Так я пролежал несколько дней. Лорна ухаживала за мной. О случившемся мы не разговаривали. Я слышал, что Джекки приходила сюда, хотела меня поблагодарить, но Лорна не пустила её даже на порог и в жесткой форме посоветовала здесь не появляться. Могу лишь догадываться, какие выражения она употребила, донося свои мысли, но это возымело эффект - Джекки больше не приходила.
На четвертый день я уже мог вставать. Я поднялся, пошел на кухню и обнаружил под дверью записку: «Надеюсь тебе уже лучше. Если это так, то приходи сегодня к десяти в то же место. Джекки». Я не заметил, как Лорна возникла прямо передо мной и выхватила записку из рук.
-Она все никак не угомонится,- рвала и метала Лорна.- С меня хватит. Сейчас она узнает, как домогаться до чужих мужчин.
Она оделась и вышла на улицу. Мне не оставалось ничего другого, как только идти за ней. Остановить Лорну, когда та была зла, было не в моих силах. Лорна же была настроена решительно.
Дверь нам открыл Ким.
-Пустишь?- задала вопрос Лорна.
-Конечно, проходите, - ответил Ким, явно ошарашенный нашим внезапным появлением.
Мы прошли в гостиную. Джекки там не было.
-Ким, я хотела тебе рассказать кое о чем, - перешла Лорна к делу.
-Ладно, я тебя внимательно слушаю. Может присядешь? - пытался соблюсти приличия Ким.
-Ты знаешь, что жена тебе изменила? - спросила она, смотря на него в упор. Взгляд у неё был совершенно ледяным.
-Что? Откуда ты знаешь?- закричал он.
-Не важно, откуда знаю я, главное, что и ты теперь об этом знаешь. Можешь сам у неё спросить.
-Джекки, спустись вниз!- крикнул Ким.
Я посмотрел на Лорну - вид у неё был торжествующий.
Прошла, пожалуй, минута, но она показалась мне целой вечностью. Все молчали. Напряжение нарастало. В комнате появилась Джекки:
-Ты меня звал?
-Это правда? - обратился к ней Ким.
Джекки заметила нас. Она посмотрела на Лорну, на меня, затем перевела взгляд на Кима. В глазах её появился ужас.
-Что правда? - растеряно переспросила она.
-То, что ты мне изменила, - произнес он с негодованием.
Джекки стояла и не могла вымолвить ни слова. Я же недоумевал, как Лорна могла сделать такое. Он же убьет её!
Ким сразу всё понял. В глазах его вспыхнула ярость и он начал медленно приближаться к Джекки. Сейчас он уже не был похож на представшего передо мной в первый вечер интеллигента- его лицо было напряжено так, что можно было рассмотреть каждый мускул, а руки нервно сжались в кулаки. Повинуясь какому- то внутреннему импульсу я подскочил к нему и перегородил дорогу.
-Не смей её трогать, - сказал я довольно жестко.
В ту же минуту он, не задумываясь, ударил меня по лицу с такой силой, что, отшатнувшись, я упал к стене, пролетев несколько метров. Лишь по счастливой случайности, я не наткнулся на клыки, торчащие из головы чучела кабана, висевшей на этой стене, почему- то на небольшом расстоянии от пола - чуть ниже уровня груди. Длинной они были примерно сантиметров двадцать, и придавали этой, в общем-то, причудливой кабаньей морде вид устрашающий. Почему-то промелькнуло в голове, как в одной познавательной передаче из жизни дикой природы, рассказывали о том, что такие клыки являются для животных не только средством добывания пищи, но ещё используются при нападении на соперника в борьбе за ареал обитания. Клыки зрелых самцов имеют особую остроту и прочность и поэтому среди охотников такие экземпляры являются желанной добычей. По всей видимости, данное чучело было одним из трофеев Кима.
Несмотря на физическую боль, которую мне пришлось испытать, я всё же добился своей цели - Ким переключил своё внимание с Джекки на меня. Я еле поднялся на ноги. Меня качало - удар был очень сильный, перед глазами всё расплывалось. Ким бросился на меня со злостью разъяренного быка. Поняв, что не смогу оказать ему сопротивления, я нашел единственный выход - попытаться уклониться от прямого удара. В тот момент, когда Ким выбросил руку для следующего удара, я отклонился и упал в сторону. Он увидел это, но уже не мог остановиться. Силой инерции его выбросило вперед, и он навалился всем телом на клыки борова. Они распороли его грудь насквозь.
-Ким, нет!- закричала Джекки.
Она бросилась к нему, но было уже поздно - Кима было не спасти.