Остальные взрослые несколько долгих секунд просто стояли и смотрели на него с открытым ртом. Затем: «Гарри, это правда?» – тихо задал вопрос Дамблдор.
Гарри ответил не сразу, растерявшись. Как Снейп все это узнал? Зачем он все это рассказал? Разве он не в курсе, какие неприятности будут у Гарри, когда об этом прознает дядя Вернон? Но ведь Снейп сказал, что он не позволит Гарри вернуться к его родственникам, значит, все в порядке? Но разве Снейп не будет сам пороть его точно так же, как и дядя Вернон? Не меняет ли он шило на мыло, если Снейп просто продолжит то, что начал дядя? Но зато здесь полным-полно еды, и у него впервые в жизни есть друзья, и его кровать в Гриффиндорской башне куда лучше, чем чулан под лестницей, и…
«Поттер! - прорычал Снейп, заставив Гарри подпрыгнуть. – Отвечайте директору!»
«Что? А, да, сэр. Это правда».
«Гарри, что именно профессор Снейп сделал с вами во время отработки?» – вмешалась профессор МакГонагалл, посылая Снейпу не совсем дружелюбный взгляд.
Гарри моргнул. Он был не вполне уверен, о чем спрашивает глава его факультета. О строчках? Пощечине? Почти порке розгами?
Прежде чем он смог ответить, это сделал Снейп: «Я… я неправильно понял то, что сказал Поттер, и перепутал его с его отцом. Я потерял над собой контроль и ударил его. Так сильно, что он врезался в стену. Он ударил голову, сломал свои очки и получил открытую рану. Моим действиям нет оправдания, и я бы с радостью согласился на Круциатус, лишь бы повернуть время вспять».
Гарри смотрел на него с любопытством. Он понятия не имел, что такое эта Круцоштука, но другие учителя теперь казались менее злыми, чем несколько секунд назад. Глаза Дамблдора вновь замерцали, правда, от этого Снейп приобрел еще более кислый вид, чем обычно: «Директор, если вы скажете «а я тебе говорил», то…»
«Северус, мой дорогой мальчик, разве я себе такое позволю?»
Мадам Помфри шагнула вперед: «Не воображай, что я сказала последнее слово, Северус, – пообещала она мрачно, приобняв Гарри. – Пойдемте, мистер Поттер, давайте вылечим все ваши синяки».
Гарри оглянулся через плечо, пока его уводила медиведьма. Снейп смотрел на него, и Гарри немного ему улыбнулся и помахал рукой, пока ведьма тянула его за собой. Снейп лишь нахмурился в ответ, но Гарри уже понял, что это у профессора такой заменитель улыбке и кивку.
«Северус, как ты мог ударить ребенка…» – гневно начала МакГонагалл.
«Согласен, Минерва. Это совершенно непростительно. Совсем как то, что глава факультета упускает из виду признаки насилия и не знает, что ее подопечные не могут правильно держать перо в руке или слишком слепы, чтобы разглядеть доску», – ответил Снейп с деланным равнодушием.
Макгонагалл закрыла рот, открыла его, закрыла снова, а затем просто всплеснула руками в отчаянии: «Северус Снейп, вы совершенно невозможны!» – она промаршировала прямо к нему, и Снейп напрягся, готовясь к проклятиям или пощечинам, которые неизбежно последуют.
Это было бы только справедливо. Если бы другой преподаватель раздавал оплеухи его маленьким змейкам так, как он вмазал Поттеру, он не стал бы медлить с планом страшной мести. Минерва защищала свой факультет так же, как и он свой, или как Дамблдор защищал всю школу. Северус уже решил – что бы она ни сделала, он примет это как должное. Он вполне серьезно говорил о Круцио, и хотя он не мог отменить травму, нанесенную Поттеру (включая утраченное чувство безопасности, которое Гарри только-только обрел в Хогвартсе), он, по крайней мере, может понести заслуженное наказание с такой же стойкостью, какую проявил ребенок. Вольдеморт предоставил ему много возможностей для практики.
К его неописуемому удивлению, Минерва ласково поцеловала его в щеку и прошептала: «Гарри повезло, что он нашел такого защитника как ты, Северус», – после чего она сразу отправилась в больничную часть вслед за Поппи и Гарри.
Снейп стоял как громом пораженный, и только когда Минерва уже ушла, он смог собрать в кулак оставшуюся волю и запротестовать: «Я этому паршивцу не защитник»
Негромкий смешок заставил его повернуться к Альбусу, и Снейп внезапно почувствовал себя таким же молодым и уязвимым, как Гарри. Он настороженно поглядывал на директора, уверенный, что тот не будет таким же всепрощающим, как и его заместительница. В конце концов, Снейп – злобная летучая мышь подземелий, ужасный слизеринский Пожиратель Смерти – только что напал на ученика, и не просто на ученика, на Гарри Поттера. В лучшем случае он получит самый ужасный разнос в своей жизни и наказание, которое заставит Вольдеморта умереть от зависти. Может быть, ему придется тренировать гриффиндорскую сборную по квиддичу? Или помогать домашним эльфам в приготовлении и подаче еды в Главном зале? Темный лорд просто прибегал к непростительным заклинаниям; Дамблдор был куда изобретательнее, когда дело доходило до пыток.