее себе, нежели посетителю.
– Неужели ничего нельзя сделать? – эльф, стараясь унять свою скупость, выложил ещё несколько монет. Если он не отдохнёт и не высушит свою одежду сегодня, то рискует простудиться в скором времени, и это отнюдь не поможет ему в поиске работы.
– Увы, – хозяин вздохнул, – хотя я бы мог предложить тебе переночевать в конюшне…
Кел едва не поперхнулся от такого предложения, но все же постарался сдержать свой гнев. Однако трактирщик заметил его реакцию и пожал плечами.
– Не вовремя ты здесь оказался. Ивушка сегодня даёт концерт – потому и народу такая толпа. За один вечер мне выручка будет почти как за месяц! – поделился своей радостью мужчина. - Я уж так давно ее упрашивал, чтобы согласилась! Она ведь часто бывает в этих краях, но раньше не хотела выступать. А вчера под вечер заявилась – промокшая, не хуже тебя вот сейчас– и прямо с порога заявила: будет выступать сегодня. Потому-то я и успел сообщить всем, так что из нашей округи многие собрались. Ивушка– она ж чудо как хороша, будто соловушка поет! Многие мечтали ее послушать.