Выбрать главу

Ну да, ему меня больше раздевать нравится, это я и без его слов поняла. Вот и в этот раз забрал кимоно, подарил короткий, но страстный поцелуй, и легким звонким шлепком по попе придал верное направление – в сторону ванной комнаты. Убила бы! Жаль не могу. И вообще, можно подумать я сама себе покупала те невыразительные тряпки. Носила то, в чем ходят все ученики школы. Но во всем надо видеть хорошее, зато поутихло желание продолжить начатое с Аруку-саном, а вот жажда мести только разгоралась…  

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Не знаю, чего я ожидала от выхода в «свет», скорее всего, ничего хорошего. И мой пессимизм меня не обманул. Казалось, учитель решил, что принудить меня к близости это недостаточное наказание, а вот подвергнуть прилюдному унижению это то, что нужно. По-другому назвать то издевательство было невозможно. Меня привели в какой-то суперкрутой магазин, где можно было приобрести все, что необходимо любой женщине. Во всяком случае, нам так сообщили девушки-консультанты с фальшивыми улыбками на лицах. А потом начался кромешный ад, правда, только для меня. Нас с Аруку-саном отвели в вип-комнату, где меня в четыре руки одевали и раздевали, используя в качестве манекена и совершенно не интересуясь моим мнением или желанием. Учитель некоторые вещи браковал еще до примерки, чем несказанно меня радовал, а что-то, наоборот, внимательно рассматривал, особенно нижнее белье. Если мне когда-то и хотелось пройтись по магазинам, выбрать себе вещи, что-то примерить, то этот поход убил все желание быть красивой. Я опять чувствовала себя мебелью, предметом интерьера, который собираются украсить, чтобы поразить гостей. Девушки на меня не смотрели, разговаривали только с учителем и постоянно ему кланялись, будто от количества их поклонов он больше раскошелится. Дуры крашенные! И почему Аруку-сан не выбрал своей игрушкой одну из них?

В конечном итоге, учитель все же купил больше, чем один комплект одежды. Меня же обрядили в дорогое, но строгое платье черного цвета, оно струилось по моей фигуре, переливаясь на свету так, будто на нем было бриллиантовое напыление. Красиво, но меня все это не радовало. К платью нашлась заколка и туфельки, которые тут же принесли. Девушки хотели собрать мне волосы в пучок, но Аруку-сан их выгнал и сам взялся за мою прическу.

- Не хмурься, - впервые за час обратился ко мне учитель, развернув лицом к зеркалу. Я многое хотела сказать, но промолчала, уговаривая себя потерпеть один день. И все же интересно, он всерьез полагает, что я должна быть счастлива? Только потому, что мне купили кучу ненужных шмоток? Или для него настолько неважно мое мнение, что он об этом даже не задумывается? – Я не заставляю тебя улыбаться, но прекрати кривиться, незачем пугать обслуживающий персонал.

- Я не понимаю, для чего это все? – мне хотелось добавить, что я не умею так виртуозно владеть собственным лицом, чтобы с фальшивым подобострастием улыбаться и кланяться, как это делают продавщицы. Чувство самосохранения заставило заткнуться и не вступать в дискуссии.

- У меня деловой ужин, на который ты меня сопровождаешь. Но не как ученица, а как моя женщина. Следовательно, ты должна выглядеть подобающе, - снизошел до объяснений Аруку-сан. Мои волосы он приподнял и заколол, открывая шею.

- То есть моя роль молчать и не отсвечивать? – не сдержалась я. – Или надо сделать так, чтобы никто ни в коем случае не нашел ум во всей этой красоте?

- Язвительность тебе не идет, - спокойно прокомментировал мой выпад учитель, но я себя иллюзиями не тешила, это замечание говорило об одном, он не потерпит такого поведения. – На ужине веди себя естественно, еще раз напоминаю, ты моя женщина. Не опозорь меня.

Отвечать не имело смысла, учитель, как всегда, ждал от меня беспрекословного подчинения. А вот интересно, он своих любовниц за ослушание бьет? Или вообще убивает? Может, поэтому у него и женщины постоянной нет?

Закончив с волосами учитель развернул меня к себе лицом и поцеловал, страстно и многообещающе. Я покраснела, смутившись от нахлынувших воспоминаний, но больше оттого, что не так и не смогла разобраться в своих желаниях.

- Вернемся домой, продолжим, - окончательно добив этой фразой, Аруку-сан повел меня на выход. У терминала оплаты нас уже ждали упакованные вещи, курьер и девушка-продавец. Другая, на моем месте, полюбопытствовала бы, сколько на нее потратил мужчина. Мне же было все равно, потому что ничего из купленного сегодня я брать с собой не собиралась. Пусть учитель считает меня своей собственностью, но он сильно ошибается и когда-нибудь я ему это докажу.