У Рианон голова пошла кругом. Наверное, она все-таки спит. А если нет, значит, сходит с ума.
– Ты, я полагаю, не надеялась, что он удерет с тобой прямо перед свадьбой, – продолжала Галина, наполняя кофеварку. – Я понимаю, это было бы только справедливо – после того, как я с тобой поступила, но этого не будет, поэтому лучше оставь надежды. Не нужно разочарований. Пойми, Макс без ума от меня, он ради меня что угодно сделает, может даже переспать с моей лучшей подругой, чтобы доставить ей удовольствие. А ты получила удовольствие, родная?
Рианон вцепилась пальцами в края кровати, пытаясь удержать вдруг поплывшую куда-то комнату. Слова Галины тем больнее хлестнули ее, что вполне могли оказаться истиной.
А та, не прекращая болтать, уже доставала из буфета чашки и говорила:
– Знаешь, скажу тебе честно, я прямо не просила Макса переспать с тобой. Но собиралась попросить, – поспешно уточнила она. – Я думала, тебе это должно понравиться. Но он сам все правильно понял, всегда обо всем догадывается. Итак, тебе было хорошо? Лично я не сомневаюсь.
Рианон оставалось только, молча смотреть на Галину. Этого не может быть. Невозможно представить себе, что она лежит в кровати, все еще полная впечатлений от ночи с Максом, слушает веселый щебет его невесты и отвечает на ее вопросы.
К ее невыразимому облегчению, зазвонил телефон. Ула сообщила имя и номер телефона специалиста по вопросам иммиграции. Рианон записала эти данные, поблагодарила Улу и отключила связь, после чего обхватила голову руками и сжалась в комок, будто стараясь защитить себя от новых ударов.
– Может, тебе приготовить ванну? – донесся до нее голос Галины.
Рианон не ответила. Она лежала и смотрела, как Галина подошла к просторной ванне овальной формы, как повернула медные краны, достала банку дорогого ароматического средства и высыпала содержимое в воду. Все это время она весело напевала себе под нос, как очень счастливая, влюбленная женщина.
– Как съездила в Чикаго? – спросила Рианон, чтобы внести хоть какую-то нотку нормальности в создавшуюся ситуацию.
Преодолев смущение, она отбросила одеяло, встала. Мускулы были напряжены. При мысли о Максе она ощутила новый прилив желания.
– У-у, просто класс, – откликнулась Галина, принимаясь раздеваться.
Рианон смотрела на нее и чувствовала себя все более неуютно.
– Можно, я приму душ? – спросила она. Галина сбросила белье и повернулась к зеркалу.
– Нет, нельзя. По-моему, нам с тобой надо вместе принять ванну. Как когда-то в школе. Я потру тебе спину, а ты мне заодно и расскажешь, что с тобой ночью делал Макс.
Рианон побелела.
– Галина, мне кажется, я не…
– У тебя отличная грудь, – прервала ее Галина; она как раз рассматривала отражение Рианон в зеркале. – Макс наверняка тебе сказал. Она такая… большая! А талия тонкая, и бедра узкие. Знаешь, у тебя замечательная фигура. В этом городе женщины платят огромные бабки, чтобы так выглядеть. О! – вдруг воскликнула она, хлопнув в ладоши. – Где твой фотоаппарат? Поставь его на режим автомата. Давай снимемся вдвоем в чем мать родила!
Рианон отказывалась верить своим ушам.
– Это еще зачем? – проговорила она.
– Как – зачем? Для Макса, естественно. – Галина засмеялась. – Представь себе, как ему будет приятно. Будет таскать фотку в бумажнике, и всякий раз…
– Галина, прекрати! – взмолилась Рианон. – Ты сошла с ума!
– Почему это я сошла с ума? – со смехом возразила Галина. – Ты разве не хочешь, чтобы Макс всегда мог посмотреть на тебя голышом?
– Нет!
Глаза Галины сверкнули. Она пожала плечами и сказала:
– Ну, как знаешь. Я просто предложила.
Она склонилась над ванной и принялась помешивать воду обеими руками. Потом, не оборачиваясь, протянула одну руку за спину, в сторону Рианон.
– Иди сюда.
– Галина, честное слово, я не…
– Иди, – настойчиво повторила Галина, отгоняя ладонью пар. – Полежишь на спине, расслабишься.
Она подошла к Рианон, взяла ее за руку и потянула в ванную.
– Мы с тобой уже не школьницы, – запротестовала та, но Галина невозмутимо ступила в ванну.
– Зато можем притвориться ими. – Галина подмигнула. – Давай залезай сюда, а я устроюсь возле кранов. Не бойся, я на тебя не накинусь. У меня другая ориентация.
Рианон казалось, что она летит в космос, в бездну времени, прочь от реальности. Она медленно погрузилась в ароматную горячую воду.
– Вот так. – Галина улыбнулась, опустилась возле Рианон на колени и стала разглядывать подругу сквозь клубы пара. – Тебе хорошо?
Рианон кивнула. И вправду стало легче. Теплая вода постепенно снимала напряжение мускулов. А Галина вытянула ноги и тоже легла на спину, устроив голову на сложенном полотенце на краю ванны.
Некоторое время подруги молча лежали с закрытыми глазами и вдыхали насыщенный ароматом пар.
– Правда, чудесно? – пробормотала Галина.
– М-м-м.
Галина открыла глаза и улыбнулась.
– Может, я начну тебя мыть, а ты мне расскажешь про Макса? – предложила она.
Рианон мгновенно напряглась, хотя и не открыла глаз.
– Я не хочу говорить про Макса, – ответила она. – Что было, то было, отрицать не стану, но, Галина, говорить я об этом не стану, тем более с тобой.
Она открыла глаза и увидела сияющую улыбку школьной подруги.
– Хорошо, – мягко произнесла та. – Я понимаю. Раз так, давай я тебя намылю, и забудем про Макса. Поворачивайся спиной.
Рианон, не понимая, с какой стати участвует в этой сцене театра абсурда, тем не менее послушно приподнялась и повернулась к Галине спиной. Галина намылила губку и начала осторожно тереть ее. Рианон наклонила голову. Нежные движения Галины успокаивали. Она помассировала шею Рианон, намылила ей плечи. Потом Галина отложила губку, придвинулась к Рианон ближе, обхватила ее бедра ногами и принялась массировать спину обеими руками.
Сцена была откровенно эротичной, но Рианон не испытывала неловкости – даже тогда, когда Галина отвела назад ее голову и стала гладить ее лицо.
– Помыть тебе голову? – спросила Галина.
Рианон кивнула. Галина достала шампунь, отодвинулась и, слегка нажав на плечи, погрузила ее волосы в воду. Потом выдавила шампунь из флакона, подняла колени так, чтобы Рианон могла на них откинуться, и стала намыливать длинные каштановые волосы подруги.
Через несколько минут Рианон прикрыла глаза, волосы опять погрузились в воду. Задержав дыхание, она ждала, пока Галина не закончит смывать пену. Пальцы Галины перебирали длинные спутавшиеся пряди. Потом рука Галины легла на ее лицо, и голова ушла под воду. Рианон мгновенно испугалась, попыталась поднять голову и почувствовала сопротивление Галины. Через мгновение та убрала руку, и Рианон смогла сделать вдох.
– Помнишь, что я рассказывала тебе про бабушку? – спросила Галина.
Рианон открыла глаза, пытаясь понять, не померещилась ли ей попытка утопить ее.
– Да, – медленно проговорила она. – Да, я помню.
Галина улыбнулась:
– Господи, как давно все это было.
Пальцы ее массировали голову Рианон круговыми движениями. А затем Галина опять увлекла ее под воду.
Рианон хотела было воспротивиться, но почему-то не смогла.
Бояться нечего, сказала она себе. Галина не станет причинять ей вред. В школьные годы они точно так же мыли друг друга. В этом никогда не было ничего опасного, и оттенка сексуальности тоже не было. Так чего бояться?
Поверхность воды сомкнулась над головой Рианон, и сердце дрогнуло, когда ладони Галины оказались на ее горле. Стараясь сохранять хладнокровие, она рванулась вверх, но волосы были прижаты ногой Галины. Открыла глаза, но в мыльной воде все равно ничего не было видно. Наконец Галина отпустила ее и помогла подняться.