Неужели я такая жалкая?
На работе я не боюсь брать на себя ответственность, рисковать. Расставание с Ромой далось непросто, но ведь я смогла. Почему же, когда дело касается Руслана я превращаюсь в трусливую зайчишку, которой проще пуститься наутек, чем биться за свое.
Возможно, потому я и не смогла переболеть Русланом, потому что бежала от своих чувств и проблем, а надо было просто сигануть в эту пропасть и надеяться, что там внизу, меня поймают, а если нет, то смиренно принять свою участь и научиться жить дальше, пусть и с покалеченной душой.
Ну, хотя бы есть очевидный плюс — я больше могу не прятаться по углам от Руслана. Могу спокойно приезжать в свой родной город, в который заново успела влюбиться за это время.
Самобичевание не прошло бесследно и постепенно мозги встали на место. Я вдруг поняла, что должна делать. Перед глазами словно нарисовалась пошаговая инструкция.
С утра проснулась от телефонного звонка. Родители позвонили поздравить с днем рождения по видеосвязи. Мы проговорили около часа. Смеялись, плакали. Слезы сами хлынули рекой, когда Дима смущенно, но искренне поздравил меня с днем рождения и тут же скрылся из виду, убежав в свою-мою комнату.
Несмотря на столь сентиментальное, слезливое утро настроение на высоте и мне хотелось сообщить об этом окружающим. С особым усердием навела марафет, надела строгое, но красивое платье, каблуки.
На работе устроили праздничный обед в конференц-зале и подарили сертификат в магазин уходовой косметики.
Празднование моего дня рождения затянулось и шеф под возмущенные вздохи начал всех разгонять по рабочим местам. Усевшись за стол, как обычно начала отвечать на письма.
Пиликанье, оповещающее об очередном уведомлении по началу вызывает улыбку. Наверняка, кто-то из бывших сокурсников или друзей прислали поздравления.
Хватаю телефон, открываю мессенджер и руки начинают подрагивать, легкие каменеют от нехватки кислорода.
“Привет! С днем рождения! Проездом в Чикаго, всего на пару дней. Если есть возможность и желание, то приглашаю на ужин.”
Отвечаю согласием не медля ни секунды. Мы договорились встретиться возле моего офиса.
Это настолько неожиданно, что посещает мысль ударится головой о стол, чтобы убедиться наверняка, что это не сон. Ведь сколько бы себя ни щипала поверить в реальность происходящего никак не удается.
Мысли путаются и продолжить работу не выходит. Вместо этого трачу все силы на попытки утихомирить бешеное сердцебиение, которое так и норовит пробить дыру в груди, чтобы прыгать от радости.
К вечеру радость сменяется нервозностью и даже злостью. Без конца смотрю на время, прожигаю ненавистным взглядом стрелки часов на стене, гипнотизирую цифры на экране телефона. Почему мне кажется, что время проверяет мои нервы на прочность?
Мой синдром отличницы и гиперответственность не позволяли мне уходить с работы пока не выполню свой минимум запланированных дел, но сегодня буквально сбежала с работы ровно в 18:00.
Усилием заставляю себя притормозить у главного входа, делаю несколько глубоких вдохов и лишь затем выхожу наружу.
Он ждет меня возле машины с водителем. До него всего пару метров, несколько шагов, пока иду жадно впитываю в себя его образ и получаю неимоверное эстетическое удовольствие. Как же он красив.
— Привет! — слышу бархатный голос Руслана.
— Привет, — выдаю сипло.
— Это тебе, — протягивает букет гортензий, хватаю его с такой быстротой, словно он может передумать.
Мы садимся в авто, молчаливый водитель везет нас в неизвестном направлении, да мне и неважно куда, лишь бы с ним.
— Спасибо, что согласилась поужинать со мной. Я думал ты сегодня будешь праздновать с Романом или друзьями.
— Да, шумная вечеринка запланирована на пятницу, — ответила уклончиво.
Больше мы не проронили ни слова. Я столько всего хотела сказать, но я боялась испортить вечер. Поэтому решила дождаться его окончания. До ресторана тайской кухни мы доехали довольно быстро. Официант принял заказ.
— Каким ветром тебя занесло в Чикаго? Ты здесь в первый раз?
— По работе, нужно обновить контракт с поставщиком запчастей на наше оборудование. Головной офис партнеров находится в Детройте.
Мне хочется спросить, а что же он тогда делает в Чикаго, но этот вопрос так и остается незаданным.
— Тебе понравится суп с креветками. Он потрясающий.
Дальше мы вели непринужденную беседу, намеренно не затрагивая тем, касающихся личной жизни и того, что было между нами.
Удивительно, то ли из-за уже принятого мной решения, то ли из-за понимания, что между нами больше нет былых обид, но ужин проходит легко и весело. Хотя внутри все еще бушует ураган эмоций. Страх, волнение, но в гораздо большей степени запредельное счастье. Руслан рядом. Достаточно протянуть руку. Он смотрит прямо на меня, его лицо озаряет искренняя улыбка и такая… теплая.
Раньше я и мечтать не могла о таком вечере. К н и г о е д . н е т
Когда ужин подходит к концу мозг начинает судорожно работать и искать повод не расставаться, ведь ради этого я решилась на кардинальные изменения в жизни.
— Отличная погода, — произносит Руслан.
— Да. Если у тебя есть время, то мы можем прогуляться до моего дома. Я живу недалеко.
Руслан лишь кивает, а мое сердце в ответ делает кульбит.
Эта была долгая, молчаливая, и безумно волнительная прогулка.
Мысли спутались, я знала, что должна сказать, но мне вновь не хватало смелости. Было бы здорово, если бы небольшую горсточку отваги можно было заказать по интернету. Но это мое испытание и я должна его пройти, иначе так и не обрету покой.
— Хочешь подняться? Посмотреть, как я живу? — заговариваю первой, когда мы наконец доходим до крыльца моего дома. Он вновь молча кивает, но делает это уверенно, а в его глазах заплескался такой знакомый мне огонь, от которого скрутились все внутренности.
С замком пришлось повозиться, от волнения руки подрагивали.
— Хочешь что-нибудь выпить? — спросила робко, пока Руслан с интересом оглядывался.
— Если только, что покрепче, — ухмыльнулся он.
— Есть виски, мне привезла подруга из Шотландии.
— Ты недавно сюда въехала?
— Нет, я живу здесь два года.
— Но она пустая, почти нет мебели и эти коробки вокруг.
— Руслан, скажи честно. Зачем ты приехал? — наконец решаюсь задать самый волнующий вопрос, подавая ему виски. Руслан не церемонится с выпивкой и осушает стакан в один глоток. Невольно затаила дыхание. Слишком напряженным он выглядел.
— Можно закурить? — нетерпеливо пожимаю плечами в знак согласия и не свожу с него глаз. Ожидание — самая невыносимая пытка для меня сейчас. Испытываю настоящее облегчение, когда он тушит сигарету после нескольких затяжек.
— Руслан я… — не выдерживаю, пытаясь начать разговор первой.
— Стой, дай сказать. Я знаю, что у ты в отношениях. Наверняка в счастливых. Понимаю, что не должен злиться. Тебе было не просто, тяжелее, чем мне, — он делает шаг, обхватывает мое лицо. — Я не знаю почему до сих пор злюсь на тебя. Что-то очень ядовитое травит изнутри. Но я должен спросить… Ты ведь еще любишь меня, Анют?
— Никогда не переставала, — отвечаю, не колеблясь, Руслан громко выдыхает, уткнувшись в мой лоб своим.
— Я не могу обещать тебе, что все будет, как прежде. Не могу обещать, что перестану злиться на тебя. Но я хочу забрать тебя у Романа, каким бы распрекрасным принцем он ни был, — невесело усмехается. — Знаю, что не имею права просить тебя бросить все и всех и все же прошу — поехали со мной.
— А ты… любишь меня?
— Нет, Анютка, то что я испытываю к тебе нельзя назвать любовью. Это чертова болезнь. Неизлечимая.
— Тогда хорошо, что я решила уволиться и вернуться домой, — улыбаюсь, чувствуя, как слезы счастья стекают по щекам.
— Что?
— Да. Мне осталось доработать три дня. В пятницу будет прощальная вечеринка c коллегами и друзьями. Поэтому тут нет мебели и все эти коробки стоят.