— Кстати, приятель, — бросил Ксавье. — Бет я не отпущу.
— Ксавье, пожалуйста, — прошептала я. — Я сама разберусь.
Семерка не реагировал на наши реплики. Однако я сразу почувствовала, как опасно открыто ему противоречить.
— Разговор не отнимет много времени, — произнес он наконец с пародийной вежливостью. — Заходите.
Я растерянно подчинилась. Собственные ноги казались мне тяжелыми и неподъемными, как бетонные опоры.
— Бет, стой! — хрипло воскликнул Ксавье. — Ты что, пойдешь с… уродом?
Если Семерка и был оскорблен, это никак не отразилось на его лице. Оно не изменилось, и было совершенным, как цифровая картинка на мониторе компьютера.
— Давайте не будем ничего усложнять, — тихо предупредил он нас обоих.
Мне явно надо действовать и сбить его с толку. Что бы, например, сказал Гэбриэл? Брат бы, конечно, не медлил. Наверняка это самое главное.
— Ты ополчился против себе подобной, — заявила я и замолчала.
А насколько сообразителен Семерка? Разгадает ли он мой умысел? Если бы мне удалось отсрочить беседу с ним хотя бы на пару минут, возможно, Гэбриэл и Айви сумели бы поспеть вовремя.
— Извините, мисс Черч, но против себе подобных ополчился не я, — ледяным тоном возразил он.
Моя уверенность дрогнула. Но я не собиралась сдаваться.
— Между прочим, меня зовут миссис Вудс, — дерзко парировала я.
Уголки губ Семерки тронула слабая улыбка. Надо же — первое проявление какого-то чувства с его стороны? Он насмехался надо мной?
— Советую вам, миссис Вудс, исполнить мою просьбу во избежание кровопролития, — отозвался Семерка, кивнув на Ксавье.
Несомненно, под внешней учтивостью и деловитостью скрывался безжалостный воин. У меня снова возникло ощущение, что мои мысли тают, как воск.
— Конечно, — машинально ответила я.
Ксавье схватил меня за руку.
— Бет!
— Не бойся, — солгала я. — Мы просто поговорим.
Ксавье мои слова не убедили, но я, не дав ему опомниться, высвободилась и приблизилась к Семерке. Ведь Ксавье не сможет меня защитить. Теперь я должна уберечь его. Если у меня не останется иного выбора, кроме как отправиться на Небеса вместе с Семеркой, тогда я сделаю это. Ксавье останется целым и невредимым. Но Ксавье не собирался подвергать мою жизнь риску. Он ринулся вперед и, заслонив меня собой, встал перед Семеркой.
— Если тебе так хочется потрепаться, я к твоим услугам.
Семерка был вынужден обратиться к Ксавье.
— Юноша, с чего ты взял, что имеешь право противиться воле Небес?
— Наверное, я наглец.
— Отойди. Тебя наши дела не касаются.
— Ошибаешься.
Семерка раздраженно вздохнул. Или все-таки скучающе?
— Я тебя предупреждал.
— Не трогай его! — воскликнула я, но опоздала.
Семерка поднял руку, и из нее потянулась светящаяся нить. Тоненький лучик был крепок, как сталь, и он молниеносно обернулся вокруг горла Ксавье. Любое сопротивление было бесполезно: Ксавье уже задыхался. В борьбе он не мог одержать победу и упал на колени. Его плечи опустились, тело обмякло. Он терял сознание.
— Никто не смеет противиться воле Небес, — изрек Семерка.
Я наблюдала за сценой, разворачивающейся передо мной, и туман у меня в голове развеялся. Его сменил гнев. Ярость наполнила меня, сметая все на своем пути. Она скапливается, как вода в запруде после проливного дождя. Еще мгновение — и плотина могла прорваться.
— Я же просила тебя, — ядовито произнесла я.
Ненависть порой искажает восприятие реальности, но в тот момент мне казалось, что еще никогда я не видела мир с такой потрясающей ясностью. Злость освободила меня от хватки Семерки. Я почти ощущала, как бешено крутятся шестеренки у меня в мозгу, и на долю секунды бревенчатый дом предстал передо мной в виде молекулярной структуры. Я видела пятна сырости на деревянных стенах, капли росы на траве и могла смотреть сквозь Семерку. Во мне растворилось все человеческое, и я соединилась с вселенной — я превратилась в воздух, камни, древесину, почву. И тогда я поняла, на что я способна.
Я наклонилась и подобрала с земли кирпич, который валялся у подножия крыльца. Потом швырнула его, будто фрисби — и настолько стремительно, что он мгновенно соприкоснулся с шеей Семерки. Отточенные рефлексы Семерки почему-то не сработали, и, возможно, он удивился. Мой маневр застиг его врасплох.
Голова Семерки запрокинулась назад, и он, пошатнувшись, отступил внутрь дома. Я живо захлопнула за ним дверь. Кончики пальцев у меня покалывало, и еще до того, как я успела это осознать, крыша «Ивового приюта» задымилась. То, что произошло позже, от меня уже не зависело. Так или иначе, но пламя послушно вспыхнуло, и вскоре начался пожар. Когда обрушились балки, я разглядела Семерку, стоящего посреди огненных языков. Конечно, они не причинили ангелу вреда. Но мне удалось задержать Семерку. Я не знала — надолго ли, но выяснять это не собиралась.
Сейчас я хотела увести Ксавье в относительно безопасное место. Если Семерка вырвется, он, скорее всего, расправится с моим любимым. Я кинулась к Ксавье. Он не шевелился, но дышал. Я не могла заставить его очнуться. Нести его на себе и убегать — тоже исключалось. Через почерневший оконный проем я увидела, как Семерка направился к двери. Он напоминал огромный факел.
Мои крылья раскрылись со странным треском. Эхо пронеслось по лесу и распугало окрестных птиц. Я рывком приподняла Ксавье, обняла его, и мы вместе оторвались от земли. Мои крылья очень крепки, и Ксавье был для меня невесомым. Я полетела к дороге. Верхушки деревьев задевали подошвы кроссовок Ксавье.
Я планировала приземлиться где-нибудь и остановить машину. Но вскоре мое сердце радостно забилось: знакомый джип как раз мчался по проселочной дороге. Я пошла на снижение. Машина резко затормозила, и Гэбриэл тут же оказался рядом со мной. Он бережно уложил Ксавье на заднее сиденье.
— Где вы были? — спросила я, и ручейки слез потекли по моим перепачканным копотью щекам.
— Мы приехали, как только смогли, — выдохнула Айви.
Я указала на Ксавье.
— Помогите ему!
Айви крепко прижала прохладную ладонь ко лбу Ксавье, и в него заструилась целительная энергия. Он застонал и открыл глаза.
— Ты в порядке, — заверила я его.
К Ксавье вернулись воспоминания о недавней стычке. Он вздрогнул и сел.
— Куда он подевался? — воскликнул он. — Где мы?
— Айви и Гэбриэл с нами, — сказала я. — Мы сбежали.
— Но как? — удивился он. — Семерка хотел забрать тебя…
— Ой… — я растерялась. — По-моему, я его подожгла.
— Бет, — Ксавье оторопел и расхохотался. — Просто блеск. Хотя он сам напросился.
На Айви новость произвела другое впечатление.
— Ты в своем уме?! — Ее серые глаза от ужаса приобрели металлический блеск. — Применить силу к Семерке! Это же измена Царству Небесному!
— Он пытался убить Ксавье! — возразила я.
— Можно не сомневаться: мы на верном пути к мирным переговорам, — сухо проговорил Гэбриэл.
Листва зашелестели под ветром, и я почувствовала, что Семерка где-то поблизости.
— А он будет за нами гнаться?
— Нет. На время он потерял чутье. А нам пора двигаться дальше.
Я немного гордилась собой. Я умудрилась разрушить планы самых устрашающих агентов Света. Гэбриэл прочел мои мысли.
— Рано ликовать, Бетани. Тебе удалось отогнать только одного из них. Семерок легионы. Всех нам не одолеть.
— И как же нам быть?
— Мы договорились с Твердью и Серафимами, — вымолвил Гэбриэл. — Вот почему мы припозднились.
— И каков вердикт?
Брат промолчал.
— Семерки жаждут нашей крови. Они не согласны на компромиссы, — начала Айви. — Они заявили, что ваш брак надо аннулировать.
— Я-то думал, ангелы — добрые и справедливые, — пробормотал Ксавье. — С каких пор они рыщут по нашему миру и пытаются убивать людей? Значит, Небеса это одобряют?
— А с чего ты вообще это взял? — отчеканил Гэбриэл.
Ксавье не унимался.