Выбрать главу

И чуть не шлепнулась, когда в глазах вдруг потемнело, а голова пошла кругом. Озноб неприятно хлестнул по спине, суставы заныли, словно меня сунули под пресс.

— Правило второе, Нана: если я говорю, что тебе нужно в постель, то ты идешь в постель, - проворчал Р’ран, поднимая меня на руки. И уже шепотом, едва касаясь губами моего виска, добавил: – И нечего так кривиться, Шпилька, потому что, поверь, я последний человек на всем белом свете, который вложил бы в эту фразу неприличный смысл. Деловые отношения, помнишь?

— Сдался ты мне, - бросила я, чувствуя, что катастрофически близка к обмороку. Пришлось обнять его за шею и положить голову на плечо. Тепло, уютно.

Мысли о волнении и дрожи, от которой подгибались кончики пальцев на ногах, я убила в зародыше. Это все метка. И нет никакой другой причины, почему в руках этого самодура мне вдруг так спокойно.

— Разве мы не должны провоцировать Лэрса? – пробормотала я, когда Р’ран пинком открыл дверь и мы вынырнули в приятную прохладу дождливого вечера.

— На сегодня достаточно, Шпилька. Вряд ли он проникнется к тебе любовью, если ты растечешься в лужу у его ног.

— Никогда бы так не сделала, - уже шепотом возразила я. – Я же не Соня, которая чуть не изнасиловала тебя взглядом. Что вообще мужчины находят в таких, как она? Длинные ноги? Красивые глаза? Пустую голову? Рядом с такими легко казаться умнее? Почему Лэрс выбрал ее, а не меня?

Уверена, что брошенная им фраза была лишь плодом моего воспаленного температурой воображения, но и она приятно согрела душу.

«Потому что идиот».

Глава восьмая: Р’ран

Ночь – мое время.

Особенно такая ночь, как сегодня: дождливая, прохладная. Предвестница полнолуния. В такие ночи я вообще не сплю, потому что для таких как я, мир начинает играть новыми красками. Такие ночи я смакую с бокалом коньяка и сигаретой на крыше небоскреба или на всю катушку отрываясь в клубе с какой-нибудь отвязной телкой. Ну, из тех, которые не колесуют, почему я не спросил ее имя прежде, чем непрозрачно намекнуть на намерение трахнуть ее как минимум пару-тройку раз до того, как нам помешает рассвет.

— Она спит, - отчиталась Лиза час назад. – Проспит сутки, не меньше. Ну, если только она не лунатик. – Р’ран, зачем тебе это?

Никогда не любил вот эти ее дурацкие попытки воззвать к моей совести. Что она хочет услышать? Что я тварь, которая использует людей для своей выгоды? В общем, так и есть. Жизнь, мать ее, редкостная сука, и либо я буду иметь ее, либо она поимеет меня, а в постели я предпочитаю быть ведущим. Без исключений.

Я оставил Лизу без ответа и предложил ей еще раз проверить, все ли вещи она собрала. Сегодняшняя ночь – последняя, которую она проведет в моем доме, и мне не хотелось омрачать ее дурацкими душещипательными историями. Пусть все останется, как есть – время Лизы прошло, наступило время Наны. Которую, между прочим, никто не принуждал. Сама согласилась, хоть мне до сих пор непонятно, чем ей так встал Лэрс. Очевидно, что этой малышке нужна твердая рука и ежовая рукавица. И порка. Да-да, та самая, от которой задница станет ярко-розовой, а характер – шелковым.

Вот же хрень собачья, у меня… стояк?

Я тряхнул головой, пытаясь выбить из головы образ Наны, лежащей у меня через колено с задранной кверху юбкой и спущенными трусиками. Почему-то уверен, что она носит что-то милое и провокационное. Я не любитель всех этих игр в Хозяина и Рабыню, точнее говоря – это вообще меня не заводит, но вот отшлепать Шпильку за ее острый язык и за то, что сунула нос не в свое дело было бы очень даже интересно. Интересно, как она все-таки разнюхала про меня и Соню? Я был железобетонно уверен, что Лиза подчистила все хвосты. Оказалось – ни хрена подобного.

Стрелки часов перевалили за полночь, когда я, переодевшись в повседневную одежду, вышел из комнаты. Мне определенно нужно встряхнуться, проветрить голову и вышвырнуть оттуда ненужные фантазии. С простячками, конечно, трахаться тоже интересно, но я стараюсь делать исключения только ради особенно выдающихся экземпляров, к которым, само собой, Нана не относится. Добавить сюда наши деловые отношения и ее идиотскую влюбленность в Лэрса – и получится гремучее противоядие от эрекции, которая, между прочим, в эту самую минуту очень даже мешает нормально переставлять ноги.

Я уже собирался уходить, когда вспомнил, что оставил телефон в гостиной: битый час трепался по телефону с сестрой Наны, доказывая, что не верблюд, и что по условиям контракта ее сестра обязана находиться со мной двадцать четыре часа в сутки. Еще одна дурацкая идея Лизы, между прочим: мне бы и в голову не пришло обзванивать родню секретарши, чтобы поставить их в известность, почему она не придет ночевать. В жизни не чувствовал себя таким идиотом. Уверен, что и Лиза это понимала, поэтому и попросила сделать это в качестве последней просьбы перед отъездом. В общем, мне даже пришлось пообещать сестре Наны – кажется, ее звали Маргарита, - что завтра она может в любое время навестить сестру и лично убедиться, что та не превратилась в обглоданный набор костей. Уверен, что еще не единожды пожалею об этом, но не переигрывать же?