Выбрать главу

—Вау. Допустим. То есть мы все-таки шапочно знакомы?

—Эх, не скрыть от вас ничего, Вика. Знакомы мы с вашим братом, а с вами пока нет. Но теперь уж точно, вернее.

Мне отнюдь не нравится этот разговор. Совсем не нравится.

—И кто же вы такой?

—Я брат Венеры.

ГЛАВА 16

ВИКА

Меня неплохо так отрезвляет этот момент. Будто бы на голову вылили ведро холодной воды. Интересно.

—Что-то я вас раньше не видела, брат Венеры.

Припоминаю вроде, что имя все-таки слышала, но не уверена этом до конца. Врать пацану тоже не имеет смыла, хоть это и не пацан, а уже состоявшийся мужчина слегка за тридцать. В принципе он даже может быть одного возраста с Лешей, только вот мой спецназ все-таки мужик-потен-вонюч-силен, а этот явно больше по интеллектуалке, что совсем не значит, будто бы Леша тупой.

—Мы не знакомы были, вот и не видели. А теперь повод у нас самый что ни есть стоящий, — он сразу перестает улыбаться и смотрит на меня уже серьезно, но в этих глазах все равно читается интерес.

Такой скрупулезный.

Ладошки у меня плавно холодеют. Потому что предчувствие срабатывает на «ура».

—И какой у нас повод?

—Венера беременна, а ваш брат, Вика, бросил ее. Конечно, он пока ей это не сказал в лицо, но ярко передал через других. Я не могу сказать, что очень счастлив от факта беременности своей сестры, но так уж вышло, что изменить что-то нельзя. Теперь она будет жить со мной. Бабушка с дедушкой пока не должны знать обо всем, а я не позволю ей избавиться от ребенка, вот и будем скрываться, что называется. Я решил поговорить с вами, потому что, признаюсь честно, у меня к вам есть и личный интерес. Совместить приятное с полезным.

Вилка в моей руке с грохотом приземляется на стол, пока уши закладывает от нарастающего в крови давления. Венера беременна?

Нет, конечно, я понимала изначально, что они явно не пестики и тычинки изучают вместе, вернее, как раз их и изучают, но в другой плоскости и другими исходными данными.

Пропускаю мимо ушей личный интерес и перехожу к сути.

—Он не знает, — осиплым голосом заявляю уверено. Если бы он бы знал, никогда бы не посмел. Мой брат может и пи*дюк, но не ублюдок, и за Венеру он может и убить. Совершенно спокойно.

—Конечно, он не знает. Она ему и не скажет, не уверен, что Венера в принципе больше еще хоть раз придет к нему. Она убита горем, а это, как вы можете понимать, не может повлиять положительно на ее здоровье.

—Я поговорю с братом.

—Вика. Послушайте внимательно. С ним не говорить сейчас надо, его вытягивать следует. Думаете, я не понимаю, что значит его ответ? Он не хочет ее впутывать. Его там ломают? Тем более, если учитывать вашу фамилию, а вернее знаменитого отца. В свое время Востров многим встал поперек глотки из-за своих принципов. До сих пор он там стоит у некоторых. Есть много пробелов, которые ваш адвокат или не видит, или не хочет видеть, потому что именно этого от него ждут, — уперевшись локтями в стол, Аристарх склоняет голову набок и прищуривается.

—Вы хотите сказать, что нам нельзя доверять адвокату?

—Я бы не стал верить человеку, который должен самому главному врагу вашего отца.

Тянусь к бокалу с коктейлем и делаю пару жадных глотков. Алкоголь противно обжигает горло, но я не подаю виду, что это мерзкое пойло, а не приятный напиточек.

Адвокат Игоря не последний человек в городе, его КПД так высоко, что без дополнительных средств не увидишь. В ком-ком, а в нем я была уверена на все сто.

Ну и, конечно, в Сереже, который клялся и божился, что дело замнут. Вот только замнут — это не то же самое, что и оправдательный приговор. Если я могу…могу избежать брака с Сергеем и высвободить брата…смогу ли я?

В голове происходит атомный взрыв, и я в шаге от того, чтобы расплакаться просто из-за того, что моя голова начинает разламываться от боли.

—Почему я должна вам верить?

Я такой вопрос даже Сергею не задала, потому что там…все ясно. Личный интерес слишком ярко выражен.

—Серьезно? Заметьте, я ни слова не сказал о том, что не в восторге от жениха Венеры, который почти зек. И я ни слова не сказал о деле, по которому он проходит. Вы же смеете ставить под вопрос мою искренность? Вика, вы серьезно? Я настолько заинтересован в том, чтобы ваш брат вышел, что вам и не снилось. Моя сестра — это мое сокровище, и да, за нее я буду совершать много разного, но все лишь во благо.

Его ответ меня устраивает. Меня не устраивает моя реакция на вновь открывшиеся факты, при которых новая жизнь не является единственным выходом из ситуации.

—Мне надо время все обдумать и вообще. Я сегодня не в том состоянии, чтобы размышлять о таких вещах. Была бы вам признательна, если бы мы встретились где-то, допустим, завтра. Вместе с Венерой. Все обсудим и так далее. Особенно то, что вы мне можете предложить.

—Я могу предложить защиту вашему брату и стопроцентную гарантию оправдательного решения. Без условностей. Без «но» и «Если». Просто мое слово. И без ценника, потому что мы почти родственники.

Он улыбается и накрывает мою руку своей. Я ежусь и осторожно выпутываюсь из теплых пальцев. Разумеется, это ему не нравится.

—Вот только не всегда все дело только в законе. Иногда есть другие факторы.

Например, связи. Настолько начинаю параноить, что буквально в каждом вижу врага.

—Уверен, мы сможем придумать что-то против этих факторов, так что…вперед и вверх, Вика. Вы же боевая. В чем проблема?

Он достает портмоне и кладет несколько крупных купюр на стол. После чего встает и спокойным голосом говорит мне:

—У меня сегодня еще встреча с клиентом. Так что мне пора, но мой водитель сможет забрать вас туда, куда вы скажете, Вика. Я бы завез вас сам, но прошу меня извинить. Борис все решит. Не прекращайте бороться, воительница, даже когда кажется, что проигрыш близко. Иногда самая незначительная деталь ломает идеальное обвинение. Или…идеальную защиту.

Цепкий взгляд карих глаз не отпускает меня. Я замечаю мужчину, который подходит к нам, кивает боссу и садится поодаль. С ним я, конечно же, не поеду. Вместо этого заказываю еще несколько коктейлей.

Кажется, сегодня иначе все это я не выгружу.

Как и ожидалось, второй коктейль неплохо начинает рубить. Я без понятия, что именно мною двигало, когда я решила, что достаточно смела для спиртного в такое время. На пустой желудок, ведь за целый день во рту не было и крошки.

Но в целом, я отчетливо ощущаю, как мой мозжечок уходит в утиль. Собственно, чего я вообще ждала? Салат как закуска так себе сработал, если быть до конца честной.

Учитывая мои навыки алкоголика, что равны нулевым, странно, что я еще после первого не проверила пол на гладкость.

В голове так много мыслей, что только спиртное помогло не думать. Вот так. Есть только тупая-тупая радость, рожденная не ясно даже от чего. Нет, почему неясно? Ясно.

Я за Венеру очень рада, и за Игоря рада. В том, что этот лопух просто еще ничего не знает, я уверена. А как узнает, х*р он ее отпустит от себя дальше, чем длина стальных оков, которые он на нее нацепит.

Мутным взглядом обвожу клуб и неоднозначно хмыкаю, прикидывая, а что же будет, если я сейчас спецназ сюда вызову. Точно придет. Может даже отругает и отшлепает. Икаю и смеюсь. Жесть полная.

Ладно, пора заканчивать, а то женский алкоголизм неизлечим. А я не начинала и начинать не стоить.

Расплатившись по счету, нетвердой походкой иду на выход, когда слышится звук входящего звонка. Черт, мне не надо смотреть кто это, потому что я и так понимаю — мама. А почему? Потому что я, как бы это сказать, должна была заехать к флористам сегодня.

Должна была и, разумеется, не заехала.

—Да, мам, — с готовностью отхватить по делу, я принимаю звонок.

—Вика, ты почему не заехала к флористам? Девочки тебя ждали! Что за безответственность?

—Не заехала и не заехала. Тоже мне проблема века. Мне так-то вообще…ик…все равно, какой букет будет лететь в потенциальных невест, прости Господи, — оступившись на ровном месте, хватаюсь за парапет возле лестницы, ведущей к парковке.