– А вот это передайте Лёшику! Я тоже сшила её сама, – сказала Стася и протянула маленькую бархатную шапочку с милым белым пёрышком.
– Как здорово! Лёшику обязательно понравится! – в один голос произнесли Жек и Мурзик. Пёс аккуратно взял шапочку в зубы.
– И зёрнышки для Банечки, – не забыла девочка и о маленькой мышке, которая навсегда поселилась в славном королевстве Курон. Стася положила зёрнышки и письмо альбатроса в сумочку Карлуши, висящую у птицы на шее, и попрощалась с друзьями.
– Будьте осторожнее и скорее возвращайтесь! – помахала она им рукой.
Пёс и кот помчались со всех лап, а птица взмыла в воздух.
Только успели звери выскочить за ворота, как их догнала сердитая Карлуша.
– Я, конечно, всё понимаю, – ворчала она, – но к чему нам лишняя тяжесть? Это письмо, шапка, да и зёрнышки! У меня уже шея болит от такой ноши!
– Там всего-то пять зёрен! Давай я понесу! – предложил Жек.
– А зачем? – ворона приземлилась на землю и заходила взад-вперёд. – Зачем нести, если мы в страну Курон не собираемся? Если уж и отправляться в путешествие, то налегке!
– В общем-то, это мудро! – промурлыкал кот. – Только куда мы всё это денем? Не выбросим же!
– Вот что, вы подождите тут, а я полечу в беседку и положу все эти подарки там, под скамейкой. Стася без нас всё равно туда не ходит, так что всё это полежит в безопасности до нашего возвращения, – предложила довольная своей идеей Карлуша.
– Ну что ж, лети! Мы ждём! – согласились звери.
Забрав у щенка шапочку, взмахнув крыльями, ворона мигом полетела назад, к саду семейства Флёров, и аккуратно положила под скамейку письмо альбатроса и всё то, что им передала для Лёшика и Банечки Стася.
Теперь на птичьей душе стало совсем легко, и друзья наконец отправились в путь.
Глава вторая,
о том, в какую беду попали черепахи
Но не так спокойно было на озере Забвения, как думали друзья. Страшная беда настигла черепах. И причём неожиданно и совсем некстати.
Али и Мади игрались с маленькими черепашками, прячась от них в зелёных водорослях. Сквозь прозрачную толщу воды просачивалось улыбающееся солнышко. Черепашата визжали, когда находили своих старших подруг, и смеялись от счастья.
– Я так и знал, что вы тут, – ликовал самый старший из ребятни, черепашонок со смешным именем Трам.
– Ах, так и знал! Ну ладно, теперь мы спрячемся лучше, – грозились черепахи. – Считай до десяти!
Али и Мади поплыли к другим зарослям, а черепашонок закрыл глаза и принялся снова отсчитывать.
– Один, два, три, – проговаривал он.
И вдруг всё потемнело – исчезли блики солнца, мрак сгустился над Али и Мади.
– Что это?
– Ты что-нибудь видишь? – спрашивали сёстры друг у друга.
– Мы ничего не видим!
– Мы боимся… – ответили, прижавшись к ним, три черепашонка, которым уже перехотелось прятаться.
– Девять, десять, – закончил счёт Трам и открыл глаза. – Ой, я ничего не вижу! – испуганно воскликнул он.
– Узнай, что там, а я отведу детей, – прошептала сестре Мади и, собрав всех черепашат, повела их к родителям.
Али устремилась вверх, чтобы посмотреть, отчего так резко потемнело. Она плыла, ничего не видя, – вода становилась теплее, и мудрая черепаха понимала, что поднимается ближе к поверхности. Она подумала, что её сестре наверняка гораздо сложнее, ведь той надо в такой тьме не растерять детей, да ещё и не запутаться в густых водорослях, таких высоких, что они вполне могли сойти за подводные леса. Рассуждая так, черепаха подплыла к поверхности озера и высунулась из воды, но ничего не увидела – её обступала темнота, а на голову налипло что-то похожее на толстый слой резины. При этом резина странно и достаточно неприятно шипела.
Али снова нырнула в озёрную глубь и попыталась выплыть в другом месте – но и там было то же самое. Черепаха выныривала там и тут, и везде было одно и то же: толстый густой слой чего-то жирного, шипучего и неприятного.
В конце концов черепаха поняла, что белого света ей так и не увидеть и, погрузившись в воду, поплыла назад, на ходу потирая голову. Ей казалось, что на макушке остался жир, в ушах у Али раздавалось непонятное шипение, а в душе поселился страх и надёжно укрепилось предчувствие опасности.