— Не понимаю, — вернулся портье к тому, с чего начал. — Не понимаю.
Марина в ярости швырнула ему газету и вернулась в номер. Она обследовала замок. Он был цел и невредим. Тогда она высунулась в широкое окно с закругленным верхом. Точно такое же окно соседнего номера тоже оказалось открытым. Оттуда не доносилось ни звука.
На всякий случай Марина вышла в коридор и отважно постучала в соседнюю дверь. Никто не ответил.
Марина еще раз выглянула наружу. Проем между ее окном и соседним был не более тридцати сантиметров. Максимум, чем она рисковала, так это свалиться с третьего этажа в воду канала. Она влезла на подоконник и через мгновение уже стояла на подоконнике соседей.
Это был точно такой одноместный номер с кроватью под балдахином и позолоченными ручками комода. Со стершимся малиновым ковром и большим помутневшим от сырости зеркалом, украшавшим дверь в ванную.
Но кое-что здесь отличалось от Марининой обстановки. На рассохшемся скрипучем столе с настоящей инкрустацией стояли магнитофон и радиоприемник. Это были не обычные переносные магнитофон и радиоприемник. Они выглядели тяжелыми и имели в два раза больше кнопок. Рядом лежали наушники. У Марины не было никакого сомнения, что это профессиональная подслушивающая аппаратура.
На буфете разместился опутанный проводами телеприемник с длинной выдвижной антенной. Либо жилец этого номера был радиофанатик, либо он за кем-то следил.
Марина отмотала назад пленку на магнитофоне и нажала кнопку воспроизведения.
Сначала она услышала, как хлопнула дверь. Потом тихо заговорили двое мужчин. Заговорили, к удивлению Марины, по-русски, причем один из собеседников явно не мог справиться с сильным акцентом.
— Если товара нет в номере, то где он? — спрашивал тот, что с акцентом. — Она не будет таскать его с собой по городу. Может, его уже нет.
— Но я не выпускал ее из виду. Она еще ни с кем не встречалась. Если бы она передала товар, я бы знал, — отвечал второй.
— Говори медленнее. Что значит «ни с кем»? Она шаталась по городу, покупала одежду, ела.
— Ну, есть тут один мальчишка. Предлагает сексуальные услуги.
— Что предлагает? Умоляю, говори медленнее или выучи итальянский. Я не понимаю половины из того, что ты там бормочешь.
— Мальчик-жиголо, И не ори на меня. Терпеть не могу крика.
— Мальчик — что?
— Мальчик-шлюха.
Весь диалог сопровождался непрерывной тихой возней, скрипом дверцы, шорохом ковра. Обыск проводился ими основательно.
— Понятно. Ты знаешь, где он живет? Что, если он еще один курьер?
Что-то упало на пол. Мужчина выругался. Марина уже поняла, что упал скорее всего один из тяжелых ящиков ее комода.
— Да я потерял их вчера вечером. Но я все вытрясу из его сутенера, не беспокойся. В ванной я уже проверил. Ничего нет.
— Я хочу иметь его адрес сегодня же. И не говори так быстро, я ничего не понимаю.
— А может быть, просто припугнуть ее? И она сама все отдаст.
— Нет, мы должны узнать, кто ее покупатель. Она встретится с ним рано или поздно. Босс не успокоится, пока не выяснит, кто пытается перебежать ему дорогу здесь, в Италии. Вы, русские, совсем не умеете ждать. Что с «жучком»?
— Я поставил два. Один на телефон, и еще один на ремешок ее сумочки.
Дверь хлопнула еще раз. Магнитофон замолчал. Некоторое время Марина не могла сдвинуться с места. Пленка продолжала мотаться и шипеть. Она нажала кнопку и так же быстро оказалась у себя в номере.
Ситуация проясняется. Они принимают ее за курьера. Но кто же тогда хозяин этого номера? Конкуренты? Те, кто рассчитывает, что она с ними свяжется как с покупателями? Две ночи она спала, отделенная от бандитов одной наполовину сгнившей от сырости стеной. У Марины закружилась голова и пересохло в горле.
Но это не помешало ей быстро сложить вещи в сумку и покинуть номер. Она так часто проделывала это в последнее время, что научилась собираться, как солдат после побудки. Плетеная сумочка на длинном ремешке осталась лежать на кровати.
Нужно быть очень внимательной и не допустить, чтобы кто-нибудь увязался за ней. Но главное сейчас — она должна успеть предупредить Джакомо.
Марина сбежала вниз по лестнице. Сквозь стекло входных дверей она огляделась, но ничего подозрительного не увидела. Вчерашняя гондола тихо покачивалась на слабых волнах. Мужчина спал в ней, прикрывшись красной широкополой шляпой с позолоченной тесьмой.
Марина окликнула его, но он не проснулся. Тогда она прыгнула в лодку, едва не перевернув ее, и потрясла гондольера за полу куртки. Он не отвечал. Похолодев, она убрала шляпу с его лица.