Олбани улыбнулась. Мэр Манхэттена, приходившийся ей отцом, ничуть не напоминал особу королевской крови.
Пока Зи вела маленькую группу по мраморным ступеням вслед за Великой Драконицей, Джефф ощущал на себе внимательные, изучающие взгляды. Все джемианские драконицы уже слышали о землянах, но многие еще никогда не видели их.
Зи указала на центральный фонтан.
— Тетушка установила его на месте плавательного бассейна. Она утверждает, что после злоключений с Джеффом и Норби на Нухленонии с нее достаточно купаний, за исключением ритуального утреннего омовения[2]. Когда Старейшая была Великой Драконицей, она пользовалась бассейном для собраний Совета. Это случалось довольно часто, потому что в то время Менторы были еще парализованы и ржавели в своем замке. Лишь потом появились вы и освободили их[3].
— Извините, Зи, я не поняла вас, — сказала Олбани. — Великая Драконица собирала Совет рядом с бассейном?
— Не рядом с ним, а в нем. Моя бабушка считала, что коллективное плавание облегчает совместную работу.
Фарго приподнял брови.
— А что, если кто-нибудь случайно наглотается воды? Разве это не повлияет на биохимический процесс, с помощью которого вы выдыхаете пламя?
Зи улыбнулась.
— Думаю, бабушка специально добивалась этой цели. Обычай проводить совещания в плавательном бассейне обеспечивал безопасность даже при самых серьезных разногласиях, когда атмосфера начинала накаляться.
— Я должна рассказать об этом своему отцу! — воскликнула Олбани. — Пожалуй, бассейн вместо большого стола в городской ратуше заметно улучшит обстановку на совещаниях в мэрии. Кроме того, мой отец плавает лучше остальных членов Совета.
— Манхэттенская политика значительно более опасна и увлекательна, чем все, что происходит на Джемии, — заметил Фарго, чмокнув свою невесту в розовую щечку.
— Не забывайте, что Джемия когда-то была опасным местом, — сказала Зи. — Прежде чем Другие оставили здесь Менторов, которые цивилизовали наших предков биоинженерными методами, мы, драконы, были свирепой шайкой огромных животных. Мы остались единственными наземными хищниками, поскольку съели всех остальных.
— Ваши предки все еще живут в океане, — напомнила Олбани.
— Да, это так, — печально отозвалась Зи. — Некоторые из нас любят порыбачить и утверждают, что свежая пища лучше синтетического протеина и овощей с гидропонных плантаций. Но рыбалка — очень опасное развлечение. Я беспокоюсь за Старейшую, ведь она любила порыбачить.
Они подошли к большому столу с табличкой «Для Великой Драконицы и ее гостей».
— Тетушка будет приветствовать знакомых за другими столами, а мы посидим здесь и подождем ее, — сказала Заргл.
Земляне расселись на подушках, специально приготовленных для бесхвостых существ, не способных с удобством устроиться в джемианских креслах.
— Мне нравится здесь, на Джемии, — призналась Олбани, обводя взглядом счастливых, резвящихся дракониц. — В нашей земной истории гораздо больше зла, чем в вашей, а так как я полицейский, то знаю, что правонарушения еще не изжиты. А вы такие мирные и так довольны своей жизнью!
Джефф поморщился.
Глава 3
Отвергнутое приглашение
— Попробуй цагли, — Заргл протянула Джеффу пурпурный шарик.
— Что это?
— Специальная праздничная закуска: фаршированные шарики из листьев дерева, растущего на другом конце нашего континента.
Юноша принялся жевать, даже не спросив, чем нафаршированы листья. На вкус цагли напоминал шпинат со сливовой начинкой — непривычно, но терпимо. Он взял еще один шарик. Ему не хотелось разговаривать, так как все сразу же догадались бы, что он совсем не рад празднику. Великая Драконица выглядела необычайно довольной, и он боялся испортить ей настроение.
Фарго взял большой кусок того, что считалось на Джемии праздничным пирогом, намазал его сиреневым джемом, откусил кусочек и расплылся в улыбке.
— Ваше Величество, Вы великолепная повариха!
Та улыбнулась в ответ.
— Я сама испекла пирог.
Джефф подумал о том, что такое поведение типично для брата, заранее узнавшего от Зи, что Великая Драконица собственноручно приготовила праздничный пирог. Что ж, дипломатичность была одним из многих талантов Фарго.
— А ты умеешь готовить, Джефф? — спросила Заргл.
— Не очень хорошо. У меня ничего не получается очень хорошо.
— Мой брат очень практичен, — быстро вставил старший Уэллс. — У него больше здравого смысла, чем у большинства людей.