— Джулиан? С тобой все в порядке? Ожогов нет? О чем ты только думал? Ты же мог погибнуть!
Тут Иззи заметила, что Джулиан голый, и округлила глаза.
Приоткрыв губы, она позволила глазам скользнуть от лица вниз по груди, следуя за последними струйками ополаскивающей воды, которые струились сквозь черную поросль на груди и собирались в ручеек, стекающий через пупок вниз.
Иззи не могла оторвать зачарованного взгляда от кружившегося водоворота воды у его талии. Покрытая мыльной пеной, вода была не очень прозрачной до тех пор, пока Джулиан не пошевелился, подняв небольшую волну, которая смыла мыльную пену.
Челюсть у нее отвисла, когда она увидела явную реакцию на ее бесстыдное разглядывание. Вскрикнув, Иззи повернулась и бросилась вон из комнаты.
Джулиан сидел, размышляя над этой неожиданной встречей. Стараясь унять вожделение, Джулиан думал о произошедшей в Иззи разительной перемене, которая привела его в восторг.
Иззи в гневе великолепна. Его камердинер стоял рядом с ванной, тщетно пытаясь с помощью полотенца восстановить то, что когда-то было безупречным внешним видом. Чувствуя, как лицо расплывается в широкой ухмылке, Джулиан взглянул на слугу.
— Ее милость довольно привлекательна в гневе, не так ли? — спросил он.
Симмс недовольно фыркнул:
— И часто она будет так врываться сюда, милорд?
— Я надеюсь на это. Очень надеюсь.
Скольжение ее волос по его паху, было как соприкосновение прохладного шелка с огнем. Он мягко намотал вьющиеся пряди на кулаки и держал их. Она продвигалась вверх по его телу, шепча неразборчивые клятвы между поцелуями, которыми осыпала его трепещущее, покрытое испариной тело. Он не мог расслышать ее слов. А очень хотел их расслышать. Он привлек ее губы к своим. Иззи лишь рассмеялась, ее смех пленил его сердце. Джулиан открыл глаза, намереваясь раскрыть ее секрет.
Он лежал один в своей огромной кровати. Иззи снова приснилась ему. Он снова проснулся с болью в напрягшемся паху. Иззи сведет его с ума. Никогда еще со времен юности он не был так долго без женщины.
Даже запах в холле, где Иззи недавно проходила, возбуждал его. А если какое-то мгновение она находилась рядом, он терял дар речи от возбуждения.
Сны его были пронизаны эротикой. Безумными, горячими, сводящими с ума видениями, после которых он утром просыпался с болезненной пульсацией в паху. Если в ближайшие дни он не найдет освобождения, придется заняться этим самому, как бы унизительно это ни было.
Он не может жить с ней, видеть ее, каждый день вдыхать ее аромат и не обладать ею. Он боялся вожделения, поднимавшегося в нем. Однажды он уже поддался ему, потерял над собой контроль и овладел ею, и это не помогло. Потребность лишь возросла, как и его сомнения в отношении ее чувств к нему.
Платья, заказанные Селией для Иззи, снова и снова распускались, и все равно ткань туго натягивалась на груди. Белые округлости соблазнительно выступали над вырезом. Словно Иззи нарочно дразнила его.
Она наклонялась перед его глазами несколько раз в день, предлагая его взору соблазнительный вид своей ставшей пышной груди. Она ходила с распущенными волосами, несколько длинных прядей уютно устраивались натуго обтянутых лифом полушариях, чего она, похоже, не замечала.
Она представления не имела о том, что ее невинная чувственность делает с ним. Она такая естественная, такая искренняя в своей страсти. Существует много такого, чему он может ее научить, что он может ей показать. Он представил себе Иззи, стоящую перед ним на коленях. Он задрожал от желания ощутить ее прикосновение, ее губы.
Джулиан не может ожидать этого от нее. Она леди, его любовь, мать его ребенка. Нельзя требовать от жены, чтобы она ублажала мужа так, как это делают продажные женщины.
Стук в дверь, к счастью, оторвал его от этих мучительных мыслей. Его камердинер, выйдя из спальни и пройдя через гардеробную, открыл дверь. Когда Джулиан услышал приглушенное бормотание, у него возникло чувство, что вот-вот произойдет что-то важное. К тому времени, когда Симмс вернулся, он уже поднялся с постели и наполовину оделся.
— Милорд, состояние вашего дедушки ухудшилось. Его слуга уже послал за доктором. Они уверены, что он долго не протянет.
Джулиан ждал хоть какой-то искры эмоций в своей душе к судьбе старика. Ничего. Что ж, этого следовало ожидать. Он рассеянно позволил Симмсу помочь ему одеться и отправился в неблизкий путь к южному крылу, где его дед жил последние двадцать лет.
Все кончено.
Джулиан задумчиво брел по коридору к покоям жены. Повсюду суетились слуги, закрывая окна черными драпировками и набрасывая черную ткань на зеркала.