Выбрать главу

— А что с ним станет? Я же говорю, сильный маг. Мастер, — уважительно добавил он, глубокомысленно кивнув. — Пошлите. Сейчас все сами увидите.

Махнул рукой, приглашая их следовать за ним. Пока шли, старик все увлеченно рассказывал о дуэли, об ее участниках.

-…Я вам говорю, что знатное будет зрелище. Ведь, хороший мастер запросто может здание располовинить. К примеру такое, как это, — он то и дело разворачивался, словно проверяя слушают ли они его. — А эти оба из таковских. Что император, что боярин, по слухам, маги знатные. За раз в резонанс войти могут. Кому другому на это может и цельную минуту понадобиться, а эти почти сразу могут...

Шагавший чуть позади, Александр тут же «сделал стойку». Про какой еще резонанс говорить этот бродяга? Он никогда о таком не слышал. Судя по болтовне, резонанс является чем-то очень важным для мага. Может быть даже своеобразным спусковым крючком. Словом, парень стал держаться ближе, время от времени поддакивая и переспрашивая.

-...Что скалитесь? Удивляетесь, что какой-то оборванец такие слова знает? — старик остановившись, укоризненно посмотрел на них. Ему вроде бы смешок послышался. — Так, я не всегда таким был. В свое время все было совсем иначе. Вы меня бы даже и не узнали. Ведь, еще каких-то восемь... Да, кажется, уже восемь годков прошло. Восемь лет назад я учительствовал в одной гимназий, очень серьезной гимназии. Может слышали что-то про Московскую императорскую Николаевскую гимназию? Не верите? — увидев вытянувшиеся лица парня и девушки, старик вытащил откуда-то из плаща небольшой сверток. Это была цветная фотография, тщательно обернутая в серую, затертую до дыр, бумагу. Похоже, частенько ее доставали, поэтому и затерли. — Смотрите.

Наклонившись ближе, Александр стал всматриваться в фотографию. Монументальный фасад гимназии он сразу же узнал. На месте была и широкая величественная лестница, которая ввела к узнаваемой высокой двухстворчатой двери с огромными, натертыми до блеска, бронзовыми ручками. Прямо на лестнице стоял высокий улыбающийся мужчина в форменной костюме педагога гимназии с соответствующим гербом на груди.

— Это вы? — Александр несколько раз переводил взгляд с фотографии на старика и обратно. — Похожи, очень похожи...

— А то, — вздохнул тот, аккуратно упаковывая фотографию и вновь пряча ее во внутренний карман. — Это все горькая меня довела. Грешен я, молодежь: люблю выпить. Как в запой уйду, так совсем дурной оказываюсь. Эх...

Очень похож на сильно пьющего, почти согласился с его историей парень. Вполне мог и быть педагогом в гимназии. А как начал пить, его и турнули. Интересно, а много он еще чего про магию знает? Судя по болтовне, ему вроде есть чего рассказать.

— Да, молодые люди, это был я, — старик даже приосанился немного, на лице на мгновение появилась маска уверенного в себе человека. Правда, через минуту «сдулся», вновь сгорбившись и виновато улыбаясь. — Вот тогда много про магию и нахватался. Ведь, свои занятия вел рядом с залом для тренировок...

Александр даже дышать «перестал» от предвкушения. Вот-вот сейчас перед ним приоткроется очередная шкатулка, полная тайн и секретов.

— Часто я тогда про этот самый резонанс слышал. Иннокентий Егорыч, упокой Господь его душу, мастер-практик, бывало так распалялся на занятиях, что на все этажи слышно было, — улыбнулся старый, вспоминая прошлое. Видно, дружен был с этим самым Иннокентием Егорычем. — Костерил балбесов на чем свет стоит. Никого не жалел, и боярычам от него доставалось. Как сейчас помню. Говорил, что резонанс для мага, как мамкина сиська для младенца. Отнимешь, не будет никакого мага. Ха-ха-ха, — закаркал было он, но сразу же замолк. Девушку увидел. — Ой, мадам, пардон. Забыл совсем... Хотя, что я такого сказал? Сиська — она и есть сиська. Она, можно сказать, жизнь нам всем в младенчестве спасает. Ха-ха-ха-ха.

Между болтовней о женской груди и ее важности для человека, Александр узнал еще кое-что об этом самом резонансе. Оказалось, тренировка этого состояния занимала у юных магов внушительную часть времени. К тому же не всем легко давалась. Под самый конец своего монолога старик обронил еще нечто, отчего парень самым натуральным образом вспотел.

-... А вот тем, кто никак не мог почувствовать, какая-то кукла требовалась... Честно говоря, я так и не понял про это, — задумчиво бормотал старик. — У Егорыча спрашивал, а тот все молчал, как в рот воды набрал. Даже подпаивать его пробовал... О! Пришли!

Повернувшись, старик показал на огромный плазменный экран, который растянулся на противоположной стороне улицы на стене одного из домов.