Выбрать главу

– Х-м-м! – неуверенно скривилась Ангелина. – Конечно, доля здравого смысла в твоих словах есть… Но…

Договорить она не успела, потому что Мишка резко захлопнула косметичку.

– Нет-нет-нет, – тут же глупо заулыбалась она. – Никаких сеансов связи. Просто моя подопечная страшно любит смотреться в зеркало. Красавица, что с нее возьмешь!

Широкоплечий Страх грозно зыркнул в мою сторону и недовольно отошел.

– Фууух! – вздохнула Мишка. – Чуть не попались! Мы же теперь в тюрьме. А в тюрьме поддерживать связь с волей, особенно такой дальней, как реальный мир, запрещается. Обстоятельства не велят, вот! Будем надеяться, этот Страх решит, что ему все показалось и не пойдет жаловаться… Эх, Ангелина там, наверное, волнуется. Но сейчас снова устанавливать контакт опасно. Впрочем, и некогда – смотри, мы уже прибыли на границу Драконьего Царства.

Страж окраин

Стыдно признаться, но мысли о волнующейся Ангелине вылетели у меня из головы уже через минуту. Ровно когда грузовик, наконец, взобрался на гору и на перевале нас встретил… Снежный Человек. Самый настоящий! Огромный, покрытый белой, блестящей на солнце шерстью, кое-где скатавшейся в неопрятные комки. Громадные босые ступни многозначительно тарабанили пальцами по снегу.

– Милостивые гости, – вместо страшного рыка, который предполагался по моему мнению у такого существа, из глубин белого меха полился приятный бархатистый голос. – Душа моя разрывается от счастья приветствовать вас на границе Драконьего Царства.

– Здравствуйте! – внезапно образовавшимся хором робко ответили мы.

– Позвольте представиться и немного рассказать о себе! Я – царь горы. Великий Йети, одним чихом способный наслать на любой город страшное снежное бедствие. Но бояться не стоит. Я скромно тружусь привратником в Драконьем Царстве и никому вредить не собираюсь. Разве что самому Дракону, если в ближайшее время не выполнит свои обещания по моему благоустройству. А то привратник без врат, знаете ли, это как-то несолидно! Все равно, что принцесса без принца, да?

Две пары рук в нашей клетке сочувственно сложились у груди своих хозяек, издающих сочувственные вздохи. Забавно, что Спящую Красавицу тоже тронуло это сравнение. Не открывая глаз и не меняя величавой позы, она вздохнула вместе с Царевной, и, думаю, вместе со всеми в мире принцессами, еще не обзаведшимися принцами.

– Ну, хватит лясы точить! – вмешалась Баба Яга. Маска кикиморы была временной, и у Яги каждый миг был на счету. – Время – не воробей! Улетит – не поймаешь!

– О, сколь глубок смысл ваших слов, мадам! Вы меня поразили! – Снежный Человек внезапно очень оживился. Он отбросил с лица непослушную челку, неистово сверкнул чернющими глазами и начал пояснять. – В душе я художник. Моя страсть – тонкие материи и философия. А вы так философски сформулировали это, про воробья… У! Хотите, я попрошу его Трехголовие не есть вас, а оставить у меня?

– Х-м-м, – Баба Яга мгновенно оценила выгоду этого приглашения. – Даже не знаю…

– О, моя натура не достаточно тонка и изыскана для вас? – испугался Йети. – Послушайте, как я пою – быть может, это растопит ваше неприступное сердце…

Откуда-то из недр шерсти появилась огромная ручища. Оттуда же Снежный Человек вытащил гитару и печально запел: «Не знаю, как вы,/ Но я больше всего,/ Мечтаю найти для себя существо, /Чтоб песням моим подпевало,/ И снежную лапу давало…» Царевна и Красавица мгновенно зашмыгали носами, Яга с Лягушкой скептически захмыкали, а Чешириха вернулась в клетку, прекратила улыбаться и проявилась целиком. Мне песенка тоже показалась печальной. Особенно трогательным был припев. Снежный человек набрал полную грудь воздуха и пронзительно завопил: «О-о-о-о! Как я одинок!»

– Ну что, – закончив песню, Йети пристально взглянул в глаза Бабе Яге. – Останетесь со мной? Мы будем вместе смотреть на закаты и рассуждать о возвышенном.

– Соглашайся, – зашептала Мишка, – Отличный вариант. И замуж за принца идти не придется, и Дракон не тронет… Ну что за существа обалдевшие! Ей так повезло, а она носом крутит!

– Ну… – Баба Яга явно пребывала в растерянности. – Нет! И не просите даже. Я порядочная кикимора и никаких подозрительных предложений не принимаю.

– Ты что?! – с ужасом зашептали мы в спину Яге.

– Что-что?! – передразнила она нас, оборачиваясь. – Это он сейчас такой добрый, а потом, когда к нему жить приду, превращусь обратно в Бабу Ягу, что он тогда запоет?! Небось, посуду мыть заставит, пещеру свою убирать немытую… Не… Молода я еще в чьей-то пещере хозяйничать. Не нагулялась пока. – баба Яга гордо отвернулась и уставилась на горизонт.