Внезапно перед глазами Ятена возник какой-то плоский продолговатый предмет. Он попытался схватить его рукой, но у него ничего не получалось, в то время как воительница, оседлавшая его, продолжала монотонно двигаться.
— Скажи, что хочешь, меня Хиллер, — урчала Сейлор Венера.
— Я… я… хочу тебя… моя девочка…
— Скажи это ещё раз на камеру!
Во рту у него пересохло. Ему было жарко, как в аду.
— З-зачем… я… не могу…
— Скажи… ну же… будь хорошим мальчиком…
— Я хочу тебя, моя девочка… Я люблю тебя, Ви!
А затем Ятен провалился в сочащуюся тьмой бездну…
Комментарий к Глава 38
* Бруно» — американский фильм 2009 года. Режиссёр Ларри Чарльз. Соавтор сценария, продюсер и исполнитель главной роли Саша Барон Коэн. Главный герой фильма — Бруно Гехард — австрийский тележурналист и гомосексуал.
========== Глава 39 ==========
Она: Мне говорили: увидишь, и в горле затихнет звук,
кудри черные обволокут плечо
и дракон, что живёт в позвоночнике,
тут же расправит крылья
и опустит голову на твои ключицы.
Он: Мой позвоночник — 11 лезвий и 8 жал,
ты ушла, и я ни словом не возражал,
лишь ладонь разжал, когда стало тесно.
Она: Мне говорили: в глазах тех не сыщешь дна,
пропадёшь и не вынырнешь — и погубит тебя она,
и беда с тобой приключится.
Он: Вот он я, кто ранил,
а после — смиренно ждал.
Оголённый провод, пустая комната и кинжал.
Я цветы наши срезал и больше их не сажал,
без тебя я — пустое место.
Она: Что любовь это дар, книги, конечно, лгут:
тысячи брошенок ищут твой стылый след,
но когда ты заносишь над ними свои слова —
сердце за сердцем падает в талый снег.
Падает, угасая.
Я стою ближе всех обожжённая и босая, прикрывая подолом кусочек живой земли.
Он: Боль повсюду, куда бы я не бежал,
моё сердце никто так не обнажал,
я бы вырвал его похоронить, сбежал,
но за мной тень твоя следует
как невеста.
Она: Мы случились однажды — больше мы не смогли,
и весна отказалась просить за нас…
(Катарина Султанова)
Вязкое и тягучее, словно мёд тепло толчками разливалось по телу Ятена. Он лежал абсолютно голый на влажных от пота измятых розовых простынях. На краешке кровати сидела Сейлор Венера в своём неизменном оранжево-белом костюме и, кажется, на коленях у неё лежала большая золотая цепь, состоящая из звеньев в виде сердечек. Вроде бы они только что занимались любовью. Или всё произошло вчера, а сейчас уже утро?
— Сколько времени? — поинтересовался Ятен, приоткрывая левый глаз.
— Вставай. Мне сегодня ещё в аэропорт и надо успеть собрать вещи, — ответила воительница.
— Зачем в аэропорт? Ты куда-то летишь?
— Да. В Париж.
— Нахуй тебе в Париж, девочка? Там в ноябре херовая погода. Лучше махнём куда-нибудь в тёплые края… Возьмём Рэна с собой…
— Господи, Хиллер! Просыпайся! Мне ещё кучу дел надо успеть перед отлётом!
— Подождёт твоя куча…
— Просыпайся! — Сейлор Венера потрясла его за плечи.
Ятен резко распахнул глаза и увидел склонённое над ним лицо Оливии. Он попытался сфокусировать взгляд и совместить в голове два образа Сейлор Венеры и принцессы Какю, чтобы понять, где сон, а где реальность, но у него не получалось сосредоточиться. Голова Ятена раскалывалась, во рту ощущался мерзкий горький привкус. Он ещё раз посмотрел на Оливию. Что она вообще делала здесь рядом с ним?
— Где я? — Ятен протер глаза и стал озираться.
— У меня дома. Забыл?
Молодой человек бросил взгляд на красноречиво измятые простыни и использованный презерватив на тумбочке. Вспышка осознания произошедшего ослепила его словно от атомного взрыва. Он и Оливия переспали!
— Сколько сейчас времени? — спросил Ятен.
— Десять утра! — Оливия упёрла руки в бока. — У меня сегодня самолёт, так что, пожалуйста, собирайся побыстрее!
— Что значит самолёт? — бесцветным голосом спросил молодой человек, надеясь, что все это дурацкий розыгрыш, который вскоре раскроется.
— Самолёт Токио-Париж, Хиллер! Я уезжаю, чтобы продолжить учёбу!
— А ты и я? У нас правда… было… это? — сглотнув слюну спросил Ятен в очередной бессмысленной попытке вернуть прежний мир. — Ведь у нас же ничего не было? Я же не мог… Скажи, ну, правда же?
— Очень даже мог! — фыркнула Оливия. — И мне некогда тут с тобой возиться! Будешь уходить, просто захлопни дверь!
С этими словами она развернулась на каблуках и вышла из спальни. Ятен бессильно повалился на кровать и натянул на голову розовую простынь. Ещё одна вспышка осветила его воспалённый рассудок. Он, Ятен Коу, переспал с бывшей возлюбленной Оливией Какю, изменил любимой женщине, матери своего ребёнка, Минако! Как такое могло с ним произойти? Почему? Что же случилось? В памяти стали всплывать бессвязные эпизоды. Концерт, Берилл, обморок, он поехал к Оливии, чтобы посмотреть фотографии, вот он смотрит альбомы, а потом туман.
Со стоном Ятен вылез из кровати и побрёл в душ. Он стоял под струями, попеременно включая то горячую, то холодную воду. Молодой человек почистил пальцем зубы и вылил на себя все имевшиеся у Оливии средства гигиены. Он чувствовал себя грязным, запятнанным…
«Боже, ну почему все это случилось со мной?! Почему ты сделал меня таким идиотом?!» — думал Ятен, отчаянно намыливая голову. Ему хотелось смыть с себя запах Оливии.
Через двадцать минут, взяв в руки телефон, молодой человек оценил весь размах надвигавшейся катастрофы. У него было около двадцати сообщений от Минако и больше пятидесяти пропущенных от неё звонков. Братья тоже звонили ему. Он прочитал последнее сообщение от Сейи:
«Я не смог прикрыть тебя перед Минако😲😲😲 Мы тебя тоже потеряли! А потом, когда узнали, что ты уехал с Оливией, было уже поздно😱😱😱»
— Дерьмо! — заорал Ятен, со всей силы швыряя телефон в розовую кирпичную стену.
Ну что ему стоило повести себя вчера иначе? На фига было ехать к Оливии домой?! Почему нарушил собственные принципы? А может, у него и не было никогда этих самых принципов, кроме дешёвого позёрства и бесконечного самолюбования собой? И вот теперь, когда ему стало вдруг не все равно, жизнь резко пошла под откос! Почему именно сейчас? Почему именно с НЕЙ?! Это были вопросы, на которые Ятен никак не мог ответить.
Высушив волосы и одевшись, он вызвал такси.
***
— Ты уже встала? — спросил Ятен с порога.
— Сейчас 11:30, — безжизненным голосом ответила Минако. У неё были красные глаза.
— Просто у тебя усталый и взъерошенный вид… я ожидал… увидеть тебя в…
— В чём? Ночной рубашке со скалкой в руке? Или, наоборот, при полном параде в вечернем платье? Видимо, так принято у жён звёзд, ожидающих своих загулявших мужей? — отчеканила Минако, скрестив руки на груди. — Уж извини, что не соответствую! С фантазией после бессонной ночи туговато совсем!