Ты встретишься лицом к лицу с содеянным тобою...
– Но содеянного мною так много, — задумчиво проговорила пиромантка.
– Что ты сделала такого, что тебе снятся кошмары?
Чандра резко вдохнула и уставилась на Гидеона. Ее сердце глухо застучало от внезапной ярости.
Он продолжал.
– Что ты сделала такого, что твои призраки всегда с тобой?
Чандра откинула голову назад и закрыла глаза. – Я не говорю об этом. Я не могу говорить об этом, — она помедлила и добавила: – Я не могу даже думать об этом.
– Но ты видишь это во сне, — и это был не вопрос.
Девушка молчала.
Теперь голос Гидеона звучал мягко. – Если тебе нужно время, чтобы побыть одной...
– Нет, – ответила она.
Он терпеливо ждал, не шевелясь. Ладонь Гидеона все еще покоилась поверх ее ладоней. Он ровно дышал.
– Я... – Она осеклась, почувствовав себя нехорошо. Сердце бешено билось.
Но Чандра заставила себя говорить.
— Я стала причиной смерти моей семьи и всех жителей моей деревни.
Гидеон не шевельнулся и не произнес ни слова.
Она тяжело дышала. – Я никогда не рассказывала об этом. Ни одной живой душе.
– Это и есть то, что случилось с твоей матерью? Она... умерла из-за тебя?
Чандра кивнула.
Иеромант спросил ее об этом в Дирадене, когда она звала мать во сне, в горящем смраде своих ночных кошмаров. Теперь она могла дать ему ответ.
– Я выросла в горной деревне со старинным укладом жизни, – начала свой рассказ Чандра, – в мире, в который я больше никогда не вернусь. Наша семья была самой обычной. Приличные люди. Отец был мягким человеком, а мать строгой. У меня было две младших сестры, которые меня злили, и старший брат. Я его обожала. Он научил меня ездить верхом, драться и... В общем, много чему. Его убили на войне. К тому времени я уже выяснила, что...
– Что у тебя есть сила?
– Да. Я втайне играла с огнем, уходила одна в холмы, чтобы заниматься магией, хотя это было запрещено.
– Запрещено кем?
– Всеми. Родители не разрешали мне так делать, потому что они этого не понимали и боялись. Старейшины нашей деревни сказали мне, что я должна остановиться, потому что это было противозаконно. А закон, запрещающий огненную магию, был принят новым правителем, когда кончилась война и наши земли остались захваченными....
Чандра умолкла, но потом заговорила дальше.
– Но я не остановилась. Не могла. Это было, как будто... Ну, ты же знаешь, каково это, когда открываешь в себе такую силу. Такой дар. Это не то, что ты сможешь бросить и не то, чему ты позволишь исчезнуть.
– Да.
– Чем сильнее мои родители и деревенские старейшины пытались удержать меня от тренировок и нового опыта, тем больше я чувствовала, что задыхаюсь. Хотя я и была слишком юной, пошли разговоры о том, чтобы отдать меня замуж. Они думали, что муж и дети изменят все, — пиромантка покачала головой, — но, конечно же, дело было в том, кем являюсь я сама. Я не имела понятия, кем именно, но точно знала, что не собираюсь осесть в деревне и вести такую же жизнь, как все местные. С каждым днем я чувствовала себя все больше... непохожей на них. Отдельной.
Девушка взглянула на руку Гидеона, укрывавшую ее руки, и вспомнила, до чего чужой она казалась себе там, где родилась.
– В конце концов, мои родители под давлением старейшин всерьез стали договариваться с еще одной семьей о том, чтобы выдать меня замуж за их сына. Когда я узнала об этом, я была в ярости. Я хотела сбежать. Покинуть дом. Но... Я никогда нигде не была. Я не представляла, куда пойду, да и вся страна была на военном положении. Я знала, что не успею уйти далеко от деревни, как меня остановят солдаты. Это была ловушка, тюрьма. Тесная, давящая на меня жизнь.
Чандра вновь замолчала. Гидеон ждал.
– Моя сила проявлялась все больше и больше. Я становилась неосмотрительной. Даже не скрывала, что я делаю, хотя надо было бы. И теперь, когда я была так зла...
Пиромантка тяжело дышала.
– Я устроила огромный огненный взрыв на окраине нашей деревни. Я... Да, я хотела напугать старейшин. И родителей. И семью, которая уже согласилась, чтобы их сын женился на мне – я хотела, чтобы они передумали и от казались. Чтобы он отказался. Я хотела освободиться.
– Что произошло? – спросил Гидеон, когда Чандра вновь сделала паузу.
– Взрыв привлек внимание солдат. Они не знали, что это сделал глупый взбешенный подросток. Решили, что жители нашей деревни – повстанцы. Солдаты заподозрили их в том, что они занимались огненной магией, нарушая закон, и планировали воспользоваться этой тайной силой, чтобы напасть на войска захватчиков...