А у каждой из присутствующих была припрятана палка. Та, что говорила, сказала: «Видишь, теперь тебе придется умереть из-за своего безрассудства».
И Гульельмо, видя, что застигнут врасплох, сказал: «Об одном прошу вас, дамы, во имя того, что вы больше всего любите, окажите мне перед смертью одну милость».
Дамы ответили: «Проси, если только речь пойдет не о твоем спасении».
Тогда Гульельмо сказал: «Дамы, я прошу во имя любви, чтобы первой меня ударила самая распутная из вас».
Стали они тогда переглядываться, и ни одна не захотела ударить его первой. И таким образом он на этот раз избежал расплаты.
Новелла XLIII
[Рассказывающая о том, как мессер Джаконино Рангони обошелся с одним жонглером]
Однажды мессер Джаконино Рангони,[135] знатный ломбардский рыцарь, сидел за столом, и перед ним стояли два сосуда с тончайшим вином, белым и красным. За этим же столом сидел один жонглер и не осмеливался попросить у него этого вина отведать которого ему очень хотелось. Тогда он поднялся, взял небольшой бокал и стал его усердно мыть. А затем, когда вымыл, протянул и сказал:
«Мессер, посмотрите, как я его вымыл».
Тогда мессер Джаконино крепко схватил рукой графин и сказал:
«Ну и спрячь его куда-нибудь подальше».
Так жонглер и остался ни с чем.
Новелла XLIV
[О вопросе, заданном одному жонглеру][136]
Марк Ломбардец[137] отличался благородством и мудростью. Раз случилось ему на Рождество быть в одном городе, где раздавали платья. И ему не досталось ни одного. Там же оказался другой жонглер, который в сравнении с ним был невеждой, но ему достались платья. И вот какое о том было сказано меткое слово. Жонглер спросил Марка:
«Отчего это, Марк, мне досталось семь платьев, а тебе ни одного? А ведь ты гораздо лучше и умнее меня. Какая же тому причина?»
И Марк ответил: «Видно, таких, как ты, больше, чем таких, как я».
Новелла XLV
[Рассказывающая о схватке Ланчалотто у источника][138]
Однажды мессер Ланчалотто сражался у источника с одним саксонским рыцарем, которого звали Алибано.[139] Сойдя с коней, они ожесточенно бились мечами. Во время передышки один спросил другого, как его зовут. Мессер Ланчалотто ответил: «Коль скоро тебе угодно знать мое имя, узнай, что зовут меня Ланчалотто».
Затем, когда схватка возобновилась, рыцарь, обратившись к Ланчалотто, сказал: «Твое имя меня сильнее поразило, чем твоя рука».
Узнав, что перед ним Ланчалотто, рыцарь устрашился его доблести.
Новелла XLVI
[Рассказывающая о том, как Нарцисс влюбился в свое отражение][140]
Нарцисс был славный и прекрасный, рыцарь. Однажды случилось ему отдыхать возле прекрасного источника, и в воде он увидел свое отражение изумительной красоты. Стал он всматриваться в источник и радоваться, и отражение повторяло его движения, и казалось ему, что отражение это живое, а не тень его. И тогда, охваченный безмерной к нему любовью, он пожелал его коснуться.
Тут вода замутилась, и отражение исчезло. Стал он плакать. Но когда вода прояснилась, он увидел плачущее отражение. Тогда он бросился в источник и утонул.
А было то весной: к источнику на прогулку пришли женщины. Увидев, что прекрасный Нарцисс утонул, они с плачем вытащили его из источника и положили на берегу. Новость об этом дошла до бога любви. И бог любви превратил его в благороднейшее миндальное дерево, зеленое и стройное, которое первым зацветает и пробуждает любовь.
Новелла XLVII
[О том, как один рыцарь добивался любви одной дамы]
Однажды один рыцарь просил даму о любви и, между прочим, сказал, что он любезен, богат и красив безмерно. А о муже ее – что он безобразен, как ей известно. Этот самый муж был тем временем за стеной комнаты. И он сказал так: «Мессер, устраивайте свои дела, но не расстраивайте дела другим».
Урод был мессер Лицио ди Вальбона.[141] Λ другой рыцарь – мессер Риньери да Кальволи.[142]
Новелла XLVIII
[Рассказывающая о короле Куррадо, отце Куррадино][143]
Рассказывают, что когда король Куррадо,[144] отец Куррадино,[145] был мальчиком, при нем находились двенадцать мальчиков его возраста. И если король Куррадо совершал ошибки, учителя, которым он был поручен, били не его, а этих мальчиков, его товарищей. И когда он спрашивал: «За что вы их бьете?», – учителя отвечали: «За твои ошибки».
135
136
Источник сюжета – «Учительная книга клирика» Петра Альфонси (Disciplina clericalis, IV). О Данте аналогичный анекдот рассказывает Петрарка (Rérum memorandarûm, II, 83).
137
138
Воспроизводит с некоторыми изменениями эпизод «Книги о Ланселоте Озерном» (The Vulgate Version of the Arthurian Romances. Op. cit., III, 1, p. 140–142): в романе Ланселот не открывает своего имени, и выдвинутая в новелле причина поражения его противника там отсутствует. Сходный эпизод имеется и в романе Кретьена де Труа (Le chevalier à ia charrette, ν. 731 ss.).
139
140
Рассказ Овидия о Нарциссе (Метаморфозы, III, 339–510) лег в основу многочисленных французских и провансальских переработок: например, «Лэ о Нарциссе» (XII в.) или эпизод романа Робера да Блуа «Флорис и Лириопа». Одной из таких ныне утраченных переработок воспользовался автор «Новеллино». Ср.: Дополнение IV, новелла VIII.
141
142
143
Аналогичный сюжет встречается в многочисленных средневековых сборниках басон (Romulus, III, XI; Romuleae fabulae, XLVIII; Waller Maps. Romuleae fobulae, L).
144
145