Пи-и-иу!
Два обезглавленных тела рухнули в снег. И Росомахина тоже рухнула, видимо, окончательно потеряв сознание. Все-таки конструкт уменьшения веса сегодня пригодится.
Глава 26
Евгений Росомахин уладил все дела с полицией и с целителями. Погибшие будут похоронены на родине, раненые — излечены за счет рода. Оставалось одно, самое важное и, возможно, горестное. О возможной гибели дочери не хотелось даже думать. Но пока что все говорило за это. Даже погасший значок трекера на планшете. И когда по рации пришел вызов, он не сразу нашел в себе силы ответить, страшась услышать черную весть. Но, все-таки нашел в себе силы, взял в руки микрофон и нажал кнопку передачи.
— Первый третьему!
— Первый здесь.
— Осмотр такси обнаружил обгоревшие детали сотового телефона. Человеческих останков не обнаружено.
С души упал камень весом с хорошую гору. А командир третьей группы продолжал докладывать:
— Рядом с машиной обнаружены характерные следы. Отправил тройку бойцов проверить. Жду результаты в течении получаса.
— Хорошо, за полчаса я к вам подъеду. Благодарю за службу!
Глава рода отключил связь, не дожидаясь полагающегося по форме ответа. Спешить нужды не было, но он всё же поэнергичней надавил на газ, и минивэн шустро побежал по пустым улицам выстуженного предутреннего Питера.
Двери особняка открылись сами, едва Олег поднялся на крыльцо. Он шагнул вперед и едва не застонал от блаженства: тепло!
— Хранитель!
— Слушаю, хозяин.
— В списке нежити, кажется, была горничная?
— Да, хозяин.
— Буди. Готовь одну из гостевых комнат, и в ней теплую ванну для девушки. И пусть домовой поглядит в вещах прежних жильцов что-нибудь подходящее для нашей гостьи. Мне — домашнюю одежду, камин, ужин, постель.
— Будет исполнено.
Через пару секунд тело Алёны поднялось из его рук и плавно поплыло по коридору.
— Горничная!
— Слушаю.
Алёна зависла в воздухе. Вышла этакая сюрреалистическая картина в духе лучших иллюзионистов XX века.
— Поступаешь в распоряжение девушки на все то время, пока она гостит в моем доме. Забота о её здоровье тоже входит в твои обязанности.
— Я обо всём позабочусь, хозяин!
Ну вот, основные распоряжения отданы. Можно расслабиться и даже отдохнуть.
Росомахин остановил минивэн рядом с машиной третьей группы, невдалеке от еще дымящегося такси.
— Что с поисками?
— Жду людей с минуты на минуту.
— Хорошо, подождем.
Тройка бойцов вынырнула из предутреннего сумрака. Евгений ответил на приветствие главе рода и с нетерпением приступил к расспросам.
— Господин, судя по всему, ваша дочь вместе со своим спутником двигались в известное им убежище. Их преследовали несколько человек. Беглецы отбивались и, насколько можно судить, успешно. Вся группа преследователей уничтожена. Возле дома их ожидала засада, но тоже безрезультатно. И девушка, и сопровождавший её молодой человек благополучно добрались до дома.
— А чей дом?
— На фронтоне крыльца герб Песцовых.
Особняк Песцовых в Санкт-Петербурге? Росомахин подзавис, размышляя.
— Хорошо. Я еду туда, а вы разберитесь с нападавшими. Кто, откуда, зачем. Ну, вы знаете. И трофеи, если они будут.
Темно-серый минивэн с гербом Росомахиных на борту остановился перед литыми чугунными воротами. За ними, отделенный от шумного проспекта приличных размеров парком, стоял трехэтажный особняк, построенный в духе позапрошлой эпохи. Красивое здание, даже изящное. Евгений и сам бы не отказался пожить семьей в таком вот домике. Его череповецкое владение было, пожалуй, поскромнее. А тут этакий домина, да в центре Петербурга, да с парком… Бешеные деньги! Знать, Песцовы не так уж бедны, как о них принято считать.
В окнах было темно. Логично: беглецы благополучно добрались и легли спать. По-хорошему, надо бы подождать утра, а лучше — рассвета. Но… там его дочь! И этот Песцов. Маловероятно, что после этаких приключений у них достанет сил на что-нибудь этакое. Но отцовский инстинкт был сильнее и Росомахин вышел из теплой машины на улицу. Поежился от пронизывающего ветра, поглядел на снег, ища те самые специфические следы. И нашел: отпечатки узких девичьих ступней. Этот Песцов, он что, девку босиком поволок? Евгений решительно толкнул калитку и зашагал по дорожке к парадному крыльцу.
Перед солидной дубовой дверью он задержался, поискав глазами кнопку электрического звонка. Не нашел и стукнул привешенным на шарнире молотком с навершием в виде не то лисы, не то еще кого в начищенную латунную пластину. Вышло неожиданно громко. В тот же момент отворилась дверь и на пороге воздвигся — иначе не сказать — дворецкий в одежде времен постройки дома.