Крылья бестолково кружились в воздухе, трепетали, как паруса на ветру.
Но вот радужное животное заметило стрекозу. Оно засуетилось, мягко захлопало крыльями, потом, сложив их, начало стремительно падать вниз – туда, где быстро мелькали леса, поля и озёра.
Однако уйти от стрекозы ему не удалось.
Стрекоза ринулась за ним, ударила его с налёта грудью, отбросила в сторону, и, когда радужное животное перевернулось в воздухе, она схватила его, свернула ему голову и, оборвав крылья, сожрала в один миг. И снова помчалась, как самолёт; могучие крылья её загудели, и над головой опять запел протяжно ветер.
– Кого это она?
– Бабочку! – крикнул сквозь шум ветра Карик. – Кажется, бабочку!
Стрекоза, как видно, была в этот день очень голодна. Скоро она догнала и проглотила ещё одну муху, ещё одну бабочку – на этот раз белую с голубыми пятнами, потом комара.
– Ну и обжора! – закричал Карик.
Валя только зябко поёжилась.
По небу ползли облака.
Время от времени они заслоняли солнце, и тогда землю покрывали холодные синие тени.
И тут ребята с удивлением заметили, как странно ведёт себя стрекоза, когда облака набегают на солнце.
Лишь только солнце пряталось, стрекоза становилась какой-то вялой и медленно, как планер, скользила вниз.
Но стоило солнцу выглянуть из-за туч, стрекоза оживала. Лёгкий взмах крыльев – и она стремительно взлетала вверх и снова принималась за охоту.
– Карик! – крикнула Валя. – Ты замечаешь, что с ней делается?
– Да, да! – кивнул головой Карик.
Он замечал ещё и кое-что другое.
Попадая в потоки солнечных лучей, тело стрекозы раздувалось, становилось крепким и гладким. Но как только набегала холодная тень от облаков, оно сжималось, морщилось и начинало пружинить, точно сиденье очень старого кресла.
Казалось, солнце нагревало внутри стрекозы воздух и он распирал её; но стоило стрекозе попасть в холодную, теневую полосу, её тело снова сжималось, становилось дряблым, как воздушный шарик, который проткнули иголкой. Так оно и было на самом деле, но этого ребята не знали, а поэтому они никак не могли понять странного поведения стрекозы.
Охота продолжалась.
Стрекоза пожирала мух, бабочек и комаров без устали.
Если бы ребята решили дать своему живому самолёту какое-нибудь имя, то лучше, чем «Смерть комарам и мухам», пожалуй, они не могли бы придумать.
В погоне за белой бабочкой стрекоза сделала резкий поворот. Валя соскользнула со спины крылатой обжоры и непременно упала бы на землю, если бы не успела ухватиться за ноги Карика. Но и сам Карик тоже еле-еле держался на стрекозе.
– Помоги! – закричала Валя.
– Не… Не могу! – хрипел Карик.
Валя тянула его вниз, как тяжёлая гиря. Напрасно он хватался руками за гладкие, упругие стрекозиные бока. Руки его одеревенели. Пальцы скользили. С отчаянием погибающего он упёрся в крыло стрекозы подбородком и обхватил одной рукой упругое тело обжоры.
Но забраться обратно ему было не под силу.
– Нет! Не могу больше! – закричал Карик.
Глубоко внизу, точно в бездонной пропасти, плыла под ногами синяя поверхность огромного озера. Зелёные камыши поднимались над водой, теснясь вдоль берегов. Белые чаши водяных лилий стояли, точно впаянные в спокойную синеву озера.
Стрекоза сделала резкий разворот.
В грудь Карика ударил встречный мощный поток воздуха, руки скользнули последний раз по гладким бокам стрекозы.
Карик закрыл глаза, и вдруг сердце его ёкнуло, замерло; под ногами всё провалилось, в ушах засвистел, завыл протяжно ветер.
Ребята полетели вниз.
– И-и-и! – завизжала Валя.
– А-а-а! – закричал Карик.
Они летели, кувыркаясь через голову.
Несколько раз небо и земля поменялись местами.
Небо.
Земля.
Небо.
Земля.
У-ух!
Взметнув фонтаны брызг, ребята врезались в зеркало пруда и камнем пошли ко дну, рассекая воду, плотную, как студень, и прозрачную, как стекло.
Ударившись ногами о дно, они пробкой вылетели обратно, на поверхность, и отчаянно забили по воде руками и ногами. Оглушённые падением, они кружились на одном месте, ничего не понимая, ничего не соображая.
Первым пришёл в себя Карик.
– Надо плыть скорее к берегу! – крикнул он, выплёвывая воду.
– А где берег? – спросила Валя, захлёбываясь.
Карик мотнул головой в ту сторону, где вдали виднелась высокая зелёная стена леса.
– Ох, доплывём ли? – захныкала Валя.
– Конечно, доплывём! – уверенно сказал Карик. – Только не надо торопиться, а как устанешь – скажи мне. Будем отдыхать на спинке. Ну, плыви за мной!
И они поплыли к берегу, поднимая брызги, фыркая и отдуваясь.
Вдруг Валя вскрикнула: