— Понятия не имею, друг мой. Но почти что боюсь узнать ответ. Боюсь, что в этом объяснении наше будущее вновь будет пылать. Брат против брата. Легион против Легиона. Гражданская война, Телемехр. Та беда, о которой Империум даже никогда не задумывался.
— Мы. Не. Изведаем. Страха. Повелитель.
Ламиад снова кивает.
— Я. Ожидаю. Ваших. Приказов. Повелитель.
— Город, — произносит Ламиад. — Нумин. Если мы и должны где-то устроить смертное поле, так это там. Там будет враг.
— Да.
Ламиад разворачивается.
— Что. С вокс. Сигналом. Повелитель?
— Каким вокс-сигналом?
— Кодированным. Сигналом.
— Мой вокс-модуль разбит, Телемехр. Скажи, какой сигнал ты имеешь в виду? Там кто-то есть? Кто-то говорит?
Огромные защитные створки, вдвое превышающие по высоте рост легионера, с шипением расходятся, втягиваясь в бронированную раму. Следом за ними, словно моргающие веки, открываются внутренние противовзрывные заслонки.
Вспомогательный мостик «Чести Макрагга» открыт. Одна за другой, начиная сразу от правой створки и дальше вокруг помещения, начинают загораться консоли и посты мостика, запускающие автоматические циклы активации. Впомогательное управление обладает встроенными в него резервными параметрами. На данный момент оно чисто от мусорного кода. Шифровальные ключи, закрепленные за наиболее вышестоящими кадрами, дают вспомогательному управлению полномочия воссоединиться с основной служебной и контрольной системой флагмана, чтобы очистить и переписать командные коды и, если это необходимо, получить контроль над кораблем.
Один ключ был у капитана Зедоффа, и он мертв. Другой был у Жиллимана, и он пропал.
Третий у Мария Гейджа.
Он смотрит на капитана Гоммеда и двух высокопоставленных магосов, которых они спасли в ходе боя внутри корпуса. Гоммед помят, его форма задубела от крови других. Он пережил гибель своего корабля, «Святости Сараманта», лишь потому, что первый помощник уложил его бесчувственное тело в спасательную капсулу. Он бы предпочел умереть вместе с древним и прославленным кораблем.
Гоммед также согласен, что возложенная на него сейчас обязанность столь же важна, сколь и неожиданна. Место Зедоффа у руля «Чести Макрагга» должен занять квалифицированный и опытный капитан.
— Готовы? — спрашивает Гейдж. В его вопросе нет места «если». Он даже в теории не допускает, что Гоммед откажется от командования. Флот Ультрамара гибнет. Он рассыпан в окрестном пространстве Калта, за ним охотятся, его гонят и расстреливают хищные корабли XVII-го и неудержимая ярость оружейной сети. Нужно что-то делать. Может быть, уже слишком поздно, однако, по крайней мере, необходимо попытаться.
— Я готов, Магистр ордена, — отзывается Гоммед.
Сопровождаемый Гоммедом, магосами и толпой палубных офицеров с управляющими сервиторами, Гейдж подходит к главной консоли и вставляет последний шифровальный ключ. Его личность запрашивается, проверяется генетическим сканированием и по отпечатку сетчатки, потом сверяются голос и феромоны. Затем Гоммед делает шаг вперед и позволяет записать, сверить и закрепить его биометрические данные.
— Управление у вас, капитан, — произносит магос.
— Управление с честью принято, — отвечает Гоммед. — Начать первичное обслуживание, очистку и переписывание контрольной системы. Три, два ,один.
— Очистка выполняется, капитан.
— Подготовить протоколы перехвата, — говорит Гоммед. Он движется к стратегиуму со стремительно возрастающей уверенностью в себе, или, по крайней мере, решимостью не выглядеть дураком. На ходу он начинает указывать влево и вправо, направляя офицеров на их посты. Те поспешно подчиняются, пристегиваясь, или же, в случае с магосами и сервиторами, подключаясь.
— Всем быть наготове, — произносит Гоммед. — Всем постам, всем постам. Я подтвержу перехват через три минуты и хочу, чтобы в момент, когда мы оживем, все посты собрали и представили всю возможную информацию. Приоритет у двигателей, щитов, орудий и сенсоров.
— В течение двух минут после перезапуска внешние тактические системы стратегиума должны давать обзор и быть настроенными, — добавляет Гейдж.
— Пусть он это скажет, — шипит Гейджу Эмпион. — Гоммед знает, что делает. Ему нужно знать, что кресло принадлежит ему.
— А мне нужно знать, как выглядит сражение, — говорит Гейдж. Он не говорит другого: «Мне нужно знать, не жив ли каким-то чудом Жиллиман».
Тиель и его ударный отряд наблюдают за процессом через входной люк, принимая меры предосторожности против возможного нападения. В теории крайне вероятно, что Несущие Слово уже высадились на флагман. Даже если Гоммед поставлен командовать, корабль может на самом деле принадлежать вовсе не им. Тиель испытывает непреодолимое желание направить отделения к основным шлюзам и ангарным палубам.
Это те места, которыми он бы воспользовался, чтобы взять корабль на абордаж.
— Перехват завершен, — сообщает магос.
— Вспомогательное управление активно, — восклицает палубный офицер.
— Управление у меня, — подтверждает Гоммед.
И почти сразу же раздается возглас свеженазначенного вокс-магистра.
— Сигнал! — кричит он. — Кодированный сигнал с поверхности!
— С поверхности? — изумленно переспрашивает Эмпион. — Но…
Гейдж делает шаг вперед. Он кивком велит вокс-магистру активировать полное шифрование и берет переговорный рожок.
— Это Марий Гейдж, — произносит он. — Кто говорит от имени Калта?
10
— Вентан из 4-й, — говорит Вентан. — Пожалуйста, подождите, пока мы проверим принадлежность и полномочия вашего кода.
Вентан опускает переговорный рожок и ждет, пока Кирамика не передает подтверждение от сервера.
— Это снова Вентан, — произносит он. — Хорошо вновь слышать ваш голос, Магистр ордена.
— И твой, Вентан, — раздается трескучий ответ, тональность которого изменена шифрованием сигнала. — Еще несколько секунд назад мы были слепы. Мы думали, что поверхность мертва.
— Не совсем, сэр, — откликается Вентан. — Однако не стану притворяться, будто картина благоприятна. Мы понесли тяжкие потери. После нападения мы потратили часы, пытаясь восстановить вокс-сеть и снова получить какую-то информацию. В течение следующих нескольких минут я начну передавать вам подробности касательно выживших сил на поверхности и их позиций, по мере того, как они будут приходить ко мне. С нами сервер Механикума, и она обрабатывает для нас входящие данные.
— Вентан, вы можете восстановить оружейную сеть? — трещит вокс. — Сервер в силах это с делать? Ее контролирует враг, который использует ее, чтобы уничтожать флот. У нас нет шансов чего-либо добиться, пока они управляют сетью.
— Подождите, — отвечает Вентан. — Я думаю, что когитационная мощность этой информационной машины недостаточна, однако сервер занимается этим вопросом. Я сейчас с ней поговорю. Вам будут передаваться данные. Капитан Сиданс останется на линии для поддержания голосового контакта.
— Гейдж принял.
Вентан передает переговорный рожок Сидансу и снова идет в стековый зал вместе с Кирамикой. На лице Таурен спокойное, но мертвенное выражение, как будто ее тело пусто, а разум удалился глубоко в дальние субфирные пределы, бросив физическую оболочку.
— Установлен вокс-контакт с шестьюдесятью семью группами выживших, — сообщает ему Кирамика, — включая два отряда машин в Северном Эруде, роту бронетехники возле залива Лиско и 14-й Гарнидский полк тяжелой пехоты, который практически не понес потерь в бункерном комплексе провинции Силатор.
— Продолжайте сбор. Активную практику будет кооридинировать примарх.
— С флагмана ответил Магистр ордена, — замечает Кирамика. — Не ваш примарх. Вы уже обсуждали орбитальные потери?
— Что ты имеешь в виду?