Лезвие выпало из моих рук. Теперь оно было бесполезно. Я добралась до ворот и прижалась к решетке. В футе от лестницы Джексон пытался встать на ноги. Спереди на его рубашке расплывалось большое пятно крови. Он поднялся по лестнице и встал напротив меня.
— Как это открыть?
Он покачал головой.
— Ты не сможешь. — Из-за гула в ушах я едва слышала его голос. — Ты должна спешить, Сара. Если ты не будешь следовать расписанию, то пропустишь поезд до дома. Скоро здесь будет охрана. Они выпустят меня. Тебе нужно вернуть монетку назад, в Дом Эмбер.
— Ты спятил? Я не оставлю тебя здесь. — Я увидела, как по залу распространяется пламя. Он действительно сошел с ума?
— Ты должна идти, иначе не успеешь вовремя. Я обещаю. Мы встретимся в Доме Эмбер.
— Нет, нет, — я начала всхлипывать. Наверное, я плакала все это время, потому что я пыталась набрать воздух, а по моим щекам текли слезы. Джексон поймал одну кончиком пальца, затем прочертил линию до подбородка и по щеке, осторожно притягивая мое лицо, чтобы встретиться взглядами.
— Сара, слушай меня. Ты должна мне верить.
— Я верю тебе. Верю.
— Я знаю. Слушай меня — ты должна довести все до конца, поняла? Увидеть все полностью.
— Очистить гнездо, — проговорила я.
Он улыбнулся, сжал зубы и кивнул.
— Ты помнишь ту страницу, которую я заставил тебя запомнить?
— Да. Конечно.
— Хорошо. Это хорошо. Ты должна сфокусироваться, Сара. Она поможет тебе попасть домой, если ты все сделаешь в точности, как я написал. Вот. — Он повязал вокруг моего запястья свой желтый платок. — Возьми это. Он поможет.
— Джексон…
— Как я уже говорил, ты должна спешить.
Это все было неправильно. Я едва могла думать — казалось, беспокойство выбило у меня из головы все остальные чувства.
— Я не могу.
— Ты можешь. Я верю в тебя.
Джексон шагнул ближе. Его присутствие было подобно якорю. Молчаливая, спокойная точка посреди хаоса, бушующего вокруг одной рукой, он обхватил мою щеку — голова удобно устроилась в его ладони, чувствуя его спокойствие, уверенность. Другой рукой он пробежался по моей руке, вокруг талии, притягивая меня ближе, как можно ближе, учитывая решетки.
Я вдохнула его запах. Мое дыхание стало его дыханием. Странно… я почувствовала, как мое сердце замедлилось, словно пыталось биться в одном ритме с сердцем Джексона. Над ним и выше, над стеклом атриума, небо взорвалось золотыми, серебряными и красными цветами. Фейерверк, означающий начало нового года.
— Я давным-давно увидел это, — проговорил он.
Его губы встретились с моими. Осторожно — очень осторожно — и в то же время яростно. Как будто это принадлежало только ему. Как будто он ждал, что это случится. Как будто в мире не существовало ничего кроме этого поцелуя. Это могло бы продолжаться вечно, но закончилось слишком быстро.
Мой первый поцелуй.
А потом…
— Иди, — взмолился он. И наконец, я подчинилась.
Глава 32
Пробираясь к выходу из музея, я повторяла инструкции, которые Джексон написал, кажется, целую жизнь назад. Северный выход. Идти по гравиевой дорожке. Не заходить на боковые тропинки. Повернуть направо перед фонтаном. Перейти на светофоре. Три квартала до метро. 12:15.
Я задумалась, сколько же сейчас времени. Сколько минут, сколько секунд я потеряла.
Я включила свой фонарик и толкнула дверь северного выхода. Зазвенела очередная сигнализация. Здесь проходила зацементированная дорожка, но она вела к главному входу. Где, во имя Господа, может находиться гравиевая?
Я поспешила по дороге, освещая фонариком деревья и кусты, которые росли вдоль зацементированной дороги. Ничего не было — я не могла отыскать гравиевую тропу, здесь ее не было.
Внезапно я осознала, что стою на ярко освещенном месте. Я так далеко прошла вперед, что меня освещали уличные фонари.
— Сара?
Клер Хэтэуэй стояла на ступеньках музея, уставившись на меня, слегка приоткрыв рот от удивления.
— Ричард, — произнесла она, отвернувшись, — мне кажется, у нее мой пистолет. — Она снова перевела взгляд на меня. — Это же мой пистолет. — Она сделала два шага вперед. — Почему у тебя мой пистолет?
Но мое внимание отвлек некто, кто бежал мне навстречу, кто-то высокий и светловолосый, одетый в черное.
Я повернулась и побежала назад по зацементированной дорожке, засовывая пистолет в сумочку Мэгги. Где же та дорожка? Между плющом показался какой-то коричневатый просвет. Я подобрала свою юбку и нырнула в кусты, следуя по этой коричневой ленте. Мои туфли стучали по грязи, покрытой коркой льда. Под подошвой туфель, созданных для танцпола, ощущался каждый камешек. Кусты и деревья цеплялись за мое платье.