Выбрать главу

Холодок побежал по спине Нелли, хотя она была одета в «шубку».

– Хорек тебя задави! – продолжал Эрик. – Ей никуда не деться. Два дня, не больше. Хватит стоять чучелом! Двигай ножками, хомо сапиенс!

Нелли удивилась приказному и грубому тону Эрика. Прислушиваясь к словам людей, она слишком далеко высунулась из укрытия. Но, поймав на себе внимательный взгляд Корнелия, опять спряталась. Голоса людей удалились. Крысы вылезли на свет.

Встав на задние лапы, Корнелий принюхался. Затем без объяснений исчез в густой траве, в тени покрышек.

Нелли не попыталась остановить крыса. Ее мысли неуверенно топтались на месте, не зная, в какую сторону кинуться. Мир быстро обретал иную реальность – невероятную, странную. Нелли прислушалась к новому телу: ее уши хорошо слышали, глаза нормально видели, а шубка не мешала: в ней было даже уютно. Хвост не создавал неудобств и не был обузой, только зудел от боли. Лапки ощущали прохладу затененной земли, устойчиво держали все тело. Нелли почесала меховой живот, и это было приятно.

«Главное, я сохранила способность думать! – рассуждала Нелли. – В каком бы теле не оказался мой мозг, я сумею выбраться! И смогу понять, что произошло».

– Идем! – Голос вернувшегося Корнелия вывел ее из состояния задумчивости.

– Куда? – с неохотой прервала размышления Нелли.

Корнелий не ответил и потрусил в сторону разбитого автобуса, возвышавшегося над свалкой ржавой горой. До Нелли вдруг дошло, что этот Корнелий мог многое ей объяснить, и она бросилась вдогонку.

Некоторое время они лавировали среди куч металлолома молча. Нелли чувствовала, что крыс, как она его окрестила, раздражен или расстроен, поэтому решила раньше времени не донимать его вопросами. Тем более что двигалась она за Корнелием на неудобном для бесед расстоянии. Хвост крыса мельтешил впереди и не позволял приблизиться.

Нелли отметила, что движение дается ей довольно легко. «Будто всю жизнь на четвереньках бегала, – с грустной иронией подумала она. – Как же я так влипла? И куда он меня ведет? На помойку какую-нибудь, – Нелли была уверена, что все крысы живут на помойках или мусорных свалках. Ее передернуло. – Имя какое-то ненормальное. Разве оно подходит для крысы? Надо так: Пушистик или Ушастик».

«Ушастик» легко запрыгнул на покрытый толстым слоем пыли капот разрушенного грузовика. Нелли вскарабкалась за ним. Корнелий сосредоточенно вглядывался вдаль поверх бесконечных рядов смятых, как конфетная фольга, машин. Вдалеке Нелли разглядела знакомый ангар.

– Вот это да! Далеко я убежала! – сказала она.

– Можно еще дальше, если бежать по прямой, а не петлять в истерике, – прервал молчание Корнелий.

– Могу я тебя спросить? – начала Нелли, но Корнелий резко ее прервал:

– Нет!

Он спрыгнул на землю и даже не обернулся, не посмотрел на Нелли. Она вздохнула и покорно потрусила за новым начальником ее жизни.

Марита тоже никогда ничего не объясняла, уводя Нелли с уроков. «Так надо», – часто говорила она. Надо ли это было Нелли? Ее не спрашивали. Не такая важная персона, чтобы перед ней отчитываться. И Нелли с неохотой, но без сомнений в правильности решений Мариты шла на уличные бои и била того, на кого показывали. А когда ей совсем не хотелось этого делать, она умело прикидывалась больной. Достаточно было сказать тетке Джен: «Что-то меня тошнит!» – и на денек-другой она освобождалась от школы.

Это было лучшее время – время мнимых болезней! Предоставленная самой себе, вольготно расположившись на кровати с альбомом и карандашами, Нелли с головой уходила в создаваемые ею миры: рисовала скалы у моря, похожие на зверей, окунающих в воду огромные лапы. Деревья на ее рисунках вместо листьев имели бесконечное число ладоней. Каждая складывала пальцы в виде определенной буквы, и можно было понять, о чем говорит дерево. Птицы у Нелли получались огромные, на их спинах она располагала целые города с башнями и мостами.

– Пить хочешь? – Корнелий неожиданно остановился, и Нелли наступила ему на хвост. Крыс не обратил на это внимания и пропустил ее вперед.

– Ого! – вырвалось у Нелли. Огромный двигатель неизвестной Нелли модели автомобиля, а может и вертолета, нависал над ними как древний собор. В полости торчавшего из-под земли бампера скопилась вода. Нелли посмотрелась в темную воду, будто в зеркало.

– Ой, – изумилась она. – А я не вся белая! Я наполовину… темненькая! Это какой цвет?

– Ты пить будешь? – раздраженно напомнил Корнелий. – У меня нет времени обсуждать цвет чужой шерсти.