Выбрать главу

— Сядьте, — приказал мистер Гонт.

Майра тут же плюхнулась обратно, как будто за тот короткий миг, когда пыталась подняться, окаменела.

— Если вы хотите еще хоть раз увидеть эту фотографию, Майра, сидите.

Она сидела и смотрела на него тупым бараньим взглядом. Широкие ручья пота стекали из-под мышек и по груди.

— Пожалуйста, — жалобно произнесла Майра, протянув в мольбе руки, и голос вырвался у нее из горла с таким шипением и завыванием, с каким суховей носится по пустыне.

— Назовите цену, — предложил Гонт.

Майра задумалась, округлив глаза. Адамово яблоко двигалось по шее вниз и вверх в такт тяжелой мыслительной работе.

— Сорок долларов, — выкрикнула она. Гонт засмеялся и покачал головой. — Пятьдесят.

— Даже слушать смешно. Видимо, эта фотография не так уж вам нужна, Майра.

— Очень нужна. — В углах глаз у нее заблестели слезинки. Еще мгновение и они покатились вниз по щекам, смешиваясь с потом. Нужна-а-а-а! — завыла она.

— Хорошо, — сказал Гонт. — Вы хотите ее получить. Готов согласиться с тем фактом, что вы в самом деле хотите ею обладать. Но нужна ли она вам, Майра? Действительно ли так необходима?

— Шестьдесят! Больше у меня нет ни цента.

— Майра, неужели я похож на ребенка?

— Нет…

— Надеюсь. Я человек старый — старше, чем вы можете себе представить, но выгляжу при этом неплохо, если вам мои слова не покажутся нескромными. И все же вам, видимо, я показался совсем несмышленышем, если высчитаете, что я могу поверить будто женщина, проживающая в новехоньком двухэтажном доме менее чем в трех кварталах от Касл Вью, имеет только шестьдесят долларов на своем счету. — Вы не поняли, мой муж…

Мистер Гонт встал с фотографией в руках. Улыбающийся человек; несколько минут назад радушно приглашавший ее войти, исчез бесследно, испарился.

— У вас, кажется, не было предварительной договоренности, Майра, не так ли? Так. Я пригласил вас только по доброте душевной. Но теперь, боюсь, придется попросить вас покинуть магазин.

— Семьдесят! Семьдесят долларов!

— Вы меня оскорбляете. Прошу вас уйти.

Майра упала на колени. Она рыдала, звучно, со всхлипами. Затем судорожно ухватилась за обшлага брюк.

— Прошу вас! Прошу вас, мистер Гонт. Мне совершенно необходима эта фотография. Просто необходима! Я не смогу без нее жить! Она делает такое… вы не поверите что она делает.

Мистер Гонт взглянул на фотографию, и лицо его на долю секунды исказилось брезгливой гримасой.

— Не думаю, что мне необходимо это знать. От всего этого слишком уж… потом несет.

— Но ведь на сумму, более чем семьдесят долларов, мне придется выписывать чек. Тогда узнает обо всем Чак. И потребует отчета, на что я истратила деньги. А если я ему скажу, он… он…

— Это, — сказал Гонт, — не моя проблема. Я хозяин магазина, а не член совета по бракоразводным делам. — Он смотрел на нее сверху вниз и разговаривал с потной макушкой. — Я уверен, найдется другой покупатель — миссис Раск, например, которая оценит по достоинству эту реликвию последнюю фотографию мистера Пресли.

При упоминании имени подруги Майра вскинула голову. Глаза у нее запали и сверкали влажными темно-карими точками. Губы искривились, обнажив полоску зубов, и выглядела она в этот момент откровенно безумной.

— Вы продадите фотографию ей?! — прошипела Майра.

— Я сторонник свободной торговли, — заявил мистер Гонт. — Именно такая торговля сделала эту страну великой. Признаюсь вам, Майра, только и жду, чтобы вы оставили меня в покое. Взгляните на свои ладони, они насквозь мокры от пота. Мне придется отдавать брюки в чистку и даже в этом случае не уверен…

— Восемьдесят долларов!

— Я готов продать вам фотографию за сумму, вдвое больше той, которую вы только что назвали, — сказал мистер Гонт. — Сто шестьдесят долларов и ни центом меньше. — Он усмехнулся, продемонстрировав желтые кривые зубы. — И ваша чековая книжка, Майра, меня вполне устроит.

Она издала стон отчаяния.

— Не могу! Чак убьет меня.

— Вполне возможно, — кивнул мистер Гонт. — Но ведь в таком случае вы умрете во имя всепоглощающей любви, разве не так?

— Сто, — взмолилась Майра и снова ухватилась за обшлага его брюк, как только он сделал попытку отступить на шаг. — Прошу вас, сто долларов.