Выбрать главу

– Ты совсем ничегошеньки не помнишь? Она утвердительно покачала головой:

– Только то, что была страшно напугана.

Брент открыл ей объятия, и Гейли с готовностью прижалась к груди, крепко обвив шею руками.

– Ай! Погоди! – внезапно вскрикнул он. Гейли слегка отстранилась от него и попыталась при слабом свете луны заглянуть ему в глаза. Брент сморщился от боли. – Мои раны! Миссис Мак-Келли, вы дрались, кусались и пинались. Но безобразнее всего – вы царапались, мэм.

– Ой, Брент! – Она испуганно отпрянула и охнула, увидев глубокие темные полосы царапин на груди. – Что? Это все я наделала?

– Ты, кто ж еще?

– Ой, Брент, прости меня ради Бога!

– Ничего, здесь заживет, – озадаченно сказал он. – Лишь бы все остальное не пострадало. Все-таки медовый месяц, понимаешь, ты, разбойница?

Она рассмеялась, понимая, что хотя Брент не придумал болячки, но слегка поддразнивает ее.

– Обещаю лично зализать твои раны.

– Да? Правда? – Брент выжидательно откинулся назад.

– Не сойти мне с этого места! – Гейли незамедлительно выполнила обещание. Потом она склонилась над его грудью и поцеловала царапины, щекоча плечи Брента рассыпавшимися шелковистыми волосами.

– Но я не говорил, что это необходимо сделать сей же момент, – хрипловато выговорил он.

– Не люблю пустой болтовни.

Брент лег, закинув руки за голову, а Гейли продолжила выполнять роль врачевателя.

Он искренне желал забыть о происшедшем, но не мог. Поймал жену за плечи и привлек к себе, серьезно заглядывая ей в глаза:

– Помнишь тот, другой сон, еще дома?

– Что? – Взгляд ее потух, а потом она недовольно ответила: – Да. Только это все уже быльем поросло. С чего ты вспомнил?

– Думаю, надо что-то делать.

– Да ты что? – неподдельно изумилась Гейли. – Брент, у меня всего лишь глупый ночной кошмар. С кем этого не бывает?!

«Но не до такой же степени», – подумал он, а вслух ответил:

– Гейли, дома был кошмар, во время свадьбы ты упала в обморок, а сегодня вновь кошмар.

– Я уже говорила, – резко ответила жена. – Вполне вероятно, что это случилось по твоей вине. Ты пичкал меня весь день ужасами про привидения и гангстеров. – В ответ Брент только вздохнул и прижал к груди ее голову, но она уперлась кулаками и не дала себя уложить. – Брент.

– А?

– Честно, ничего не случилось. Клянусь, я в своем уме и никогда еще в жизни не была так счастлива. Психиатр мне не нужен.

Брент помолчал, а потом – Гейли ощутила это – пожал плечами:

– Я тоже не слишком верю в психиатров. Естественно, я волнуюсь, потому что люблю тебя. Мне не нравится, когда ты такая. А еще, – он улыбнулся и взъерошил волосы Гейли, – мне вовсе не хочется, чтобы собственная жена выпустила мне кишки, пока я сплю.

– Ты страшно преувеличиваешь опасность! – сказала Гейли.

– Нет, нет. Совсем чуть-чуть.

– Хорошо. Но я же честно пыталась зализать твои раны.

– Согласен. Пожалуй, позволю тебе закончить это.

– Как любезно с вашей стороны, мистер Мак-Келли.

– Как ты сказала? Любезно? Вот именно, но я все-таки решил удостоить тебя этой чести. Приступай.

Гейли начала смеяться, но очень скоро они пережили самые упоительные моменты близости. Одновременно касаясь друг друга, ласкаясь языками и губами, слаженно двигаясь, они вместе много раз добирались до вершины сладострастия и снова и снова начинали от самого подножия. Когда они насытились и, уютно обнявшись, затихли, на улице занималась заря. Гейли погладила щеку Брента.

– Неужели так будет всегда? – спросила она. Он смахнул с ее щеки прядку волос.

– Не думаю, скорее всего со временем мы немного сбавим обороты. – Гейли почувствовала, как он пожал плечами. – Но едва ли когда-нибудь я перестану желать твоих прикосновений, твоей ласки.

Она улыбнулась и, по-детски свернувшись клубочком, прошептала, как сильно любит его. Брент долго молчал, и Гейли уже решила, что он спит, но вдруг раздался его голос:

– Гейли.

– Что?

– Я хочу, чтобы ты сделала для меня одну вещь.

– Что именно?

Он очень серьезно поглядел ей в лицо:

– Если твои кошмары повторятся, ты сходишь к какому-нибудь доктору проконсультироваться.

– К психиатру?

– Да, и я пойду с тобой. Гейли, ты меня в самом деле сегодня серьезно напугала. Сильнее, чем на свадьбе.

– На свадьбе? Но, Брент, я ведь только упала в обморок! Может, от духоты…

– Но там не было душно.

– Мало ли что, усталость, волнение, толпа народа.

– Будь послушной женой, договорились? Я сказал «если». Только «если». Ладно?

– Кошмаров не будет, обещаю тебе, – ответила Гейли и поцеловала мужа.

Она выполнила обещание. В течение всего медового месяца ничто подобного не повторялось. Утром они отплыли на яхте под названием «Кэти Ли». Капитан с помощницей оказались семейной парой и, как они, молодоженами. Хотя Брент не собирался общаться во время путешествия ни с кем, кроме жены, Майк и Салли Чени вовсе не мешали им. Скорее наоборот. Вместе они провели немало часов в казино Фрипорта и Парадиз-Айленда, загорали и ныряли на рифах, ели черепаховый суп в Нассау и обследовали чудесный берег вдоль Эльютеры. Гейли скупала сувениры, соломенные шляпки и сумочки, резные статуэтки и духи. Они взяли напрокат мотоциклы и побывали во многих старинных фортах и храмах.

На океанских островах, тихих и свободных от туристов, пары разделились. Брент и Гейли отыскали уютный пляж, где было чудесно, как в раю, песок чист и бел, и вокруг – ни одной живой души. Они занимались любовью на берегу моря или в чистых лазурных естественных бассейнах и часами бродили совсем голые, рука в руке, как первая пара людей, сотворенная Богом.

Гейли больше не видела страшных снов и к концу медового месяца была еще сильнее влюблена в своего мужа, чем прежде. Она ощущала себя неотделимой от него, а Брент мог бы то же самое сказать о себе. Будто они подарили друг другу по частичке души. Все было чудесно и замечательно, их мечты и надежды в точности исполнились, как будто Господь Бог лично занялся этим.

Теперь Гейли знала о муже гораздо больше. Однажды на пляже он сам заговорил о трех годах военной службы. Армия сделала его более суровым. Брент познал горечь утраты друзей, ужас войны в джунглях, но, несмотря на пережитое, сумел сохранить себя. Она призналась, что о его вьетнамской истории узнала от дяди Хика, рассказала, как была потрясена, поняв тогда, в день их свадьбы, что так мало знает о своем муже.

– Сколько нам еще предстоит открытий, – сказал Брент. – Годы и годы…

Приятно находиться в самом начале пути. Гейли понимала, что ей придется вернуться к рассказам о Тейне и учебе в Париже, о родителях и Джеффе, о множестве других вещей.

Это было прекрасно: свобода, близость к любимому человеку, прогулки по пляжу, разговоры или долгое сидение бок о бок в задумчивом молчании на белом морском песке.

Когда время отпуска истекло, они возвратились в Майами, а оттуда полетели в Виргинию. Гейли чувствовала, что она побывала на седьмом небе, и считала, что ни одна женщина никогда не переживала такого счастья.

Ни она, ни Брент больше не вспоминали о той ужасной ночи, выкинув ее из памяти как неприятную вещь.

Глава 12

ПОКУДА СМЕРТЬ НЕ РАЗЛУЧИТ НАС

Вильямсберг, Виргиния

Весна 1775 года

День уходил. Перси достал карманные часы и, напрягая зрение, посмотрел на стрелки: «Около семи. Если через минуту она не придет, значит, ждать больше не стоит».

Он огорченно вздохнул и, подойдя к Голиафу, потрепал коня по крутой шее:

– Что скажешь, старина, придет она или нет? – Он улыбнулся. Весь год они непрерывно играли в кошки-мышки. Катрина дразнила и заманивала его, старательно и искусно избегая уединенных встреч. При людях она пускалась кокетничать напропалую, настолько же отчаянно, насколько он жаждал остаться с нею наедине. В последнее время любые их встречи стали рискованны, так как отношения между двумя частями общества – теми, кто был предан Британской короне, и колонистами, настаивающими на независимости, – стремительно ухудшались. Отдельные выстрелы уже потрясли воздух Лексингтона, а в Массачусетсе шла настоящая война, грозившая перекинуться на виргинские земли. Британцы готовили пути отступления, поскольку в Вильямсберге вот-вот должен был вспыхнуть мятеж.