Выбрать главу

Она не могла скрыть радость при мысли о горячей ванне, а Том направился в ванную комнату и пустил воду. Потом он принес ее сумку из машины и помог добрести до ванной.

— Спасибо, — поблагодарила она.

— Справишься?

Дайана лишь кинула на него презрительный взгляд. Усмехнувшись, он воздержался от комментариев. После чего она заперлась в ванной.

Через полчала боль в спине заметно стихла. Дайана решила переодеться во что-нибудь более удобное и надела синий спортивный костюм. За окном все еще шел дождь, было холодно и уныло.

После ванны Дайану ждал сюрприз. Томас устроил небольшой пир: жареный цыпленок, булочки, капустный салат, печенье, яблоки, апельсины и бутылка вина. Еще там стояли тарелки и чашки из ее собственной корзины для пикников — она и забыла про нее.

— Надеюсь, ты не против. — Уильямс поднялся ей навстречу.

— А ты не терял времени, бегая по магазинам, — заметила она. — Почему бы мне быть против?

— Я нашел в машине твою корзину.

— Отлично.

— Еще я купил вот это, — он показал ей тюбик с мазью, — на случай, если у тебя ничего нет с собой.

— Замечательно! У меня действительно ничего нет. Ты, конечно, собираешься сам меня намазать, — ледяным тоном добавила она.

— Наверное, так будет лучше, — серьезно отозвался он, — может, тебе станет легче.

— Знаете, мистер Элиот…

— Дайана, после того как мы с тобой целовались, — терпеливо начал он, — это ничего не значит. Тебе даже не надо раздеваться, приподними свитер… Ну почему ты ведешь себя, как маленькая капризная девчонка?

Улыбаясь сквозь стиснутые зубы, она проковыляла к кровати, улеглась лицом вниз и проговорила:

— Ладно, валяй, Том. Но, если позволишь себе лишнее, — пожалеешь!

— Ну вот, — пробормотал он через несколько минут, аккуратно опуская свитер. — Как теперь?

Дайана открыла глаза. Ее все еще не покидало ощущение его рук, нежно втиравших мазь ей в спину. Себе-то она могла признаться: это было божественно.

— Спасибо, уже лучше, — ответила Дайана, усаживаясь на постели.

Том завинтил крышечку тюбика с мазью.

— А у тебя там парочка шикарных синяков.

— Я так и думала.

— Неизбежно, наверное, при занятиях верховой ездой.

— Да.

— Почему бы тебе не полежать?

Дайана внимательно посмотрела на него и откинулась на подушки.

— Да, мамочка. Спасибо, мамочка, — проворковала она, невинно глядя ему в глаза. Он протянул ей тарелку с цыпленком и салатом. — Том, почему ты это сделал? Мне показалось, что я вовсе не твой тип женщины.

Он налил вина в ее веселенькие пестрые пластиковые стаканчики и, протянув один ей, уселся за стол и задумчиво посмотрел на нее.

— Почему я тебя поцеловал? Наверное, хотел поразвлечься. А ты почему меня поцеловала, Дайана?

Она ела ножку цыпленка и размышляла.

— Должно быть, решила, что стоит отплатить тебе тем же. Ничего иного у меня не получается, а? — Отпив вина, Дайана вызывающе посмотрела на него.

Том молчал, лицо его оставалось непроницаемым.

— К тому же, — она взмахнула рукой, в которой держала цыпленка, — меня позабавило то, что именно вот такая — слишком яркая и недостаточно кроткая, и даже чуть ли не порочная женщина смогла выманить тебя из твоей башни, Том. Хотя, не думаю. Просто мы оба слегка увлеклись, так?

Он поднял глаза от тарелки, взгляд его был насмешливым.

— Именно так, Дайана, именно так.

— А не может быть, Том, — деликатно предположила она, — что твоя башня стала слегка тесновата для тебя?

— Наверное, может, Дайана, — ответил он. — Но ведь и ты вела себя отнюдь не как монашка.

— А еще говорят о примитивизме мужской логики, — весело парировала она. — С другой стороны, возможно, я не устояла потому, что ты оказался куда лучше, чем пытаешься казаться?

Он ухмыльнулся.

— Возможно. Поздравляю, Дайана. Что-что, а бороться ты умеешь. Хотя понять не могу, почему ты задираешься? Может, все дело в Ричарде Джеффризе? Но… — Он махнул рукой и не договорил.

Дайана молча докончила обед, а потом внезапно спросила:

— А о чем ты пишешь?

— Да о чем угодно.

— Чем ты вообще занят — работаешь в газете или на телевидении, кидаешься в гущу скандальных событий или мирно пописываешь за письменным столом?

Достав из кармана бумажник, он кинул его на кровать.

— Если сомневаешься, там моя визитная карточка.

— Я не… — начала было Дайана, но не удержалась и раскрыла бумажник.

Визитка удостоверяла, что Томас Спенсер Уильямс — зарубежный корреспондент одной из ведущих английских газет.