Ноги как будто приросли к месту. Мы не могли сдвинуться, хотя внутри все кричало: «Бежать!» Чары! Я словно увидела их едва заметные серые нити посреди каменного крошева и густого сумеречного воздуха. Как жаль, что нет Микаша, он бы нас защитил! Нет, нужно самой, нужно вспомнить, чему он меня учил. Я выплеснула на них телепатическую мощь собственного дара, окутав Хлою, Ферранте и себя голубоватой дымкой внушения.
Тварь зашипела еще яростней. Была всего в двух шагах. Медлить нельзя. У меня всего один шанс! Я бросилась вперед, целясь стилетов в незащищенное чешуей морщинистое горло. Острие легко вонзилось в плоть по самую рукоятку. Демон взмахнул когтистой лапой, треснула одежда, спину обожгло резкой болью.
— На тебе! – Хлоя забежала демону за спину и швырнула ему в голову камень. Еще один, и еще. Я провернула стилет в горле несколько раз, расширяя рану. Камни закончились. Хлоя запрыгнула демону на спину и потянула назад.
— Куда, девочка, опасно! – метнулся к ней в последний момент Ферранте и сдернул с демона как раз вовремя.
В следующий мир тварь, хрипя и дергаясь в конвульсиях, рухнула на землю. Я тоже с трудом ускользнула от следующих ударов когтистых лап. Но спину жгло сильно. Я чувствовала, как мокнет и тяжелеет одежда.
— Что это? – первым пришел в себя Ферранте.
— Демон… я же говорила, — слова давались с трудом, никак не удавалось восстановить дыхание. Мешала боль и головокружение, в глазах темнело, а к горлу подступала дурнота.
— Но их не существует! Это все выдумки ордена, чтобы обирать честных людей. Колдунство! – тараторил он, не смея поверить своим глазам, а у меня не было сил его разубеждать. – Она…
— Вали отсюда! Это все ты виноват! – вдруг заорала на его Хлоя и потянулась за новым камнем. – И не смей ее обвинять, слышишь?! Тупой полоумный фанатик!
Ферранте едва успел увернуться – камень лишь краем задел его плечо.
— Вали! Вали! Вали! – визжала Хлоя.
Он потер ушибленное плечо и, бросив на нас последний затравленный взгляд, поковылял прочь. Вдалеке в переулке кто-то зашевелился. Шел к нам. Я устало опустилась на набережную возле тела демона.
— Не стоило, он действительно не понимает, — выдавила я из себя, чувствуя, что Хлоя еще полыхает яростью. В минуты слабость контролировать дар становилось непереносимо сложно, эмпатия тянулась ко всем, даже когда и не следовало вовсе.
— Все равно придурок, — процедила сквозь зубы Хлоя.
— Светлая госпожа! Светлая госпожа! – со всех ног к нам спешили мордовороты полвинчатого Лелю, выскочив из того самого дальнего переулка. – Вы так быстро бежали… мы упустили… что это? – их было двое: толстый и долговязый. Говорил долговязый, пузан молчал, обливаясь потом и задыхаясь от бега.
— Демон, — снова придется объяснять. Я попыталась подняться. Не стоило показывать им слабость. Стражи умирают в битве, а не в собственной постели. – Его нужно отнести к воротам в верхний город и подкинуть стражникам только так, чтобы вас не заметили и не начали расспрашивать. Мне нельзя здесь находиться.
— Наши рты будут на замке!
Я лихорадочно хохотнула:
— Дознаватели ордена умеют открывать даже самые сложные замки. Сможете достать бумагу и перо с чернилами?
Долговязый кивнул и убежал. Толстый перекинул мою руку через плечо и помог стоять ровно. Лучше бы он не приближался. От запаха пота мутило еще больше.
— Вы в порядке? Вас нужно подлатать, — беспокоился он. Ну да, Лелю, поди, шкуру сдерет, что не досмотрели. А если умру здесь, так еще и мастер Жерард не даст местным жителям покоя.
— Терпимо. Бывало и хуже. Наши целители помогут, они знают, что делают, и никогда не задают лишних вопросов.
Хлоя участливо заглядывала мне в глаза, но молчала, явно чувствуя себя виноватой. Ничего. Может, это научит ее уму-разуму. Совестью полезно бывает помучиться. Долговязый вернулся еще с несколькими парнями разбойного вида, которые притащили с собой волокушу и принялись грузить на нее тело демона безо всякого страха или брезгливости.
— А чего? – ответил один из них на мой вопрос. – Мертвяк-то уже ничего не сделает. Живых бояться надо.
Ну да, это явно не суеверные кундские селяне.
Я наскоро описала демона и указала место, откуда он напал. В купе с телом этого должно быть достаточно, чтобы Стражи зачистили это место. Гнойник созрел настолько, что самое время его вскрыть, иначе будет только хуже.
Мордовороты утащили тело, а Хлоя помогла мне вернуться в верхний город и проводила до Храма Вулкана. Я отговорила ее идти к целителям вместе со мной – меньше будет проблем. Хлоя тогда заявила, что будет дожидаться меня на улице, и спряталась в темной подворотне. Я не в силах была с ней спорить и вместо этого поднялась по ступеням и постучалась в дубовые двери. Служка-привратник вышел как всегда не сразу, но как увидел мое лицо – видно, оно было уже совсем мертвецкого цвета – сразу забеспокоился, позвал товарищей, меня подхватили на руки и понесли к настоятелю. Кровоточащую рану я прятала под плащом, но он быстро промокал и запах крови был слышен очень отчетливо, хотя сознание немного прояснилось и голова соображала нормально.
— Эк вас, — сетовал старичок-настоятель. – Демоны помоек и сточных вод хоть и не слишком опасны, но на когтях у них много всякой заразы.
Я только описала демона, а об остальном меня не спрашивали. Сняли рваную одежду, раны промыли и обработали обеззараживающим зельем, прижгли чем-то настолько болючим, что у меня из глаз слезы хлынули рекой. Потом пришлось еще тошнотворные зелья пить. Перевязали, навыписывали кучу разных средств, часть из которых у меня сохранились еще со времен, когда приходилось лечить Микаша, и отправили домой. Ничего страшного, сказали, до свадьбы заживет. Угу, учитывая, что ее вообще не будет. Но изнывающей от беспокойства Хлое я в точности передала слова целителей. Этот бесконечно долгий день, наконец, подошел к концу.
А вот следующий пришелся не слаще. Заночевала я у Микаша – девчонок тревожить не решилась. Бдительная Джурия не только бы заругала, но еще и донесла… не городской страже, конечно, но получать нагоняй от мастера Жерарда вовсе не хотелось. К тому же я часто ночевала тут, когда одолевала тоска. Среди вещей Микаша он сам казался мне ближе, где-то рядом, почти осязаемый. Я брала его одежду, укладывала рядом с собой на кровать и изо всех сил старалась почувствовать его терпкий, с легкой кислинкой и горечью запах. Он унимал тоску, и даже боль не казалась такой нестерпимой. Спасибо, что защищал меня и научил, как выжить.
Утром я постаралась придти в лабораторию вовремя и привлекать как можно меньше внимания. И все шло как по маслу, пока из своего кабинета не вышел мастер Жерард. Одно мимолетного взгляда хватило, чтобы он нахмурился и поманил меня за собой.
— Что с твоей спиной? – спросил он прямо без каких-либо преамбул, когда мы оказались наедине в смотровой.
— Так, царапина. Пустяки, — попыталась отмахнуться я, но в глубине души понимала, что ничего не выйдет.
— Думаешь, я не могу отличить просто царапину от удара демона?
— По ауре что ли?.. – вырвалось у меня непроизвольно.
Он кивнул и прикрыл глаза.
— Снимай платье – посмотрю. Чай, получше, чем целители для бедных, лечить умею, — добавил он, предупреждая мои возражения.
Пришлось подчиниться. За несколько лет работы в лаборатории я привыкла к частым осмотрам и уже не робела, когда приходилось обнажаться перед ним. Доверяла – ничего плохого он никогда не делал. Вот и сейчас только осмотрел рану, сделал над ней несколько пассов руками, унимая зудящую боль, потом вычеркнул из моего списка лекарств половину и добавил несколько своих.
Пока я одевалась, он задумчиво барабанил длинными пальцами по столешнице.
— И где же ты, скажи на милость, умудрилась отыскать демона помоек и сточных вод в чистом верхнем городе?