Из ящичка стола он достал бархатную коробочку и передал ее Ромилли. Та взяла коробочку из рук Нэйлора и приоткрыла, затаив дыхание.
— Надеюсь, тебе понравится, — еле слышно проговорил он.
— Мне безумно нравится, — отозвалась она, не отрывая взгляда от изящного золотого кольца с сияющим бриллиантом.
— Я думал о тебе, когда выбирал его. Давай проверим, удалось ли мне угадать с размером, — предложил Нэйлор, забрав коробочку из рук Ромилли и достав из узкой луночки кольцо. — Дай мне твою руку, любимая.
— Подходит! — радостно воскликнула та.
— Значит, решено. Не снимай его. Теперь мы обручены, — подытожил он и поцеловал ее.
— Не думала, что ты так стремишься создать семью, — призналась девушка.
— Я тоже так не думал. Но когда встречаешь единственную, раздумывать преступно.
— Ты же не хотел торопиться, — напомнила ему Ромилли.
— Нет больше никакой спешки. Мы встречались, целовались, спали в одной постели, я видел тебя обнаженной, ты приняла от меня кольцо. Пройдет некоторое время, и мы станем мужем и женой. Мы все делаем по порядку, не так ли, любимая?
— А если мы все-таки ошибаемся, эта ошибка станет самой роковой в нашей жизни, — отозвалась девушка.
— Вспомни, как поступила Элеонор, когда медсестра сказала, что к Льюису может пройти только один родственник. Она сама дала себе ответ на его предложение о браке. Обещаю, что мы станем мужем и женой, когда ты будешь точно так же уверена в своем решении, и ни минутой раньше.
— Договорились, — согласилась Ромилли. — И прости меня за то, что я была такой невыносимой врединой, когда ты привез Льюиса из больницы. Мне очень стыдно за мое поведение, любимый. Я не имела права выгонять тебя из нашего дома, даже смертельно обидевшись на тебя. Ты нужен Льюису, я не должна была ставить под сомнение искренность ваших отношений.
— Я не хочу об этом вспоминать, любимая, поскольку сам заслужил твой гнев. Я не должен был ограничивать проявления твоих чувств. Я много позже понял, как оскорбил тебя. Ты была в моих объятьях, ты согласилась стать моей, а я нелепо повернул все вспять, опасаясь того, что ты впоследствии пожалеешь об этом импульсивном поступке, — оправдывался Нэйлор.
— Теперь наши сожаления — не более чем досадное прошлое.
— Ты выйдешь за меня, Ромилли?
— Всенепременно, мистер Карделл!