Выбрать главу

Гипертрофия лабораторных методов исследования почв, лишение полевых исследований их приоритетности так же вредны для науки, как и полная неисследованность почв в природе. Лабораторно–аналитические методы при всей глубине и точности — это лишь дополнительные частные исследования. Все дальше отрываясь от природы, замыкаясь в стенах лабораторий и асфальте городов, почвоведение неизбежно приходит к упадку и лишается своего престижного положения центральной дисциплины естествознания.

Упрек в увлечении приборами и в забвении описательных методов может показаться странным. Но думается, что звучит он очень своевременно. Три с половиной миллиона биологических видов на Земле, и каждый из них — совершенство и загадка. А что мы знаем о них? Порой только названия, которые сами же и дали…

А Человек — это ли не загадка? Не испорченный шумом, не отравленный вредными веществами человек тишины и красоты, раздумий и музыки — явление особое. Благодаря повышенной наблюдательности он ощущает полифонию Природы, букеты запахов, красоту форм. Об одном таком человеке, кстати, имеющем отношение к почвам, и пойдет речь.

Работал в Ростовском университете профессор с “нестандартной”, как теперь говорят, судьбой. Звали его Василько Васильевич Акимцев. В первую мировую войну он служил в русском экспедиционном корпусе во Франции. После Октябрьской революции корпус был расформирован, а его солдаты и офицеры оказались неприкаянными в чужой стране. В этой суматохе, да еще не у себя дома, повели себя люди по–разному. А тут еще ностальгия — тоска по Родине. Тяжелое это заболевание, особенно для русского человека. Заболел ею и Акимцев. В отличие от других Василько Васильевич нашел в себе силы и длинным кружным приключенческим путем через Северную Африку, Турцию и Персию отправился на родину. И в конце концов добрался до Азербайджана, где в то время работала почвенная экспедиция под руководством профессора С. Н. Тюремнова. К ней Акимцев и “приткнулся”. Шли годы, и Василько Васильевич стал крупнейшим исследователем почв Кавказа. Кавказ всегда ассоциировался с виноградарством и виноделием. Известно, что после злаковых виноград был древнейшей сельскохозяйственной культурой. Множество научных трактатов посвящено виноделию, лирика всех времен воспевает вино, но мало кто поднялся до понимания того, что в основе его сказочного букета лежит дыхание и жизнь почв, родивших виноград.

Как настоящий почвовед, Акимцев прекрасно “слышал” почву. Вот одна из его удивительных записей.

“В 1946 году нами была сделана попытка на основе современного генетического почвоведения наметить общие закономерные связи между типом и качеством вин и почвенными условиями.

В краткой формулировке они следующие.

Подзолистые почвы с кислой реакцией, малым содержанием органических веществ и слабой минерализацией почвенных растворов дают наиболее совершенные столовые вина легкого типа (имеретинские, бордоские, рейнские).

Бурые и коричневые почвы со слабой кислой реакцией, большим содержанием минеральных коллоидов и карбонатными нижними горизонтами формируют тяжелые столовые вина (кахетинские, венгерские, бургундские, североитальянские).

Переходные коричнево–подзолистые почвы характерны промежуточными типами столовых вин (во Франции “маленькие бургундские”). Они дают легкие десертные вина типа сотернских, токайских, ауслезевейнов, оригинальные вина Западной Грузии (Хванчкара) и др.

Перегнойно–карбонатные почвы (рендзины) коричнево–подзолистой зоны для виноделия представляют особый интерес. В районах этих почв созданы непревзойденные образцы игристых вин (шампанское во Франции и советские в Абрау). Они дают наиболее тонкие виноградные водки (коньяки, арманьяки, имеретинскую чачу) и разнообразные столовые вина высоких классов.

Розовые субтропические почвы (терраросса), характеризующиеся высоким содержанием полутораокисных коллоидов и карбонатов, благоприятствуют получению ароматных и гармонично сложенных десертных и ликерных вин (крымские мускаты, французские люнели, мальвазии, итальянские лакримакристи и др.). Наиболее тонкие, но малоэкстрактивные вина получаются на сильно известковых и крутых склонах. Более жаркие районы известны такими выдающимися винами, как опорто (портвейны), малага, марсала и другие.

Черноземные почвы с нейтральной реакцией и значительным содержанием перегнойных веществ характерны обильными урожаями виноградной продукции, дающей разнообразные, преимущественно простые вина. Более ценные вина получаются на легких почвах и на склонах в речных долинах (некоторые молдавские, южноукраинские, донские).